Павел Попов – Сломанный (страница 33)

Орки отступили на несколько шагов, тихо переговариваясь между собой, должно быть планировали атаку. Паладин воспользовался передышкой ненадолго опустил меч и плеснул себе под шлем какую–то жидкость из фляжки. Стоп, где–то я это уже видел. Морт тоже неплохо отхлебнул в бою, хотя ему не сильно то и помогло. Это что, лечебное зелье? Или просто обезболивающее? В любом случае это значит что паладин ранен. Самое время вмешаться и забрать лавры победителя. Тем более что недавние победы сильно добавили мне самоуверенности. Где–то в глубине души остатки разума кричали что–то вроде «Не лезь, дебил». Но ноги, подстёгиваемые азартом, сами несли вперёд. Пента и Окта, бежали следом, готовые придти на помощь, самозабвенно рубящийся с пехотой Аглак заметил её движение и, дабы не ударить в грязь лицом, бросил всё и присоединился к противостоянию с паладином. По мы сломя голову бежали вперёд, ещё два орка пали под ударами меча. Пора с этим кончать.

— Эй, паладин, узри тёмного Властелина!

Я принял эффектную позу и выставил перед собой клинок. Паладин поднял меч и повернул шлем в мою сторону. Чёртовы орки вместо того чтобы воспользоваться моментом отступили на пару шагов и с интересом уставились на происходящее. Ну что за идиоты! Надо было дать ему вас порубить. Спасибо хоть Пента, умница моя, всё поняла без слов и тенью выскользнула из поля зрения латника.

— Может скажешь что–нибудь пафосное, про неизбежную победу сил света? Ты вообще умеешь говорить?

Паладин молча занёс меч для удара, но когда меч уже опускался, Пента обрушила удар на его спину, вложив всю силу паучьего тела. Паладин устоял, а лапы арахниды лишь соскользнули с доспеха. И всё же почти неуязвимый враг потерял равновесие, меч пролетел мимо, а я вогнал свой клинок ему прямо в подбородок, по самую рукоять.

Тело паладина замерло, однако вес доспехов не давал ему упасть. Орки восхищённо заорали.

— Возврат. — я вернул клинок в руку и хорошенько толкнул паладина ногой в грудь. С тем же успехом можно было пинать стену.

И тут железный истукан ожил. Теперь уже я лишённый равновесия беспомощно наблюдал за летящим лезвием. Сильный удар отбросил меня в сторону. Пента, моя спасительница, оказалась перед клинком, которым одним махом отсёк её передние лапки. Аглак с яростным воплем бросился на меч, закрывая своим телом уязвимую человеческую часть арахниды. Всё произошло слишком быстро… Взбешённые героической смерть Аглака орки бросились на паладина с новой яростью, а я бросился к раненой Пенте, держащей человеческим руками тело Аглака. Пента вдруг безвольно уронила своё человеческое тело на паучью спину…

— Пента! Нет!..

Паучиха вернулась в сознание, но голос уже принадлежал Тетре:

— Башня.

Я посмотрел на сторожевую вышку. Мои диверсанты благополучно заняли стену и от души били из луков во вражеские спины, а арахнида–скалолазка забралась на самую высокую точку и, смотря на меня, делала движения лапами, будто раскачивает каменный зубец. Пента вернулась в сознание. Моя бедная девочка… Я отомщу за твои лапки!

В спину паладину врезался сломанный меч. Не причинив никакого вреда.

— У тебя что, в голове совсем не было мозгов? Хотя да, ты же паладин. Давай, срази меня, и битва закончится.

Мощный взмах мечом последовал в ответ на оскорбление, но я успешно отпрыгнул назад, кончик лезвия пролетел в нескольких сантиметрах от груди. Так, будь хорошим святым воином, отстань от этих тупых орков, иди за главной целью.

Я поспешно, настолько, что наблюдатель мог принять это за бегство, пятился назад. Отважный Паладин преследовал жалкого и беспомощного Тёмного Властелина, размахивая своим огромным мечом и загоняя в угол. Достойный финал фэнтезийной саги. Но не в этот раз. Я ещё не использовал право злодея на финальную подлость.

Очередной прыжок в нужную сторону. И ещё один, и ещё. Надеюсь орки достаточно заняты и на меня не смотрят. Наконец лезвие прочертило след на каменной кладке стены, я использовал всю дарованную природой и новым миров ловкость чтобы пригнуться от этого удара, а выпрямившись вжался в стену с такой удобной выбоиной. Паладин занёс меч, словно смакуя момент триумфа, надо же, хоть что–то человеческое в нём осталось. И тут сверху обрушился дождь из камней. Я из последних сил отпрыгнул в сторону, пропахав боком землю, а паладин принял на себя пару центнеров тесаных камней, усиленных ускорением свободного падения. Один из них, формой слегка напоминающий пирамиду, острым концом вошёл в шлем. Голова лопнула красным месивом, словно банка с протухшей килькой в томате, которую попытались открыть кувалдой. Тело паладина сделало ещё несколько шагов, но запнувшись о камни упало, и больше не пыталось подняться. Я встал, с трудом приходя в себя и пытаясь подавить тот ужас, что всегда приходит вместе с ослаблением действия адреналина.

Орки уже заканчивали, люди, лишённые своего защитника потеряли остатки боевого духа, на них давили разъярённые орки, а в спины летели стрелы. На стене показалась Окта, сбросившая вниз тело в ярких одеждах. Вот и ни чем особенным себя не проявивший генерал. Это стало последней каплей, немногочисленные сопротивляющиеся сложили оружие, и добивать их в полном соответствии с приказом не стали.

Ну вот и всё… я вернулся к Пенте, всё так же сидящей у тела Аглака. Рядом стоял убитый горем Аларц. Я как мог ласково погладил раненую паукодевочку по голове.

— Твои лапки…

— Они отрастут. — голос арахниды был спокоен, рукой она показала на Аглака. — Он был хороший. Разреши забрать.

Что она имеет в виду? Я вопросительно посмотрел на орочьего шамана, но тот лишь соглаасно кивнул. Что же, если родственники не возражают…

— Разрешаю.

Пента приподнялась, быстро сняла с мёртвого орка доспехи, а затем, широко распахнув паучью пасть, проглотила его.

— Он хотел быть со мной. Он будет со мной.

Эх, Аглак, не так ты наверное представлял исполнение желаний. Впрочем не ты первый.

— Мой брат мёртв, а значит и мне нет смысла жить…

— Аларц, возьми себя в руки. Твой брат наверняка хотел бы, чтобы ты жил дальше.

— Нет, — орочий шаман покачал головой. — Орки не живут в одиночестве. Клан выберет нового вождя и нового шамана. Шаман Аларц мёртв. Я буду служить Повелителю как безымянный слуга.

— Я всё равно буду звать тебя Аларцем.

— Как пожелает Повелитель.

Мы победили, и впереди много дел. Помочь раненым, подсчитать потери, оживить мертвецов, допросить пленных, обосноваться в крепости до подхода остальных сил. И я этим обязательно займусь. Но сначала я осмотрю труп паладина. Слишком много накопилось вопросов.

Глава 30. Вскрытие паладина

Тело святого воина оттащили ближе в лагерю, неподалёку от шатров для раненых, и уложили на наскоро сложенный стол из распиленных надвое брёвен. Завершали оборудование для аутопсии несколько деревянных вёдер. Пришлось немного подождать пока Кара закончит дезинфицировать раненых орков и присоединится к исследованию как эксперт по магии. Ассистенткой вызвалась Прима, Тетра и Окта сейчас были рядом с отдыхающей Пентой. Тиан приготовил писчие принадлежности, готовый задокументировать результаты.

И сразу же мы столкнулись первым препятствием. Доспехи оказались наглухо запаяны множеством заклёпок. Паладин что, и гадил не снимая панциря? Судя по запаху, да. Хотя даже будь у них какое–то хитрое устройство для быстрого отстёгивания, могучие орочьи удары настолько искорёжили металл, что он глубоко врезался в плоть. Кара брезгливо провела рукой по доспехам.

— Зачарованные. Смягчают и отклоняют удары.

Тиан задумчиво кивнул и сделал какие–то пометки. Хорошо, если в книгах есть информация о зачаровании снаряжения, он раскопает.

— Кара, что за магию паладин использовал в бою?

— Это не совсем магия. Он просто оборвал все потоки вокруг. Обычный маг после такого теряет ману навсегда.

— Хочешь сказать это одноразовая способность?

— Не знаю. Может они умеют как–то восстанавливаться.

— С помощью этого?

Я снял с паладинского пояса гравированную фляжку, чудом избежавшую орочьих ударов. Такая же была у Морта.

— Не знаю.

— Я знаю! — подал голос Тиан. — Это храмовое вино.

— Вино говоришь…Надо бы попробовать, только аккуратно. Прима, ты можешь сделать вещество, которое разъест эти доспехи?

Арахнида потратила несколько секунд на обдумывание и утвердительно кивнула.

— Хорошо. Пройдись по стыкам, чтобы можно было их снять.

Передние лапы арахниды ловко прошлись по металлу, оставив в нужных местах достаточно глубокие царапины, а паучья пасть с ювелирной точностью направила по ним струйки кислоты. Пока металл растворяется, разберёмся с вином. Я отлил немного из фляги в крышку и осторожно понюхал. Спирта здесь точно нет, отдаёт эфирными маслами и чем–то вроде кофе. Я поставил фляжку, окунул палец в жидкость и провёл по десне. Вкус приторно сладкий. Как и следовало ожидать, всё во рту онемело. Коктейль из обезболивающего и стимуляторов, но невероятную эффективность в бою он объясняет лишь отчасти.

Я слишком погрузился в смакование неизвестного наркотика и пропустил ЧП, закончившая с нанесение кислоты Прима тихо подошла к отставленной в сторону фляжку и успела сделать хороший глоток, прежде чем я отобрал трофей.

Так. Только этого не хватало. На моё укоризненный взгляд арахнида разрумянилась и глупо улыбнулась: