Павел Полян – Бабий Яр. Реалии (страница 132)
Ну кому бы пришло даже в 1941 году украинизировать заурядный городской топоним? Бабий Яр он и при немцах «Бабий Яр». К 2019 году ситуация изменилась: теперь это «БабиН Яр»! «Дорогожичи» переименовать в «Бабий Яр» нельзя, а «Бабий Яр» в «Бабин Яр» — можно! И даже нужно!
Наметилось вытеснение русской транскрипции украинской даже в английском языке — Babyn Yar! А иногда — в пароксизме патриотизма — и в русском: «Бабин Яр»! Приехали!
У ОУН, напомним, еще с 1992 года в Бабьем Яру была своя отдельная повестка, усиленная поддержкой от «Евреев за Бандеру». Для этого альянса МЦХ — очередной «Джойнт», «Джойнт 3.0» — он же Карфаген, который должен быть остановлен и разрушен! И тогда из шулерского топографического рукава вынимается коронный вопрос о кладбищенских контурах, а стало быть, и полузаочная спецэкспертиза лондонского раввина Шлезингера, чей малоубедительный вердикт, пугая этническими напряжениями, враги МЦХ перебросили даже на бывший православный некрополь!
Между тем «МЦХ 2.0» как институция горой стоял за своего арт-директора и оборонялся не хуже «МЦХ 1.0». В заявлении Наблюдательного совета МЦХ от 6 мая 2020 года, подписанном Щаранским, читаем:
Целью фонда было и остается создание музея, рассказывающего о трагедии Бабьего Яра. Места массового убийства евреев, а также ромов, украинцев, людей других национальностей и социальных групп. Места, которое является символом попыток преступного нацистского режима Германии «окончательно решить еврейский вопрос». Бабий Яр стал не только символом этого геноцида, но и символом последующих попыток руководства Советского Союза стереть память об этой трагедии. Именно готовность независимой Украины вернуть истории память об этой трагедии сделала возможной нашу инициативу. У проекта есть уникальный шанс дополнить европейскую историю, историю Холокоста и историю человечества.
Мы уверены, что создание первого и уникального в Восточной Европе музея, который рассказывает о массовом убийстве евреев через расстрелы (Holocaust by bullets) в ярах Европы, а на его базе научно-исторического образовательного центра, не только важны для знания и понимания истории для восстановления исторической справедливости. Этот проект может укрепить положение Украины в семье свободных стран мира как страны, которая ставит уроки истории на службу сотрудничества и понимания народов сегодня и в будущем.
Вместе с концепцией музея был разработан исторический нарратив, написанный авторитетными международными историками, широко обсуждавшийся представителями украинской общественности. Ни концепция музея, ни исторический нарратив не менялись и не меняются в результате любых профессиональных назначений. Пути художественного воплощения идей музея разрабатываются профессиональными сотрудниками и будут представлены на обсуждение Наблюдательного совета и широкой общественности до конца этого года. Только после этого мы сможем справедливо оценить работу Ильи Хржановского и его команды.
Мы осознаем всю ответственность, которую взяли на себя, согласившись стать членами Наблюдательного совета Фонда. Каждый из нас имеет большой опыт общественной и политической работы в своих странах. У каждого из нас есть особая связь с Украиной, украинским народом и его историей. Своим участием в проекте мы гарантируем соблюдение этических и профессиональных норм научного подхода при создании этого мемориала.
Мы заинтересованы в широком участии украинской общественности в этом проекте. Мы хотим, чтобы Общественный совет не только возобновил свою работу, но и расширил ее. Очевидно, что ряд авторитетных деятелей искусства, культуры и науки, обратившихся к нам с критикой, волнует судьба этого проекта. Мы были бы рады видеть их в составе Общественного совета Фонда, участвующих в конструктивной критике нашей работы.
Мы понимаем важность сотрудничества Фонда с политическим руководством, поэтому повторяем свое предложение к руководству Украины назначить своего представителя в наш Наблюдательный совет.
Уже почти 80 лет сначала идеологические, а позднее бюрократические разногласия мешали возникновению этого проекта. Мы должны превзойти препятствия и построить этот мемориал во имя памяти о погибших и для наследия будущим поколениям![1276]
Итак, вопрос о жизнеспособности и судьбе «МЦХ 2.0» был перенесен на конец 2020 года.
В самом МЦХ между тем активно развивались горизонтальные проекты. В частности, проект «Имена» (руководитель Анна Фурман), т.е. базы данных о жертвах Бабьего Яра, о палачах, как и о праведниках-спасителях, а также сбор материалов по формированию собственного (преимущественно копийного) архива. В его онлайн-версии уже около 29 тысяч раскрытых имен еврейских жертв расстрелов в Бабьем Яру[1277] и более миллиона сканов архивных документов, касающихся периода оккупации Киева, актовых книг ЗАГСов, справочных картотек, фондов районных управ и др. Браво!
25 января 2021 года Соглашение о сотрудничестве подписали МЦХ и Федеральный архив Германии — аналогичное тому, которое у МЦХ уже имелось с Яд Вашемом и с крупной образовательной институцией Centropa[1278].
Ощутимым стал и новый прилив мемориализации Бабьего Яра. Впервые он осуществлялся не «самосевом», не от одного полуслучайного памятника к другому случайному, а напористо и системно, по заранее продуманному плану. Тут, правда, следует напомнить, что многое из этого плана — не с чистого листа, а в опоре на наработки «МЦХ 1.0» (команды Яны Бариновой) — обстоятельство, благодарными ссылками на которое не были перегружены при Хржановском ни сайт МЦХ, ни командные выступления «МЦХ 2.0» на зум-заседаниях Наблюдательного совета.
Одним из образчиков подобной преемственности явилась выставка-инсталляция французской художницы и профессора Сорбонны Ольги Киселевой[1279] «Сад памяти». Она проходила с 6 февраля по 20 марта 2020 года в Киеве, в пространстве Креативного сообщества «Izone» (ул. Набережно-Луговая, 8).
Это совместный проект фонда «Изоляция» и МЦХ, учредившего под него специальное экспериментальное подразделение «Memory Lab». Сама инсталляция была создана при участии Университета Сорбонны и Национального центра научных исследований Франции (CNRS) и при поддержке Посольства Франции в Украине и Французского института в Украине[1280].
Идея и идеология «Сада памяти» таковы:
Как работать с памятью о страшной трагедии, которая прошлась по разным странам Европы и оставила кровавый след в Украине? Стоит ли пытаться «вбросить» человека в прошлое, создавая условия, чтобы наш современник почувствовал себя в 1941 году? Не будет ли это ложью? Ольга Киселева выбирает путь проработки прошлого, а не его воспроизведения, путь надежды и взгляда в будущее.
Территория Бабьего Яра сейчас покрыта деревьями. Они будто являются хранителями памяти и поднимают из-под земли (из прошлого) то, что не стоит забывать. Их ветви — молчаливые свидетели истории. Дерево живет и является мощным символом продолжения жизни. Проект «Сад памяти» предлагает послушать деревья Бабьего Яра, пропустить через себя метафору дерева как капсулы времени, которая переносит знания из прошлого (из земли) к живым ветвям, найти надежду не в забвении, а в проработке страшного опыта. Память является посланием о будущем — о том, как сохранить человеческое в бесчеловечном мире.
Услышать голос дерева человек не в состоянии, этот голос позволяют «услышать» технологии. Инсталляция представит визуализацию «голосов» деревьев: на видеопроекции посетитель увидит графическую репрезентацию записей внутренних движений внутри ствола.
В проекте художница и исследовательница исходит из гипотезы, что с помощью молекулярного рассеивания все растения могут обмениваться информацией со своей средой. Киселева превращает эту зашифрованную коммуникацию в открытую сеть. В сотрудничестве с ученым Кристофом Петио она исследует возможность декодировать язык деревьев с целью углубления, сохранения и распространения знаний о трагических событиях, в частности, для будущих поколений[1281].
Прекрасным образчиком этого стал мультипроект МЦХ «Взгляд в прошлое». Он состоит из серии инсталляций, в перспективе разбросанных по всему городу и объединенных использованием монокуляров как своего рода «машин времени», переносящих своего зрителя в другие исторические контексты.
Первые четыре такие инсталляции были открыты на территории самого Бабьего Яра в сентябре 2019 года. 27 января 2020 года, в Международный день памяти жертв Холокоста, в Киеве — на проспекте Победы, 10 (возле Министерства образования и науки Украины) — открылась инсталляция Анны Камышан «Взгляд в прошлое. Дерево». Между двумя каменными валунами лежит верхушка дерева — дерева без корней, что символизирует разрыв связи с историей. В камни вмонтированы монокуляры с заряженными в них фотографиями немецкого военного фотографа Й. Хёле[1282]. Это две фотографии, что были сделаны им ровно на этом месте — одна напротив другой. На них можно увидеть тела двух неизвестных людей, убитых в трагические дни сразу же после расстрелов в Бабьем Яру.
Открывать инсталляцию приезжал президент Зеленский: «Мы чтим сегодня всех жертв Холокоста, жертв трагедии Бабьего Яра, всех жертв Шоа». В церемонии по видеосвязи приняли участие президент Израиля Реувен Ривлин, глава Наблюдательного совета МЦХ Натан Щаранский, председатель Американского еврейского конгресса, глава Американского совета мирового еврейства Джон Розен и Борис Забарко, председатель «Ассоциации евреев — бывших узников гетто и нацистских концентрационных лагерей». Автор — киевская художница и архитектор Анна Камышан[1283] — сказала: