Павел Овчаренко – Город снов (страница 4)
На экране было хорошо видно пять разъярённых пьяных гопников, метавшихся на углу Старого Дома, размахивающих кулаками, по очереди нажимавших на кнопку звонка, долбящихся в дверь, и не оставляющих безуспешных попыток перелезть через скользкие от дождя ворота и забор. Они подтягивались вверх, пытаясь удержаться за деревянные края, но тут же скатывались вниз. Полоски на их штанах и рукавах ярко сверкали, отражаясь в свете уличной лампы. Гопники что-то орали, но эта камера была без микрофона и не передавала звук, поэтому картинка на мониторе напоминала старое чёрно-белое кино.
Звонок снизу продолжал громко звенеть, его звук долетал даже до кабинетов второго этажа.
На этот раз Небеса решили всё-таки подыграть нашим героям. Сверкнула гигантская молния, через долю секунды раздался долгий оглушительный раскат грома, и небо буквально разверзлось. На землю обрушился страшный ливень, настолько сильный, что гопники мгновенно промокли насквозь. Льющий как из ведра дождь, видимо, быстро отрезвил их хмельные головы настолько, что они наконец-то обратили внимание на табличку, прикреплённую к воротам: «Здание охраняется вневедомственной охраной», и смогли разглядеть видеокамеры, висевшие по углам дома.
В этот момент звонок замолчал, и наступила тишина. Скорее всего, кнопку наконец залило дождевой водой, решил про себя молодой человек. Без громких трелей звонка стало заметно спокойнее.
«Сейчас этому фильму не хватает только музыкального сопровождения, – подумал про себя молодой человек. – Девушка уже есть, а рояля нет. Надо в кустах поискать», – чувство юмора у нашего ночного дежурного было несколько своеобразным.
Ночная гостья осторожно присела на стул рядом и не отрываясь, следила за событиями в мониторе. Она упорно продолжала молчать, видимо, ещё не пришла в себя после погони.
Ночной дежурный включил на мониторе изображение со второй камеры, висящей на этом же углу дома, но в обычном состоянии повёрнутой в сторону входной двери дома и следящей за двориком. Внутри дворика было пусто. Нажимая кнопки на пульте управления поворотником второй камеры, молодой человек стал разворачивать в сторону ворот и эту камеру. Он хотел убедиться, что никто из гопников не сумел перелезть через дверь, ворота или забор.
Гопники перестали долбиться в дверь и оставили попытки перелезть вовнутрь. Сейчас они, уже насквозь промокшие, в ярости метались рядом с дверью и воротами, как голодные псы, до которых, наконец, дошло, что они упустили свою добычу. И в этот момент они заметили, что камера, висевшая на стене дома прямо напротив двери на массивном поворотном механизме, медленно и с жужжанием поворотного механизма поворачивается в их сторону.
На монохромном экране монитора перед нашими героями сквозь пелену дождя медленно возникли изображения злых и мокрых физиономий гопников, удивлённо уставившихся сразу на две камеры, глядящими на них сверху своими объективами с красными огоньками лампочек подсветки, ярко светящими им прямо в глаза.
Огоньки напоминали подсветку лазерных прицелов из голливудских фильмов. Казалось, что на гопников навели стволы сразу двух пулемётов, и сейчас по ним откроют ураганный огонь. В этот момент в голове одного из гопников, на вид самого здорового и, видимо, протрезвевшего сильнее остальных, неожиданно возник вполне здравый вопрос: а зачем им вот это всё сейчас надо, и, может, вообще не стоит со всем этим связываться? Он резко замер, перестал долбиться в дверь, перестал выкрикивать угрозы и оглянулся по сторонам. Дождь продолжал хлестать тугими струями изо всех сил и со всех сторон.
«Пацаны, нас застукали, ну её на… эту… бабу, валим отсюда!» – громко заорал он снова, перекрикивая звук дождя. И этот крик его даже смогли услышать наш ночной дежурный и спасённая девушка внутри Дома.
Гопники, как один, не раздумывая, дружно развернулись и, продолжая выкрикивать матерные проклятия и размахивать кулаками, побежали обратно в сторону перекрёстка – подальше от непонятного Дома. Шум дождя заглушил неровный топот по лужам их нетрезвых ног. Мелькание полосатых штанов растворилось вдалеке вместе с их владельцами, на мониторе осталось изображение темноты, разрезаемое наискось следом от струй льющего на улице дождя.
– Ура! «Мы победили, и враг бежит, бежит, бежит»! – радостно пропел молодой человек.
За окном продолжала бушевать гроза: громко шелестел дождь, очередями гремел гром, молнии сверкали ярче уличных фонарей, в крыше Старого Дома завывал ветер. От ударов стихии Дом скрипел сильнее обычного.
На самом деле ночной дежурный тоже хорошенько испугался. В случае если бы гопники продолжили штурм Старого Дома, ночному дежурному бы не поздоровилось. Внутрь Дома они, конечно, бы не прорвались, но разбить окна или камеры они запросто могли. Само собой, молодого человека потом за это по головке бы не погладили.
Сейчас его понемногу отпускало. Тревога начала понемногу отступать, а настроение подниматься. Молодой человек бросил взгляд на свои любимые часы. Циферблат светился в темноте люминофором. Было уже за полночь. Всё происшествие заняло не более пятнадцати-двадцати минут.
Про себя наш герой подумал: это просто чудо, что гопники не смогли перелезть через забор или ворота. Может быть, Старый Дом помог? Незаметно протянув руку, молодой человек погладил ладонью шершавую стену. «Спасибо тебе, старый друг!» – очень тихо проговорил молодой человек. И он мог бы поклясться, что Старый Дом чуть заметно что-то проскрипел в ответ.
Он повернул голову от монитора – девушка в оранжевом дождевике ничего вокруг не замечала. От волнения она поднялась со стула и неподвижно стояла рядом, продолжая внимательно глядеть в экран монитора, на который сейчас было выведено изображения с двух камер. Хотя там уже ничего не происходило, у девушки наступила запоздалая реакция на страх от пережитой опасности. По её щекам беззвучно катились слёзы, девушка была в шоке.
Посмотрев внимательно на гостью, молодой человек почувствовал её состояние. Подскочив со стула, он взял плачущую девушку за плечи и аккуратно усадил её на стул перед монитором.
– Садитесь, пожалуйста. Всё уже закончилось, – постарался он успокоить девушку, – эти придурки уже убежали. Вы же сами видите, – он ткнул пальцем в экран монитора, на котором, кроме размытых контуров ворот и двери, омываемых ливнем, ничего не было видно. И что-то мне подсказывает, что сегодня они уже не вернутся. Этот дождь наверняка будет лить всю ночь. По прогнозу погоды точно обещали.
Девушка всё это видела сама, но слёзы из её глаз продолжали катиться, словно соревнуясь с дождём за окном. Про себя молодой человек с одобрением отметил, что она не впала в истерику, а просто плакала тихо и без надрыва.
– А они точно не вернутся? – наконец сквозь слёзы тихо спросила девушка. После бега и переживаний в её красивом голосе слышалась лёгкая хрипотца.
– Ну если и вернутся – тогда я вызову группу быстрого реагирования из вневедомственной охраны, – уверенным тоном отвечал молодой человек, хотя про себя он вовсе не был настолько уверен, что хозяева конторы одобрили бы дорогущий вызов группы в подобной ситуации.
– Почему они за вами гнались? – наконец он задал мучивший его вопрос девушке. – Чего плохого вы им сделали? Или что-то натворили?
– Ничего плохого я им не сделала! – сквозь слёзы возмутилась гостья. – Я просто шла с остановки у вокзала, там не горела ни одна лампа, прохожих уже никого, только эти уроды стояли у киоска, пили и орали. Увидели меня, и… – у девушки снова покатились слёзы. – Я побежала, а они побежали за мной. Ещё немного, и они бы точно меня догнали. А что потом… Даже думать об этом не хочу, – девушка нервно вздрогнула.
– Понятно. Всё хорошо, сейчас вы точно в безопасности. – Молодой человек постарался улыбнуться успокаивающе, хотя не был уверен, что это у него получилось. – В этом районе у вокзала всё время какие-то тёмные личности ошиваются. В прошедшее воскресенье был день Ивана Купалы. Днём пьяные гопники всех прохожих и машины просто водой обливали, а вечером на улицах остановки ломали, лавочки с мусорками переворачивали и к прохожим приставили. Может, эти придурки после праздника никак остановиться и протрезветь не могут.
– Ага. Меня в воскресенье на улице облили несколько раз, – от неприятного воспоминания девушка поёжилась.
– Но сейчас-то уже всё закончилось, – молодой человек постарался сказать это самым спокойным тоном, на который только был способен.
– Угу, – девушка кивнула.
– Вы сильно промокли? – спросил Саша, чтобы сменить тему. – Давайте сюда ваш дождевик, его надо просушить. И вообще – хотите чаю? – чтобы успокоить гостью, её надо было чем-то отвлечь, переключив внимание.
– Очень хочу, – горячо ответила девушка, и впервые сквозь слёзы улыбнулась. Её лицо озарила совершенно очаровательная, почти детская улыбка. Она стянула с себя промокшую ветровку и протянула её своему спасителю. Он взял ветровку и повесил на спинку соседнего стула, потом включил маленькую настольную лампу.
При свете лампы стал заметен царивший в кабинете творческий беспорядок. Стол, помимо оборудования, был завален инструментами, исписанными листами бумаги, какими-то проводами и обрезками изоляции. В этом кабинете было сразу четыре рабочих места инженеров. На соседних столах обстановка ничем не отличалась, кроме того, что вместо приборов видеонаблюдения стояли обычные компьютеры. Обитатели кабинета точно не отличались особой аккуратностью.