Павел Овчаренко – Город снов (страница 2)

Так как Старый Дом был официально признан памятником истории и архитектуры, любые изменения в его интерьере, даже самый незначительный ремонт, требовали от владельцев тщательного согласования с органами охраны объектов культурного наследия. Это позволяло Дому сохранять свой исторический облик как снаружи, так и внутри.

Несмотря на то что со временем внутри комнат появилась отделка из пластика, пенопласта и линолеума, на стенах сохранились старинные деревянные панели, придающие интерьеру Дома историческую солидность.

С первого на второй этаж вела старинная, скрипучая лестница из потемневшего от времени дерева. Её фигурные точёные балясины поддерживали гнутые деревянные перила. Казалось, что, несмотря на многочисленные реставрации, лестница сохранила на себе следы сотен ног, поднимавшихся и спускавшихся по ней на протяжении многих десятилетий.

Старый Дом всегда жил своей особой внутренней жизнью. Долгие годы и смена исторических эпох оставили свой глубокий след не только на его внешнем виде, но и на самой атмосфере внутри. Возможно, свою роль сыграл и номер дома – 13, который, как считалось, придавал ему особую мистическую силу.

Если днём это было не так заметно, то по ночам эта внутренняя сторона жизни Дома проявлялась особенно ярко.

Прислушавшись, по ночам в доме можно было явственно услышать тихое поскрипывание ступенек лестницы между этажами, едва уловимые шаги в соседних комнатах, неразборчивый шёпот или глухое бормотание из углов, а иногда даже тихие стоны и плач с другого этажа.

Посреди ночи без видимых причин раздавались и громкие звуки, будто что-то или кто-то падал на пол, или где-то что-то ломалось. Иногда сам по себе в комнатах включался или выключался свет. Невесть откуда появившийся сквозняк мог неожиданно разметать по комнате бумаги со стола.

Эта внутренняя атмосфера Дома могла бы быстро довести непосвящённых до нервного срыва или даже до психиатрической клиники. Но чужим людям крайне редко удавалось побывать в Старом Доме по ночам. Свидетелями этих удивительных явлений чаще всего становились ночные дежурные, охранявшие контору, расположенную в то время в Старом Доме.

Все они, конечно, немного опасались странного поведения Старого Дома. Каждый из них пытался справиться с этими страхами по-своему. Кто-то не выключал по ночам свет во всех комнатах, чтобы не оставаться одному в темноте. Кто-то, чтобы заглушить непонятные звуки, разговаривал сам с собой или включал музыку.

Однако Старый Дом имел свою особенность: он очень не любил, когда о нём говорили плохо. Когда кто-то высказывал нелестные замечания, в Доме ни с того, ни с чего, начинали происходить самые неожиданные вещи: проливался кофе, ломалась мебель, в самый ответственный момент исчезали книги и разные документы. А если такой человек оставался на ночное дежурство, то Дом мог устроить для провинившегося такое представление, которое надолго отбивало желание говорить что-то нехорошее.

Однако все, кто был посвящён в эту тайну, уже давно заметили одну любопытную и важную закономерность: чем дольше человек находился в стенах Старого Дома, тем меньше он подвергался его влиянию и меньше испытывал страх. Считалось, что таким образом Старый Дом как бы привыкал к своим обитателям и воспитывал их.

Поэтому, несмотря на все страхи и тревоги, ночные дежурные относились к Старому Дому с глубоким почтением, словно к живому существу. А Старый Дом за это платил тем, что помогал своим обитателям оберегать их тайны.

Глава 1. НОЧНОЙ ВИЗИТ

Понедельник 08 июля, вечер

Ночной дежурный

Молодой человек дремал, сидя в офисном кресле за столом в тёмной комнате, сложив голову и руки на раскрытую книгу «Мастер и Маргарита» Булгакова. Несмотря на неудобное для сна положение тела, сон у молодого человека был крепкий и здоровый, выработанный недавними годами лекций в университете. Накануне вечером он зачитался книгой и не заметил, как уснул.

Неожиданно в ночной тишине раздался резкий, громкий хлопок. От внезапного порыва ночного ветра где-то совсем рядом звонко хлопнула створка открытого окна. Наш герой вздрогнул и проснулся. Он непонимающе оглядывался вокруг, пытаясь спросонья понять, что происходит. Наконец его взгляд в темноте сфокусировался на открытом окне.

Окончательно пробудившись, молодой человек вздохнул, поднялся с кресла, и, не включая свет, подошёл к окну. На окне болтались незакрытые жалюзи, и сквозь окно в комнату проникал не особо яркий свет ночного фонаря, освещавшего внутренний двор Старого Дома. Из окна на молодого человека дохнуло влажной прохладой с запахом мокрой пыли. Он быстро закрыл обе створки окна на шпингалеты.

«Точно гроза начинается», – громко и уверенно сказал он сам себе. Бодрый раскат грома за окном незамедлительно подтвердил это утверждение.

Вслух он разговаривал сам с собой потому, что в Старом Доме сейчас он был совершенно один. Когда громко разговариваешь сам с собой – уже не так страшно сидеть по ночам одному в этом несколько жутковатом месте.

Молодой человек вернулся в своё кресло, с удовольствием вытянул ноги и в очередной раз посмотрел на свои новенькие часы «Командирские» с коричневым кожаным ремешком на левой руке. На часы наш герой посмотрел не столько для того, чтобы узнать время, сколько чтобы вновь насладиться видом своей новой игрушки, которую совсем недавно сам себе подарил. Часы довольно громко тикали, а стрелки светились в темноте благодаря люминофору, вызывая у своего владельца настоящий детский восторг. Время было двадцать три сорок пять.

Приближалась полночь, и по-хорошему надо было подняться с удобного кресла, дойти до умывальника, а потом проверить, что показывают камеры видеонаблюдения по периметру Дома. Кроме того, обычно около полуночи молодой человек совершал обход всех комнат и кабинетов в здании. Собственно, в обязанности ночного дежурного это не входило. Вполне достаточно было посмотреть камеры, установленные внутри офиса. Но такие камеры были установлены не по всему офису, и часто они были просто отключены. А самое главное – разглядывать ночные комнаты в монитор почему-то казалось страшнее, чем сходить и посмотреть вживую. Поэтому молодой человек предпочитал делать такой ночной обход лично, чтобы убедиться, что там никого нет. Или ничего нет. После этого сидеть всю ночь одному в пустом Старом Доме уже не так страшно.

Вставать с кресла совсем не хотелось. Стук окна не просто разбудил молодого человека, но и прервал на самом интересном месте его романтический сон. Он снова и снова прокручивает этот сон в голове. Уже не в первый раз в своих снах он видел один и тот же сюжет, как будто посреди ночи в дверях Старого Дома раздаётся тихий стук, молодой человек открывает входную дверь, а там на пороге стоит прекрасная девушка. Лица её он не видит, не знает, кто она, видит только прекрасный силуэт, но знает, что она пришла именно к нему. И на этом месте сон всегда предательски прерывается.

Может быть, это влияние чтения на ночь «Мастера и Маргариты». А возможно, это влияние Старого Дома. Или всё вместе. Молодой человек не знает, но этот сон ему, без сомнения, нравится. Он пробуждает в нём томительное ожидание чего-то нового, таинственного и прекрасного.

Где-то в Доме снова громко хлопнуло окно. Потом ещё раз и ещё. Хлопок громкий, а значит, гремит где-то рядом. Надо набраться сил, подняться, пойти в соседний кабинет и успеть закрыть окно, пока гроза совсем не разыгралась и не начался ливень. Не включая свет, молодой человек нехотя встал с кресла и быстро прошёл через дверь в коридор и далее в соседнюю комнату – кабинет бухгалтерии. Эта комната была значительно больше, в ней было два окна, одно из которых также выходило во двор, а второе – большее по размеру, смотрело на улицу. В кабинете бухгалтерии было гораздо светлее благодаря уличному фонарю, висевшему на столбе, стоявшем на противоположной от Старого Дома стороне улицы. Открытая створка на большом окне болталась от порывов ветра на улице, противно скрипела и иногда громко хлопала. Она так и норовила разбиться вдребезги. Видимо, вечером в конце рабочего дня её просто забыли закрыть.

Молодой человек быстро подошёл к окну и закрыл створку на шпингалет. Стёкла на окне вздрагивали от порывов ветра. На стенах кабинета беззвучно шевелились большие тени от веток деревьев с улицы. Начинался дождь, на стекле и на подоконнике уже блестели капли воды. Гроза приближалась. Гром ударял снова и снова. Ярко сверкала молния, освещая улицу и проникая сквозь окна вглубь Старого Дома.

«…Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…», – процитировал он фразу из любимой книги.

Уже окончательно проснувшись, молодой человек с восхищением замер у окна, глядя на улицу и наслаждаясь яркой красотой набирающей силу стихии.

Уличный фонарь освещал часть улицы прямо перед фасадом Старого Дома, захватывая часть ворот и дверь с улицы во двор. В свете фонаря и вспышек молний ярко блестели первые лужи, пузырясь от падающих капель дождя.

Ни людей, ни машин на улице видно не было. Время перевалило через полночь. Сейчас все нормальные люди уже давно спали, а редких прохожих и редких ночных водителей разогнала начинающаяся гроза.