Павел Некрасов – Легенда (страница 8)

– Сергей, мне обязательно нужно поговорить с ними, – сказал Олег, так и не дождавшись от него завершение фразы. – И лучше всего сделать это завтра.

– Не знаю, – после продолжительной паузы отозвался Лазарев. – Я попробую что-нибудь сделать, но ничего не обещаю. Мне это самому не нравится.

– Это необходимо, Сергей. Я буду ждать твоего звонка.

 Олег положил телефон на стол и откинулся на спинку кресла. В этот момент ему даже шевелиться не хотелось. Они что-то скрывают, что-то недоговаривают, неторопливо думал он, чувствуя, как полудрема уже окутывает его призрачным покрывалом. Кем ты был для них, Иван? Кем ты для них останешься? Ведь, по сути дела, только об этом и говорил утром Сергей, глотая слезы…

– Глотая слезы, – прошептал Олег и вздрогнул от громкого телефонного звонка.

Оказывается, он заснул настолько крепко, что сигнал вызова уже успел набрать максимальную силу.

– Да, Костырев слушает.

– Вы – Костырев?! – в телефонной трубке раздался спокойный, слегка глуховатый голос.

– Да, я Костырев, – отозвался Олег. – Чем обязан?

– Я – Лапин. Михаил Лапин. Я говорил с Катей Никольской и узнал про вас… Я только недавно проверил телефон. Я был на тренировке, когда вы звонили. У нас строгие правила. Телефоны с собой не берем, чтобы не отвлекаться.

– Михаил, я рад, что ты перезвонил, – Олег прижал телефонную трубку плотней к уху. – Мало того, я бы хотел с тобой встретиться. Лучше завтра.

– Не вопрос, Олег Дмитриевич, – ответил Лапин. – Завтра у меня тренировки нет. Давайте встретимся.

– Очень хорошо. После школы?

– Да, буду ждать вас возле Вечного огня в половине третьего. Олег Дмитриевич, я пытался самостоятельно разобраться в смерти Ивана. Если вам интересно, я принесу свои записи.

– Принеси обязательно, – Олег посмотрел на часы, с минуты на минуту должен был перезвонить Лазарев. – Завтра мы поговорим обстоятельно. Поговорим обо всем. А сейчас отдыхай. Спокойной ночи, Михаил.

– До свидания, Олег Дмитриевич.

 Олег снова положил телефон на стол и откинулся на спинку кресла. В кабинет почти неслышно зашла Светлана. Мгновение постояла в дверях, глядя на мужа.

– Я бросил камень, – прошептал Олег, слушая легкие шаги супруги, – и по воде пошли круги…

– О чем думаешь? – Светлана обняла его за шею.

– О тебе, о детях, – улыбнулся Олег.

 Светлана поцеловала его макушку и произнесла с улыбкой:

– Костырев – ты отъявленный лгун. Я накрыла ужин. Спускайся в столовую, я тебя жду.

– Тебе стало лучше? – Олег задержал ее руку в своей.

– Да, уже лучше, – кивнула Светлана, высвобождая руку. – Я тебя жду.

– Мне должны позвонить, – вслед ей улыбнулся Олег.

– Не в первый раз, – через плечо бросила Светлана.

 Звонок Лазарева застал Олега по дороге в столовую.

– Их это не радует, – кратко произнес он.

– Их можно понять, – согласился Олег. – Но они согласны поговорить, верно?

– Да, мама Лена согласилась, – подтвердил Лазарев. – Знаю, что ты всех по имени – отчеству величаешь. Зовут ее Еленой Евгеньевной. Записывай адрес. Она ждет тебя к десяти часам, – он надиктовал Олегу домашний адрес Орловых.

– Спасибо, Сергей, – поблагодарил его Костырев, убирая записную книжку в карман пиджака.

– Олег, ты что-нибудь нарыл? – осведомился собеседник.

– Сергей, я тебе чудес не обещал, – ответил Олег. – Это дело не одного дня. Ты мне вот на какой вопрос ответь. Иван знал своего отца?..

– Нет, – коротко ответил Лазарев. – И будет лучше, если ты Вику об этом тоже расспрашивать не будешь…

– Сергей, это не самый сложный вопрос, на который вам придется ответить…

– Олег, – уже с раздражением произнес собеседник. – Иван не знал своего отца, не встречался с ним и не разговаривал! И это все, что касается этой… – он явно хотел добавить какое-то ругательство, но резко осекся. – Олег, я не хочу говорить о нем. Пойми меня чисто по-человечески, я к этой теме возвращаться не хочу, – и добавил: – Не хочу, потому что ненавижу его! Готов был убить… Олег, обещай мне, что не будешь говорить о нем с Викой.

– Хорошо, я обещаю, – отозвался Олег, делая в блокноте пометки. – Отдыхай, Сергей. И ни о чем не думай. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Олег. Завтра приезжай к нам, если время будет. Посидим, поговорим. Ты понравился Вике, Олег, – Лазарев немного помедлил и добавил: – А когда я вижу тебя, так много хорошего вспоминается… Олег, почему все так… страшно?

– Сергей… – начал было говорить Костырев, но собеседник перебил его:

– Нет, я не об этом! Олег, я где-то оступился. Я знаю это. Как в фильме ужасов: сделал один неверный шаг и уже не можешь выпутаться из кошмара. И знаешь, что сдохнешь скоро. Что бы ни сделал – все равно сдохнешь. И ничего не можешь изменить. Но самое страшное, что я сам не знаю, где оступился. Если бы я мог все изменить, я бы свою жизнь отдал, не задумываясь. Тошно мне.

– Я могу приехать к вам прямо сейчас, – сказал Олег.

– Нет! Не нужно! Я водки выпью и завалюсь спать. Олег, мне ничего не надо. Я только хочу понять, почему Иван? Почему он, а не я, не бомж какой-нибудь… Наверно, я много говорю, брат. Но мне сейчас поговорить не с кем.

– Это нормально, – отозвался Костырев.

– Ненормально это, Олег. Ненормально. Ты знаешь, как на нас смотрели, когда Ванька умер?.. Я эти взгляды косые до самой смерти не забуду… И кто смотрел?! Те, кто должны были первыми понять, что все это – херня!!! Самая настоящая херня… А они смотрели. И будут смотреть… Приезжай завтра, Олег. Я буду ждать. Поговорим о чем-нибудь. О рыбалке, блядь… О чем-нибудь поговорим. Спокойной ночи…

 Связь резко оборвалась. Олег еще несколько мгновений держал телефон возле уха. Взгляд у него был страшный, опрокинутый в себя. Словно он провалился в бездонный колодец и увидел то, что не дано знать ни живым, ни мертвым.

– Олег! – окликнула его Светлана. – Что с тобой? Ты уже три минуты вот так стоишь.

– Прости, о чем ты меня спросила? – Олег посмотрел на нее.

 Светлана подошла к нему и взяла за руку:

– Господи! Олег, ты как ребенок. До столовой никак добраться не можешь.

– Подожди, – Олег высвободил руку. – Подожди, Света. Мне нужно подумать.

 Он вернулся в кабинет, сел за стол и принялся переворачивать в блокноте листочки с записями.

– Что я не вижу? – шептал он. – Что я не могу понять?..

 Но через пару минут его от этого занятия отвлекли – Софья Адамовна позвонила.

– Извини, что беспокою тебя, Олег Дмитриевич! – напористо произнесла она. – Но и разговор этот откладывать нельзя!

– Я слушаю вас, Софья Адамовна, – рассеянно отозвался Олег.

– Олег Дмитриевич, дорогой! Я только что с Леной Орловой говорила. У тебя с ней завтра встреча назначена. Я тебя умоляю, будь с ней деликатней. Более приятных людей, чем Орловы, я в жизни своей не встречала. Мы очень хорошие знакомые, можно сказать друзья. Не думала – не гадала, что вы вот так пересечетесь. Но неисповедимы пути господни. Что ж теперь поделаешь?! Олег Дмитриевич, не береди ты им раны!

– А вот этого, Софья Адамовна, я вам обещать не могу, – отозвался Олег. – К сожалению, единственной причиной для этого разговора стала смерть их дочери – Снежаны. Кстати, Софья Адамовна, вы знаете такого Лужина Николая Яковлевича?

– Фамилия знакомая, – задумчиво ответила Мелило. – Но так сразу вспомнить не могу… Ты уж, Олег Дмитриевич, войди в положение людей. Я про Орловых говорю. И ты уж постарайся, быстрей со всем разберись. Тебя выгодное дело ждет не дождется. И загляни завтра на огонек к Юре Судзиловскому. Мне бы самой с тобой потолковать с глазу на глаз, да боюсь, не получится – дела. Улетаю в Питер на несколько дней. Так что ты с Юрой потолкуй… Доброй ночи, Олег Дмитриевич! Светлане от меня привет!

– До свидания, Софья Адамовна, – Олег положил телефон на стол и посмотрел на часы. – Однако, странно, не правда ли, Юрий Васильевич? – обратился он к невидимому собеседнику. – Однако, странно…

 Звонок Софьи Адамовны нарушил цепь недавних размышлений, и Олег вновь оказался возле входа в лабиринт.

 Орловы жили в кирпичном трехэтажном особняке. Дачный поселок располагался в двенадцати километрах от города на южном склоне горы среди хвойного леса. Тщательно охраняемое, удобное для жизни место.

 Орлова встретила гостя на крыльце – довольно привлекательная женщина среднего возраста, высокая, стройная шатенка с размеренными, плавными движениями.

– Доброе утро, Олег Дмитриевич, – произнесла она с полуулыбкой. Голос у нее был под стать внешности: глубокий, обволакивающий. Из приоткрытой форточки на втором этаже доносилась легкая игра на фортепиано. – Это наш сын – Илья, – пояснила она. – Он очень одаренный мальчик. Готовится к губернаторскому балу золотых медалистов.

– Спасибо, что приняли меня, – улыбнулся Олег, пожимая ее мягкую теплую ладонь. – Рад нашему знакомству.

– Милости прошу, Олег Дмитриевич, – она отворила перед гостем входную дверь.