Павел Некрасов – Чужое Солнце. Дивергенция (страница 1)

Павел Некрасов

Чужое Солнце. Дивергенция

1. Миры Серхио. Луна. (2847 г.)

– Удачи, Симон! – Гуго Брюль поднял над головой крепко сжатый кулак. – Ваш рейв1 откроет новую эпоху! Тайны и манипуляции должны остаться в прошлом! Мы уверены, миллионы усомнившихся обретут новые пути и смысл жизни!

– Я знал вашего деда, Симон, – сменил его Игорь Васильев. – Работал с ним на копях Психеи2. Он бы гордился вами! Я в этом уверен.

– А мне нечего добавить, – произнес Барата с полуулыбкой. – Мы с вами все уже обсудили. На всякий случай будем следить за безопасностью рейва. Удачи!

– Господа, я благодарю вас, – ответил Симон с полупоклоном. – Мне пора начинать!

Он несколько мгновений сидел в тишине, словно не решался запустить трансляцию. Потом привычно проверил оборудование, силу сигнала, систему защиты и блокировок и запустил рейв.

– Сегодня восемнадцатое сентября две тысячи восемьсот сорок седьмого года, полдень по Гринвичу. Я Симон Тау-Тау из города Ханса Бете3, равнина Вечной тени, кратер Амундсена, Южный полюс, Луна… Вы на рейве «2A» – «Attractio Abyssi4»! Друзья, я рад новой встрече с вами!

Симон сидел за прозрачным столом, стилизованным под эпоху первой волны5. За его спиной сиял над горизонтом ослепительный месяц Земли. Под тонким серпом угадывался пепельный шар с золотистой паутиной земных городов. Под ним мерцали свечи лунных энергостанций на пиках вечного света. По столешнице в художественном беспорядке были рассыпаны исписанные от руки листы и чертежи технических устройств. Книги небрежно сложены стопкой. Кипа чистой бумаги под пресс-папье с барельефом «Святилище флагманов» на Марсовом поле с лицами Маска, Брюля и Китагавы.

– Бездна непознанного все также ждет нас и притягивает, где бы мы ни были! Но этот вопрос так и останется без ответа: где мы могли быть сейчас, не расслышав призыв непознанного или не расслышав его правильно? Наверняка очередное бедствие могло отбросить человечество в пещеры, в полуживотное состояние хищников и падальщиков степей и речных долин. Но сегодня мы постараемся понять, а состоялся ли рывок в будущее? Можем ли мы подтвердить невиданное доселе восхождение новой, уже космической, расы? Восхождение, когда-то обещанное вождями нашим предкам. Случилось ли оно? – он как бы невзначай поднял пресс-папье, снова демонстрируя барельеф с Марса. – Я Симон Тау-Тау из древнего рода селенитов6. Я обещаю вам одно из самых странных и впечатляющих путешествий в разные эпохи, в освоенные и еще не занятые нами миры! Это путешествие вы не забудете никогда!

Симон запустил заставку канала. В его студии демонстрация картинки происходила в формате линейной голографии. Машинный ассистент-редактор следил за актуальностью демонстрации и корректировал массив звуковых и визуальных данных.

Сотни тысяч подписчиков и случайных зрителей полностью погрузились в созданный и тщательно проработанный Симоном виртуальный мир. Канал он вел в одиночку, полагаясь на машинных ассистентов и агентов перелицованной полулегальной платформы M2000. Ее агенты в основном выполняли функцию охранной системы, при необходимости осуществляя действия, подавляемые Протоколом Ζ—Δ.

Заставка закончилась грандиозным представлением «Парад миров» двух тысячи восемьсот сорокового года. Мелькнули ландшафты освоенных планет и спутников, космические корабли, модули телепортации на сверхдальние расстояния, аватары Маска, Брюля и Китагавы, пышущие оптимизмом и уверенностью в завтрашнем дне, колонны делегатов на Марсовом поле и несколько миллионов зрителей за Золотым ограждением.

– Вы снова на рейве Симона Тау-Тау «Притяжение Бездны»!

Симон поднялся из-за стола. Как и все колонисты последних поколений он был атлетического сложения и ростом под три метра. Дети первых поколений воспитывались на Земле. Младенчество и детство в мирах и на базах с меньшим притяжением формировало слабые человеческие организмы. В начале XXII века младенцев начали отправлять на Землю. Но медицинский аспект вскоре потерял актуальность – Земля воспитывала землян. А Экспансии нужны были бесстрашные бойцы и строители новых миров, рожденные среди космических трасс и закаленные внеземельем. Были разработаны новые методы культивирования и воспитания следующих поколений колонистов. В освоенных мирах и на базах появились медицинские технологии и машины искусственной гравитации. Часть дня дети и подростки проводили в условиях естественной пониженной гравитации, часть дня в полностью искусственной среде обитания с физическими нагрузками и спортивным белковым питанием, уже табуированным на Земле.

– Познакомьтесь, это один из моих предков – Квинт Тау-Тау, – Симон продемонстрировал несколько изображений темноволосого, смуглого крепыша с татуировками маори та-моко7 на лице и видимых частях тела. – Семь сотен лет разделяют меня и Квинта Тау-Тау. И я тоже маори, – освещение плавно погасло и в ультрафиолетовом диапазоне стали ясно различимы та-моко на лице Симона. – Если вы еще не забыли историю ранней Экспансии, Квинт Тау-Тау – один из героев миссии «Фаэтон». Все, кто помнит ушедших героев… Вы – молодцы, это наша история!.. Итак, миссия «Фаэтон». Мы говорим о тех временах, когда сеть модулей для телепортации охватывала только Луну, Марс и несколько платформ Джексона. До использования туннелей T-transitus8, а это пятидесятые годы XXII века, межпланетные трассы – были рискованным мероприятием. Сегодня мы еще коснемся этой темы более развернуто.

Он снова взял в руки пресс-папье с барельефом флагманов.

– Вы скажете мне, что наши вожди тоже отправлялись в эти опасные путешествия. Но у меня есть несколько рискованных замечаний и по этому вопросу. Друзья мои, все не так уж и прозрачно в нашем раю! Так или иначе, миссия «Фаэтон» стартовала восемнадцатого сентября две тысячи сто сорок седьмого года. Да, друзья мои, сегодня юбилей этого события! Семьсот лет назад две дюжины отчаянных мужчин и женщин начали одиссею к одному из миров, уничтоженных задолго до появления человека.

После этих слов по сценарию началась трехминутная демонстрация изделий главного спонсора из сферы вооружений корпорации «ЗАСЛОН». Перерыв был намечен заранее. Симон проверил параметры рейва и статистику вторжений: пока что ноль попыток. К этой минуте количество зрителей уже перевалило за два миллиона. Каждую секунду к рейву подключалось по несколько десятков тысяч. Количество авторизованных агентов соцсетей к этому моменту побило рекорд трехлетней давности и уже перевалило за две тысячи.

– Что ж, отлично, – прошептал он. – Сегодня я взорву вашу бомбу, господа!.. Если эту студию не снесут раньше…

На его столе лежал снимок команды миссии «Фаэтон».

– «… крупнейшая корпорация военно-промышленного комплекса. В нашем кейсе больше двух миллионов инженерных и технологических разработок с момента основания компании. Корпорация «ЗАСЛОН» – будущее технологий и традиция доброго имени сквозь столетия…»

Таймер отсчитывал последние мгновения рекламной паузы.

Симон запустил блок архивных видеозаписей без избыточной обработки данных. Зрители пока что воспринимали их отвлеченной картинкой на экране: команда космодесантников проходит курсы теоретической и профессиональной подготовки, отработка внештатных ситуаций, тренировки на стрельбищах и полигонах, боевые искусства, жизнерадостные и крепкие молодые люди.

– Легион Золотого ограждения приветствует тебя! – гулкий голос Квинта внезапно перекрыл гомон повседневных занятий.

Симон усмехнулся. Этот момент должен подействовать на зрителей шокирующе. Он сам каждый раз вздрагивал от неожиданности.

– Две недели до вылета с платформы Джексон-13, – продолжал Квинт, теперь рассказ шел от его лица. – Мы тренируемся на Луне в Центре переподготовки Королёв. Родина моя!.. Это гостевой уровень комплекса. А это мои родители. Привет, отец! – по обычаю маори они обменялись дыханием9. – Народ, сегодня отдыхаем у нас!

Симон поставил картинку на паузу.

– Для команды тяжелые тренировки подходят к концу, – он остановился перед изображением предков. – Перед началом миссии экипажу позволят встретиться с родными, посетить дом. Заведенный когда-то порядок. Если вы принимали участие в подобных миссиях, вы подтвердите, что этот порядок не изменился до наших дней. Первый этап: перемещение на Марс. Это самый простой этап любого путешествия в нашей системе координат. Сеть модулей Т-перехода уже покрыла все ближнее внеземелье. Вам нужно сделать запрос на т-перемещение, обосновать его необходимость и подтвердить личность. Единственное ограничение – возрастной ценз. Дети и подростки перемещаются только под присмотром биологических родственников, опекунов и преподавателей. Локальная сеть Земли замыкается кольцом ресторанов и развлекательных комплексов на границе экзосферы10. Внешняя сеть – это уже наш мир – Сообщество Колоний. И смею заметить, большинство землян этот мир не интересует…

Инсталляция резко изменилась.

– Земля на окраине. Орбита ее интересов уходит от каменистых, оставшихся в резерве Меркурия и Венеры. Орбита интересов Земли расширяется от Луны вглубь внеземелья: первый трамплин для прыжка – Луна; второй – Марс; третий – спутники Юпитера; за ними – платформы Джексона – стартовые площадки для перелетов на короткие расстояния и для полномасштабного продвижения за орбиты тяжелых планет. За семьсот лет продвижения мы наконец достигли орбиты Юпитера. Но он слишком опасен: немыслимые радиация и магнитные поля. На Ганимеде мы ушли так глубоко в шахты, как не делали этого нигде. Как говорят наши вожди, это полигон для еще более тяжелых условий колонизации. И все же я не перестаю любоваться этой картиной. Ибо только нам, рожденным за пределами Земли, понятна красота миров до человека.