Павел Мешков – Черный корректор (страница 36)
– С чего это вы взяли? – вежливо спросил он.
Тощий посмотрел на своего мрачного спутника, слегка пожал плечами и дал пояснения:
– Во время приятной беседы за чашечкой… Мне, значит, сообщил координаты и рассказал подвыпивший Мо, а он слышал от песенника Гоа, который сложил песню, подслушав разговор двух стражников в крепости Доар, о узнике тюрьмы Санг, который якобы сам и имел честь беседовать с Верным Помощником Великого Мастера Охотника-одиночки, владеющего магией слова, мимикрией и пластикой контактного боя с драконами Пятого Мира…
– Стоп! – прервал тощего дядя Олег и энергично потряс головой, в надежде вытряхнуть из нее весь поступивший словесный мусор. – Значит, какой-то пьяный Помощничек заложил своего Охотника-одиночку…
– Не совсем! Это Мо… – попытался поправить тощий, но дядя Олег, оборвав его взмахом руки, спросил:
– Вам-то он на что? Может, он вас и видеть-то не хочет? А может, он вас в гробу видел? В белых тапочках…
Дядя Олег не особенно подбирал выражения по тем простым причинам, что стоял он на своей, астраханской земле, а рука его сжимала дяди-Мишину лопату.
Приземистый как строил рожи, так и продолжил свое занятие – видать, ни черта не понимал из сказанного дядей Олегом, а вот тощему знание языков вышло слегка боком: на мгновение у него даже лицо повело в сторону, и заикаться он начал:
– Я… М-мы… М-мой хозяин… Эт-та…
– Ну, ты тормоз! – восхитился дядя Олег. – И чего это тебя, блаженный, так колбасит?
Тощий, который переводчик, похоже, уже пожалел о том, что понимает дядю Олега. Он слегка как бы потерял ориентацию в пространстве, закатил глаза, затрясся в мелких судорогах и попытался упасть в обморок и в яму. Помешал ему мрачный коротышка. Он подхватил тощего на самом краю, изменил выражение лица на удивленное и принялся, лопоча что-то невнятное, трясти своего спутника с целью привести в сознание. Олег совсем уж было собрался принять участие в этом благородном деле, но тощий начал подавать признаки жизни, и первое, что он сделал, как только смог стоять на ногах, умоляюще протянул руки к дяде Олегу:
– Прошу вас!.. Не надо применять ко мне вашу магию слов!.. Я всего лишь бедный Переводчик…
– Молодец! – похвалил его дядя Олег. – Вот и из тебя информация поперла! А то казалось, что ты весь бракованный… Так давай, объясни мне, переводчик-хреноводчик, зачем вам Охотник понадобился? А-ась?
– Ох! Вы опять… – поежился Переводчик, глубоко вдохнул и, хлопнув по плечу своего растерянного напарника, заявил: – Это Тао!
Поддерживающий Переводчика Тао максимально набычился, явил дяде Олегу самую зверскую из своих личин и слегка поклонился, а Переводчик, поощренный кивком головы дяди Олега, заголосил:
– Тао самый сильный боец среди учеников школы Урр Второго из Трех Миров Трех Черных Королей! Тао сведущ в боевой магии и магии лечебной! Он лечит переломы правой рукой, а левой может задушить малого песчаного дракона! Своим взглядом непобедимый Тао ставит противника на колени, и в боевых искусствах нет от него тайн! Тао может…
– Убедил! – прервал Переводчика дядя Олег. – Сам вижу – хлопец здоровый! Так чего ему надо? Только излагай без всего этого словесного фуфла.
Глаза Переводчика вновь начали закатываться в сторону обморока, но на этот раз он справился сам. Прощебетав что-то Тао в ухо и вызвав у него на лице очередную эволюцию вкупе с рычанием, переводчик обратился к дяде Олегу:
– Непобедимый Тао хотел бы сразиться с Великим Охотником-одиночкой и победить его, во славу Трех…
– Ишь ты! Так уж и победить! А что, если по ушам из рогатки наловишь? – спросил дядя Олег у Тао.
Тао потеребил пальцами свои волосатые уши, вопросительно посмотрел на Переводчика, и после недолгих переговоров худосочный с большим чувством изрек:
– Учитель Непобедимого Тао сказал: «В случае своего проигрыша ты, Тао, будешь знать, что есть сверкающие вершины, на которые еще не ступала твоя нога». Ну, и Тао придется расстаться с призом и привилегиями…
– Умная башка у этого вашего Учителя! – похвалил дядя Олег. – А что это там за приз ты упомянул?..
Когда я сам увидел эту парочку у крольчатника, то целиком и полностью согласился с дядей Олегом в его оценках, но про «приз» я тогда еще ничего не знал. Дядя Олег придержал подробности.
Тао оказался даже чуть выше, чем я думал, но малость полегче. Да и вообще, хотелось бы отметить, что в его возрасте я выглядел куда лучше, старших не задирал и страшные рожи им не строил. Что же касается Переводчика, то и тут дядя Олег был прав: шнурок в цветной занавеске – он шнурок и есть!
– А с чего ты взял, что они из твоей ямы вылезли? – тихо спросил я дядю Олега.
– Да откуда ж им еще взяться? – искренне удивился он. – В таких шмотках через колючую проволоку разве прорвешься?
Замечание было предельно верным, и я не стал больше копаться в этом вопросе, а громко спросил:
– Ну! Чего от меня надо?
Парочка этих клоунов низенько поклонилась, и Переводчик заблеял:
– Непобедимый Тао просит Великого Охотника-одиночку не отказать и сразиться с ним для выявления сильнейшего и достойнейшего в пределах Трех Миров… – Переводчик запнулся, со свистом втянул в себя воздух и погнал дальше: – И вашего Мира… Как повелел его Учитель! Три схватки пусть выявят сильнейшего: первая – Честный Бой, вторая – Магический Бой и третья – Состязание Умов. И пусть достойнейший добудет победу, а с ней и право владения Призом! – Он шумно вдохнул и добавил: – Отказ от борьбы засчитывается противнику как чистая победа.
Переводчик начал говорить на каком-то странном языке, похоже понятном Тао, так как он принялся кивать головой в ответ, а я тихо обратился к дяде Олегу:
– Ты во что меня втравил?!
– Да брось ты, дядя Паша! – так же тихо, но очень энергично заговорил он. – Ты на его рожу посмотри! Дебил дебилом! Ты ж его в третьей схватке… Ну, этой… По умам! Как бог черепаху уделаешь! – обнадежил меня дядя Олег. – Ты ж и самбо, и дзюдо занимался!
– После этого «дзю» сколько лет прошло? А до третьей схватки мне еще дожить надо будет! Лично мне приятнее думать об отказе от всей этой ерунды…
– Отказываться нельзя! Ни в коем случае! У меня есть план…
В это время Переводчик закончил обращение к Тао, вопросительно уставился на нас, и я не нашел ничего лучшего, как спросить у него:
– А чего этот родоначальник всех даунов мира молчит? Немой, что ли?
Переводчик вздрогнул, начал что-то вполголоса говорить Тао, при этом лицо последнего непрерывно менялось: вот оно как бы отекло, сузились глаза, рот приоткрылся и с нижней губы закапали слюни. Ну типичный дауненок!
Тао вдруг напрягся, взревел как раненый бык, с ударом ноги о землю встал в стойку японского сумоиста и, как сумоист, ударил кулаком одной руки в раскрытую ладонь другой. Я так понимаю, что сумоисты делают это для красоты, чтобы по телу волны жира прокатились. Выпендриваются, так сказать. Здесь же эффект был совершенно иной…
Мне по ребрам как будто киянкой врезали! Причем сразу с двух сторон! Хорошо еще, что я на тот момент вдохнул и задержал дыхание… Дяде Олегу, кажись, тоже досталось, потому что он ойкнул и пригнулся, прижав локти к бокам, а я сразу, не взирая на разделявшее их расстояние, связал между собой мои ребра и действия Тао. И взяло меня зло!..
– Ах ты, падла! – прошипел я. – Да я ж тебя даже убивать не буду! Я тебе шмась сотворю!
Решив тут же показать, как это будет выглядеть в технике кунг-фу, я выбросил руку со скрюченными пальцами в сторону лица Тао и, неожиданно ощутив какое-то упругое сопротивление, чисто рефлекторно сжал пальцы, зажмурился, резко дернул на себя и тащил, пока не вырвалось…
Это потом, позже, до меня дошло, что вокруг ямы, рожденной гением дяди Олега, образовалась зона каких-то особых магических возмущений, которые и способствовали всем этим безобразиям…
Если верить дяде Олегу, то физиономия Тао вытянулась в нашу сторону на добрых полметра, а потом с чавкающим шлепком вернулась на место. Но шлепок я уже слышал сам…
– Не положено менять местами состязания! – вдруг заголосил Переводчик. – Это влияет…
– А ну, толмач, заткнись! Я, что ли, начал? – рявкнул я, и дядя Олег поддержал меня:
– Чего вякаешь?! Оспорить хочешь? Давай! Только учти – я свидетель, а тебе щас тоже помидоров на личность обломится!
Переводчик затряс головой в разные стороны, глянул на своего дружка, побледнел и начал быстро что-то ему втолковывать, искоса бросая взгляды то на нас, то на лицо Тао. Вообще-то посмотреть на фейс приземистого стоило. Такого большого синяка (ну, ей-богу, что называется «во всю морду»!) я никогда не видел! И мне как-то не очень-то верилось, что сотворил эту картинку я одной правой.
– Если вас не устраивает последовательность состязаний… – начал Переводчик, но был грубо прерван дядей Олегом:
– Устраивает! Пусть бойцы разомнутся малость. Каждый по-своему!
Дядя Олег зачем-то погрозил пальцем Переводчику и сделал мне приглашающий жест в сторону коптилки:
– Присядем, сэр Охотник! Перекурим…
Мы устроились на деревянных чурбаках, закурили, и я, прикрыв рот ладонью, сказал:
– Мне кажется, тощий читает по губам… Ты говорил, что у тебя есть план?
– Ха! Есть ли у меня план? Ну конечно же у меня есть план! – Дядя Олег демонстративно прикрыл от Переводчика лицо картонкой. – Видишь кусок дюймовой трубы у крольчатника? Это я его туда поставил! Как только начнется ваш бой, я проберусь туда, возьму трубу, отоварю Переводчика, а потом и этого… Тебе продержаться надо будет всего несколько секунд!