Павел Мешков – Черный корректор (страница 11)

Кое-как мне удалось перехватить катушку и даже выбрать несколько метров лески. Что-то огромное билось и рвалось, отделенное от меня черным квадратом и парой десятков метров лески.

– Тащите! Когти Матери драконов мне в печень, если это не большой песчаник! – Мужик скакал около квадрата, как горный козел, и только что не засовывал в него голову. – На пару с водяным они обеспечат и нас, и наших внуков!.. Тащите! Осторожно!..

Я медленно, метр за метром, возвращал леску на барабан катушки. Пару раз меня довольно ощутимо поволокло в сторону квадрата. Пришлось встать на ноги, стравить леску и отойти подальше, к самому урезу воды.

– Тащите! Тащите! Еще немного! О!.. Мастер!..

Леска вдруг ослабла, а затем рывком натянулась. В результате мне пребольно досталось по пальцам рукоятками барабана и стоило значительных трудов остановить взбесившуюся катушку. Но мало-помалу я начал выигрывать бой. Вот в проеме черного квадрата показалась двойная петля лески около блесны, вот уже появилась сама блесна и сжимающие ее здоровенные челюсти желтого цвета…

– Еще чуть-чуть, Мастер! – Мужик приплясывал около квадрата, судорожно сжимая рукоятку своей планки-гильотины, и орал прямо в морду дракону: – Тащите, Мастер, тащите! Сильнее!!!

Возможно, последние слова этого блаженного дракон принял на свой счет. В буквальном смысле слова.

Рывок был такой, что я чуток не влетел в черную тьму квадрата. Пришлось выпустить малость лески, а затем, пятясь, восстанавливать статус-кво. Весь этот самый «кво» я восстановить не успел – леска натянулась как струна, зазвенела, что-то громко щелкнуло, и блесна, пулей вылетев из черноты, с грохотом обрушилась прямехонько в ведро, где и затихла.

– У-у-у… – резко замедлил темп стрельбы и перешел на вялые одиночные выстрелы мужик.

– Ушел! – помог я мужику нужным словом, облегченно вздохнул и вытер со лба пот.

Неожиданно из квадрата длинно полыхнуло огнем прямо в ведро, и мужик поспешно привел в действие ручную гильотину. Квадрат исчез.

– Ушел!.. Какая жалость! – Мужик-помощник был предельно печален. – Такой огромный Песчаник!.. На базаре… Нет цены!.. А колдуны?!

Мужик сердито уставился на меня, и в его голосе появилась неприязнь:

– Такой большой! Вываживать надо было! Осторожно! Да я тебя!..

Я даже не успел отскочить в сторону и послать его куда подальше, как намеревался. Мужик что-то увидел за моей спиной и резко, рывком набрал обороты:

– Пастухи… Да что там! Ушел и ушел! Мне тоже пора! Жаль только, что снасть ваша пострадала! Спасибо за науку! Рад был охотиться вместе с таким Мастером! Какие движения!.. Какая способность определять место охоты! А техника охоты?! А заклинания?! Никогда не забуду… Поведаю внукам!

Мужичок быстренько организовал эдакий «черный параллелепипед» и, с трудом пропихивая в него башку дракона, которого он назвал водяным, продолжал тараторить:

– За помощь я возьму самую малость! Не для себя! Для детей! Все для детей!.. Такому Мастеру ничего не стоит повторить!.. С такими-то мощными тайными заклинаниями! А для меня это!.. Но при чем здесь я?! Все для детей! А зачем Пастухи?! Все детям!

Он сунул голову в черноту параллелепипеда, и треск голоса моментально прекратился, как будто в пулемете кончились патроны. Мужик протиснулся в параллелепипед и растворился во тьме, но его голова тут же снова возникла на фоне черноты.

– Мастер! Заклинание! Пожалуйста! – умоляюще одиночными отстрелялась голова.

– А пошел-ка ты… – И я с удовольствием перечислил все повороты на нелегкой дороге, по которой послал непрошеного помощника.

Он экстатически зажмурился, причмокнул губами от удовольствия и благодарно кивнул. Лицо его прямо-таки засияло счастьем и кануло во тьму проема. Параллелепипед немедленно захлопнулся. Видимо, мужик торопился отправиться в путь по указанному мной маршруту.

Тут мне пришло в голову, что мой самозваный помощничек покинул меня не просто так, а по какой-то очень веской причине. Что он там бормотал про пастухов?

В общем, Олег, я обернулся и очень расстроился. Оно, конечно, дело понятное, что на рыбалке можно ставить крест. Накрылась рыбалка всем, чем можно. Но только что же это за проклятие такое на наши головы! На острове уже плюнуть нельзя – обязательно в чей-то глаз попадешь! Что за нашествие?!

Их было двое. И я как-то сразу понял, что это и есть Пастухи, которых поминал мужик-помощник. Заплаток на них было ничуть не меньше, чем на моем, так быстро смывшемся кунаке, но на Пастухах заплатки складывались в облегающие тело комбинезоны, были не в пример чище, а потому выглядели, как модели от Юдашкина. Головы то ли лысые от природы, то ли тщательно выбритые. Я, по чести говоря, не разобрал. Только над заостренными большими ушами торчали пучки волос. А вот морды, в смысле – лица, были прикрыты довольно симпатичными масками а‑ля доктор Лектор на прогулке. В общем и целом весьма привлекательная парочка.

Передвигались они очень быстро, но метрах в пяти от меня притормозили, что дало возможность грозно спросить:

– Кто такие? К кому приехали? Какого надо?

Они переглянулись, кивнули друг другу, и я даже не понял, кто из них заговорил:

– Мы слуги их величеств Трех Черных Королей. Идем по следу.

Голос мне не понравился. Противный до невозможности, скрипуче-свистящий и какой-то тягучий. Шевеления губ под масками я не заметил, как, собственно, и самих губ. Только глаза сверкали из прорезей, и что-то подсказывало – без масок ребята будут нравиться мне еще меньше, нежели их голоса и внешний вид вместе взятые.

– Следы у нас все на той стороне реки. Там дорога, туда и валите.

Сказал я это без задней мысли, просто чтобы поддержать разговор и без особой надежды на то, что они свалят по указанному адресу. Но это были еще те крендели! Хотя по словоохотливости им было куда как далеко до идиота-помощника.

– След здесь. Мы идем по следу…

Один из них быстро скользнул мимо меня, остановился точно на том месте, где исчез мужик, и начал колдовать с каким-то предметом, здорово похожим на кубик Рубика каменного века. Приглядеться я не успел. Меня отвлек второй.

– Кто вы? – проявил он коммуникабельность.

Когда-нибудь язык меня погубит. Не Великий Русский Язык, а язык в прямом, анатомическом смысле слова. Я даже подозреваю, что вместо ангела-хранителя у меня имеется свой, личный черт-провокатор. Вот он-то, злыдень, и дергает за разные места в самые неподходящие моменты.

– Я есть Великий Охотник-одиночка!..

Тебе, дядя Олег, когда-нибудь пистолет к затылку приставляли? Вот именно такое ощущение сразу и возникло. Чувство огромной, давящей опасности сзади. Аж шею свело! Да и впереди стоял тоже не подарок! Времени зря не терял и повел себя не очень-то миролюбиво. Выхватил из-за пояса какую-то фигню ажурную, вроде как железную, навел на меня и давай ее крутить! Потом расслабился и отрицательно мотнул головой. «Пистолет» от затылка враз куда-то отодвинулся, и шею отпустило.

– Шутишь?.. – прошипел мой собеседник и плавным движением подвесил свою железяку к поясу.

– Шучу! – охотно согласился я.

Позади щелкнуло, зашипело, и я, повернув голову, увидел висящий в воздухе черный провал. Все это творчество товарища Малевича мне уже порядком осточертело и, кроме спазмов в желудке, никаких других высоких чувств не вызывало. Поэтому я немного отошел в сторону и уже оттуда наблюдал, как во тьме растворился, блеснув лысиной, первый Пастух и как к провалу направился второй.

– Эй, кучерявый! – Мой черт-провокатор не дремал. – Может, карту дать? А то я того мужика так послал… Не догоните!

Пастух без особого напряга повернул голову на сто восемьдесят градусов, сверкнул глазами в прорезях маски и прошипел, как выдохнул:

– Догоним! Браконьер должен предстать перед судом!

Я уже успел десять раз пожалеть, что вновь привлек внимание к своей персоне.

– Но он же… Для детей… – сумел выдавить я.

– Суд разберется…

«Это смотря как он выглядит, ваш суд!» – подумал я, но благоразумно оставил свое мнение при себе.

Пастух так и ушел в черноту провала со свернутой назад шеей, сверля меня глазами. Провал исчез.

Я бесцельно потоптался на месте, потом отошел от берега ближе к ведру, нашел в траве свой улов и сложил в две кучки. Шесть щук и три драконьи головы. Я истерически хихикнул и задумался. Что-то подсказывало – с головами драконов хитрый напарник меня, как говорится, киданул, но в чем здесь фишка, я никак сообразить не мог. Ну, да бог с ним, с мужиком! Мне и эти-то головы были как-то не в вену. А вот щуки… Число «шесть» мне никогда не нравилось.

Пошел я, поднял с земли спиннинг, осмотрел, леску подмотал, блесну вытянул из закопченного ведра. Блесна выглядела крайне непрезентабельно. Вся какая-то жеваная, тройники погнуты… Леска тоже ничем не лучше, но крепкая. Я проверил. «Ну! – думаю. – Ежели сейчас Малевич со своим творчеством появится, то я ему в картину!.. И спиннинг не пожалею, и ведро, и вообще не знаю каких чудес туда накидаю!»

Размахнулся пошире – все нормально! Раз! И блесна легла, куда хотел. Прямо на середину Яманишки. Только вдруг по реке шорох пошел! Рыба из воды аж на берег выпрыгивать начала! Буруны от рыбьих хвостов и вверх, и вниз по реке! От моей блесны в стороны. На берег-то, может, и не очень много рыбы выпрыгнуло, врать не хочу, но пару хороших щук я отобрал.