Павел Матисов – Хозяин Оков XIV (страница 10)
— Была не была!
Следом за Лиетарис я свесился вниз и спрыгнул в тоннель. Эльфийка облачилась в древесную броню и держала клинок наперевес, шугая и без того напряженных гоблинов. Наше с Крамлохом желание сотрудничать подчиненные с обеих сторон не одобряли.
Покопавшись в гримуаре, я подвесил Светляк над своим плечом. Свободных слотов в наруче очень не хватало, так что все вспомогательные заклинания хранились в книжке с серебряными страницами. По необходимости я доставал гримуар и использовал нужные печати.
— Сюда, людишки-с! — махнул нам Крамлох.
Вскоре все участники отряда спустились в проем. Лишь голова любопытной Мякотки виднелась в отверстии сверху на фоне яркого синего неба. Я помахал питомцу рукой и исчез в полутьме.
Гоблины двинулись по единственному проходу. Узкому и невысокому. Явно проложенному вручную. Это была не естественная пещера, а рукотворный ход.
— Кто проложил все эти тоннели? — поинтересовалась Лейна, коснувшись каменной стены, местами поросшей мхом.
— Мы, клан Русла! Жители Истока умеют лишь захватывать и убивать. Мы же добываем руду, создаем доспехи и оружие, прокладываем ходы и строим жилища! — похвастался Крамлох.
— И каким же образом вы сумели продолбить столь прочную породу? — вопросил я.
— Мы владеем сильной магией! Покажи, Раблех! — скомандовал он сородичу.
Глубинный гоблин остановился, посмотрел на нас с сомнением, а затем приставил к скале свой странный клинок с туповатым наконечником. Изделие из металла было выполнено грубо, но убить такой штуковиной тоже можно. Чутье подсказало мне, что гоблин одаренный.
Абориген напрягся и подал странную силу прямо через свое оружие. Клинок гулко завибрировал. Постепенно вибрации металла становились столь быстрыми, что человеческий глаз не успевал их отследить. Кончик меча размазывался в пространстве.
Одаренный приложил инструмент к камню. Раздался грубый свист и скрежет. Полетела каменная пыль, осколки и щебень.
— Ек, настоящий меч
Порода поддавалась медленно, но процесс шел. Приснопамятные Песчаные эльфы, наверное, справились бы с задачей быстрее, но ненамного. Отличные прокладчики тоннелей из Глубинных Гоблинов получились.
— С помощью данной магии ведь можно не только стены долбить, верно? — уточнила Лиетарис.
— Конечно! Гоблины Русла сильны и свирепы в бою! — согласился Крамлох.
Мы двигались по витиеватым тоннелям, которые как будто были проложены без единого плана. Нам с Ниуру, Ульдантэ и Кшанти было в целом нормально. А вот рослые нирдхолдцы и Лиетарис передвигались, согнувшись в три погибели. Проходы не были рассчитаны на высокорослых людей. Даже нам приходилось частенько пригибать голову, что уж говорить про Высоких эльфов.
Порой стены каменного лаза сужались, и я с трудом протискивался. А ведь моя форма была далека от того пузатого задохлика, коим был Мрадиш раньше. Гоблинские строители не соблюдали никакие технические нормы при прокладке тоннелей. Форменное безобразие!
Мы спустились вниз по запутанному лабиринту. Порой встречались другие лазы, уходящие в неизвестные направления. Некоторые настолько узкие, что и человек едва протиснется. Рассчитанные исключительно на миниатюрных гоблинов.
Наконец мы вышли в обширную пещеру. Легкий свет пробивался внутрь через специально проделанные отверстия в стенах. По другую сторону находилась расщелина, по всей видимости. Пещера на этот раз была естественной, а не рукотворной.
Стены выглядели влажными, местами поросшими мхом. Красивым, сочным, разноцветным мхом. На многих участках росли серые грибы. На тоненьких ножках и будто бы с двойной шляпкой. Я заметил остатки ножек в некоторых местах.
— Грибами питаетесь? — догадался я.
— Грибы и рыба — основа жизни! — покивал Крамлох.
— Какое славно местечко! — пустил я скупую слезу. — Как давно я не пробовал вкусного грибного эля…
Мы продолжили идти по разветвленной сети пещер. Глубинные Гоблины мне напомнили одного персонажа из популярной франшизы. Разве что они были крупнее и мускулистее того же Добби.
— Кстати, в моем мире есть известная история, в которой упоминаются эльфы, — заметил я.
— Да? — откликнулась Лиетарис, ожидая от меня подвоха. И он не заставил себя долго ждать.
— Только эльфийские персонажи там больше похожи на Глубинных Гоблинов, кши!
— Так и знала, что люди все извратят!
— Эльфо-гоблины? Странные у вас сказки, — покачал головой Крамлох. — Где уродливые эльфы, а где прекрасные гоблины?
— Тоже верно, — покивал я.
— Сжечь бы тут все, во славу огня, — пробормотала Ниуру.
Мы миновали рудные шахты, проложенные гоблинами. Как конкретно они долбят породу не видели, но можно было и догадаться — использовали свою вибрационно-звуковую магию, либо обычные кирки. Мимо нас прошествовало несколько испуганных рабочих с наполненными корзинами за спиной. Носильщики руды, как поведал Крамлох.
Гоблины были в натуральном шоке после встречи с людьми. Полагаю, мы вообще первые люди и эльфы, которые побывали в этих норах, расположенных внутри Великого Каньона. Так что для местных мы были сродни внезапно объявившемуся левиафану.
Вскоре узкий пещерный проход вывел нас в новый подгорный зал естественного происхождения. Путь преграждали массивные ворота, сложенные из каменных блоков. Целые часовые стояли по ту сторону врат. Крамлох о чем-то долго беседовал со стражами. Какой-то высокопоставленный гоблин выходил наружу, чтобы осмотреть нас и еще раз попытаться вразумить нашего проводника. Но Крамлох остался непреклонен.
Ульдантэ постоянно подпитывала гоблина Лунными эманациями. Поначалу начальство поселения не желало нас пускать внутрь, но Крамлоху и Ульдантэ удалось склонить чашу весов в нашу сторону. Способность у эльфийки не ультимативная и не всемогущая, но если существо колебалось, то она могла слегка повлиять на него.
— Людишки в городе, а Исток возле самых стен. Ничего святого не осталось! Куда мы катимся! — восклицал глава поселения, как я понял.
Он тоже неплохо говорил на общем языке. Остальные гоблины общались на непонятном наречии. Какой-то грубый суржик. Вроде местами проскакивали слова из общего языка. Какие-то сложные понятия пришли прямиком от людей. Но в остальном их слова звучали как полная тарабарщина. Хорошо хоть кто-то нас понимал.
Языковой барьер легко мог привести к смертям и целому геноциду. Так что Крамлох молодец, что взялся изучать общий язык. Я на гоблинский бы точно тратить время не стал.
В сопровождении большого отряда гоблинов-солдат, среди которых было много одаренных, мы прошли через врата и очутились в обширном подгорном поселении. Повсюду виднелись шалаши, лесенки и переходы.
Все стены, пол и потолок пещеры были утыканы проходами. Дома в большинстве своем прорубали прямо в скале. Магия аборигенов позволяла делать это с достаточной легкостью. Виднелись грибные плантации. Горели очаги, где плавилась руда и готовилась еда. Дымоходы уходили наверх и исчезали в потолке пещеры.
Удивительно, что наверху мы не заметили ни следа дыма. Поселение было не сказать чтобы огромным, но мы должны были о нем узнать. Видимо, хитро рассеивали, чтобы снаружи Каньона никто не догадался.
Нас почти моментально окружила толпа гоблинов. Хоть неодаренных, но я слегка напрягся. Если гоблинская орда набросится на нас, нам может прийтись худо.
Надо бы Дисбаланс наладить на всякий случай. Им удобнее косить толпы рядовых противников.
Взрослые, детишки и старики-гоблины с интересом глазели на необычных гостей. Тыкали палками и пальцами, переговаривались и активно обсуждали увиденное.
— Кстати, а где ты так хорошо научился говорить на нашем? — уточнил я с подозрением.
— Людишки-с иногда забредают к нам. Ловим, изучаем. У вас мы научились плавить руду и ковать прекрасное оружие! — похвастался Крамлох своим кривеньким копьем.
— И что вы делаете с пленными? — вопросила Лейна.
Гоблин замешкался. Похоже, не хотел, чтобы возник новый дипломатический скандал. Судьба пленных, скорее всего, была незавидна.
— Ладно, дела минувших дней, — не стал я настаивать. — Сейчас у вас есть пленные люди?
— Двое людишек, — поведал глава деревни. — Один остроухий, второй плоскоухий.
— Остроухий человек — это эльф, балда! — взъярилась Кшанти. — Сумерки, дайте мне сил. Я не могу держаться в этом рассаднике низости и отсталости!
— Спокойно. Дыши глубже — вдох-выдох, — посоветовал я и дал знак Ульдантэ.
Лунная направила эманации на руководителя поселения и на Дзартен. Ночная шикнула на Лунную недовольно, понимая, чего та добивается, но все же постепенно успокоилась.
Старейшину звали Ваббалех. Приземистый гоблин, с клюкой и реденькими белесыми космами.
— Уважаемый Ваббалех, мы не можем пройти мимо чужой беды. Мы поможем вам с бандой Истока, вы же проведете нас на другой берег и отпустите пленных.
— Они знают о нашем убежище! — возразил глава.
— Как и мы. Нас вы тоже не собираетесь выпускать на свободу? — сузил я глаза.
Старый гоблин пожевал губами, затряс мясистым носом. После чего выдал нехотя:
— Мы даруем свободу пленным людишкам, коли вы избавите нас от Истока. Слово Глубинного Гоблина крепче камня!
— Отлично. Тогда показывайте, где засели поганцы. Быстро расквитаемся с ними и пойдем дальше! — проговорил я жизнерадостно.