Павел Марушкин – Властелин знаков (Лексикон) (страница 24)
Джек намеревался узнать номер квартиры мисс Вайзл у консьержа, он даже придумал подходящий предлог — заколка, якобы утерянная девушкой и найденная им на лестнице. Но последующие события спутали все его планы.
— Мистер Мюррей, сэр! Вам записка! — Консьерж приветственно помахал плотным конвертом. — Просили передать, как только я вас увижу, это срочно…
На сложенном вчетверо листе бумаги красовалась всего одна строчка: «У меня. Немедленно!» Подписи не было, но Джек и так знал, от кого пришло послание: из всех его знакомых готическими буквами писал только один человек…
— Скверные новости? — участливо осведомился консьерж при виде помрачневшего лица Мюррея.
— Н-нет… — в задумчивости протянул журналист. — Просто… А, неважно!
Послание было от Сильвио; но в таком тоне друг и наставник до сих пор к нему не обращался. Больше смахивает на приказ. Должно быть, случилось нечто экстраординарное.
Владелец сети книжных магазинов и по совместительству Мастер Центрально-Европейской масонской Ложи Сильвио Фальконе метался по своему кабинету, словно дикий зверь, посаженный в клетку.
— Господи, Джек, почему так долго?! — воскликнул он, стоило Мюррею переступить порог. — Я битый час вас жду!
— Гм… А что, собственно, случилось? — полюбопытствовал Джек.
— Мистер Инкогнито! — выпалил Сильвио и рухнул в кресло. — Он здесь, в Лондоне — и применяет свои… способности.
— И… где это произошло?
— Ориентировочно — в восточной части Гринвича…
У Мюррея отвисла челюсть:
— Не может быть!!! Это же… Я ведь там живу! И ничего похожего…
Наставник скрипнул зубами:
— Это означает только одно, Джек… Вы попали под его воздействие.
Тогда, три года назад, все началось внезапно. Сильвио Фальконе не желал медлить ни секунды, а Мюррей не собирался упускать заманчивые карьерные перспективы ради лишнего саквояжа с барахлом. Бумажник, тросточка да трехпенсовый, карманного формата бульварный роман — вот и все имущество, с которым молодой человек рискнул отправиться в путешествие. Едва завидев улыбку Фортуны, хватай свой шанс обеими руками — это правило он выучил твердо. Но не только честолюбие привело его в Центрально-Европейскую Ложу. В то время как большинство оксфордских однокашников Джека считало масонство не более чем клубом с забавными ритуалами и неплохими банкетами, Мюррей искренне восхищался миссией, добровольно возложенной на себя этими людьми. «Мы — строители, Джек. Но Храм, возводимый нами, создается не в честь дряхлых богов, а в честь человечества, в честь разума и науки. Масон — это не просто просветитель… Масон — это состояние духа; деятельное стремление к истине, постоянное самосовершенствование — и ясное понимание того, что совершенство недостижимо», — говорил Сильвио Фальконе, тогда всего лишь один из друзей семьи. И как только наставнику потребовалась помощь, он не раздумывал ни минуты — можно сказать, напросившись в спутники Сильвио. Вот тут-то Джек впервые почувствовал нешуточную мощь организации, членом которой уже некоторое время являлся. Паромы на континент были переполнены; но стоило появиться Фальконе — как его тут же проводили к начальнику порта.
— Ну вот, дело улажено! — спустя пять минут заявил наставник. — Для нас нашлись две каюты в классе «люкс».
— Ого! У вас хорошие связи, сэр! — уважительно заметил Мюррей.
— Безусловно, — тонко улыбнулся Сильвио. — Но в данном случае я просто воспользовался правом занимать места, бронированные для членов правительства.
Джек изумленно вскинул брови.
— Да, у некоторых из нас есть такие привилегии… И не только такие, — заметил наставник чуть позже, удобно устроившись в мягком кресле.
— Значит, Центрально-Европейская Ложа работает на правительство Империи?
— Скорее уж наоборот. В данном конкретном случае…
— Наоборот?!
— Не забивайте себе голову, Джек, — поморщился наставник. — У нас сейчас есть более насущные проблемы. — Он порылся в саквояже и достал отпечаток с дагерротипа.
— Кто это?
— О, этот джентльмен известен под разными именами: Адам Дрейзе, Дэниэл Блэксмит, Артур Ли… Мы называем его мистер Инкогнито. Зря улыбаетесь, Джек… Это очень опасный человек. Очень. И нам необходимо заполучить его.
— Что значит — заполучить?
— Заполучить — значит заполучить. Любым способом.
— Похищение?! — Джек ошеломленно глянул на наставника.
— Ну… В общем, да. Я сильно сомневаюсь, что он согласится помогать нам добровольно. — Фальконе покосился на своего протеже. — Боитесь?
— Это как-то… Не совсем законно, знаете ли! — Мюррей нервно усмехнулся.
— Вы все еще не понимаете. Если понадобится, мы наймем самых отпетых преступников и схватим его средь бела дня на глазах у изумленной публики. А полиция, Джек, будет отгонять любопытных и расчищать похитителям дорогу.
Юноша некоторое время молчал, переваривая сказанное.
— Но тогда зачем… В смысле, для чего вам нужен я?
— Мы стараемся действовать по возможности деликатно. Чем меньше посторонних будет осведомлено, тем лучше. Вы молоды и сильны, к тому же неплохо боксируете, да? Ну, это на крайний случай, конечно. На континенте к нам присоединится наш коллега — собственно, он крупный специалист в такого рода делах.
«Специалиста» Джек представлял себе этаким низкого пошиба громилой; но мсье Легри оказался представительным господином, одеждой и повадками скорее напоминавшим финансиста или банкира, чем некую темную личность. Даже охранник его, внушительного вида неандерталец со странным прозвищем Имеющий Зуб, выглядел именно тем, кем являлся — телохранителем важной персоны.
— Как обстоят дела с транспортом? — осведомился Сильвио Фальконе.
— Нет времени на поезда, — отрывисто бросил француз. — Для нас подадут мотриссу. Слава богу, имперские железные дороги позволяют добраться от побережья до Праги без пересадок.
— Что такое мотрисса? — поинтересовался Джек.
— Увидите.
— Прелюбопытная штука, — снисходительно пояснил Фальконе. — Паровоз, тендер и вагон класса «люкс», объединенные в одно целое. Простым пассажирам такое недоступно, конечно же. Снова — правительственный резерв.
— Какую ступень посвящения имеет мсье Мюррей? — неожиданно поинтересовался Легри.
— Э-э… формально, Джек — рядовой каменщик. Но…
Легри сердито заговорил по-французски.
— Я за него ручаюсь.
— Надеюсь, вы понимаете, что делаете… Запомните, молодой человек, — теперь Легри обращался к Мюррею. — Эта миссия облечена высшей степенью секретности!
Джек молча кивнул.
Мотрисса оказалась удобным и удивительно быстрым транспортом. Они практически все время находились в движении, останавливаясь лишь ненадолго, чтобы взять воду и уголь. По встречным веткам тащились грузовые составы — шварцвальдский строевой лес, рурский уголь, трансильванская нефть в неопрятных, покрытых черными потеками цистернах. Попутные поезда везли другое: металлопрокат, тяжелое оборудование, закрепленные на платформах хитроумные машины, укрытые от непогоды линялыми брезентовыми чехлами.
— В палате лордов поговаривают о возможности дальнейшего расширения на восток, — задумчиво молвил Сильвио. — Успехи Крымской кампании дали понять: Московия — колосс на глиняных ногах, а богатства этих территорий давно уже не дают покоя нашим промышленникам.
— Московиты не так просты, как полагают некоторые, — усмехнулся Легри. — Даже приблизительная калькуляция докажет несостоятельность подобных планов… По крайней мере, на ближайшие пару десятилетий.
— Но потом…
— Это слишком большой срок, чтобы строить политические прогнозы. К тому же не забывайте: именно наша операция может повлиять на дальнейшие судьбы мира самым решительным образом. Да-да, юноша, именно так! — француз заметил изумление Джека. — Ставки в этой игре до небес, не меньше.
Темные шпили Праги уже начали сливаться с вечерним небом. Джек зябко кутался в пальто: погода Восточной Европы оказалась для него неприятным сюрпризом. На Альбионе в это время года достаточно было накинуть легкий плащ, а здесь отнюдь не лишним был бы теплый жилет, шарф, да и перчатки, надо сказать, тоже не помешали бы… Красоты древнего города, пускай даже увиденные мельком, произвели на молодого человека огромное впечатление. С каким удовольствием он побродил бы по узким улочкам, любуясь готическими шедеврами, — или просто посидел бы в пивной, дегустируя знаменитое на всю Империю пражское пиво! Но его спутники имели совершенно другие планы. Прямо на перроне к Легри подскочил неприметный господин в горохового цвета плаще. Имеющий Зуб словно бы сконцентрировался из дымного вокзального воздуха и властно остановил незнакомца, опустив тяжелую ладонь ему на плечо. Джек только сейчас обратил внимание, что волосатые пальцы неандертальца унизаны массивными стальными перстнями: пожалуй, удар таким кулаком запросто раздробил бы кирпич! Гороховый что-то быстро залопотал на донельзя скверном бритиш.
— Университет… Библиотека… Вернулся домой… — только и смог разобрать Джек.
— Хорошо. Продолжайте наблюдение, только не вздумайте его спугнуть, — бросил француз.
Извозчик доставил их на улицу Алхимиков. Здесь, в одном из старинных зданий, находилась штаб-квартира пражского отделения Ложи. Долго они задерживаться не стали. Мсье Легри зажег свет, присел возле стола и достал из саквояжа необычного вида револьвер — очень короткий, но чрезвычайно крупного калибра. Следом появилась коробка патронов. Один за другим толстенькие латунные бочонки входили в гнезда барабана. Сильвио Фальконе наблюдал за действиями компаньона с возрастающей тревогой.