Павел Марушкин – Дело серых зомби (страница 28)

Описание Алисы Грей оказалось весьма точным, так что я узнал эту фигуру сразу. Серое одеяние бойца было сшито из множества длинных матерчатых лент, и такие же ленты свешивались с широких полей его шляпы. Матрос, приведший бойца, отступил назад. Фрог в сером стоял неподвижно, словно статуя; лица было не разглядеть. Экс-каторжане тут же обрушили на него шквал насмешек. Пастух бросил что-то своему длинному телохранителю. Тот ввинтился в толпу – и спустя короткое время к импровизированному рингу протолкался один из бунтовщиков. Был он не слишком высок, но чрезвычайно широкоплеч. Потертая черная роба обтягивала увитое веревками жил тело. Слегка присев и расставив руки в стороны, он двинулся навстречу серому.

– Борец, не «ударник», – бросил мне Тыгуа, кивнув на каторжанина. – А вот другой…

Фрог в сером словно взорвался – со стороны это выглядело именно так. Матерчатые ленты вдруг брызнули разом во всех направлениях – а темная фигура пришла в движение, запорхав вокруг своего противника, словно мотылек возле свечного пламени. Все закончилось очень быстро: экс-каторжанин нелепо взмахнул руками – и рухнул на палубу, заливая доски кровью из разбитого носа. Серый все с той же неуловимой быстротой отскочил от поверженного противника и вновь замер, неподвижный, как статуя. Я бросил взгляд на учителя, ожидая его комментариев, но Тыгуа молчал, сосредоточенно разглядывая загадочного бойца.

– Первый раунд – победа за моим фрогом! – зычно провозгласил шкипер. – Давай, кто там у тебя следующий?

Я заметил, что желающих потягаться силами со ставленником речников заметно поубавилось. Жилистого отливали водой. Он слабо стонал и пребывал, по-видимому, в нокдауне. Жердь нервно облизнул губы. Толстый поманил его пальцем и принялся что-то объяснять на ухо. Наконец тот кивнул и шагнул в круг, на ходу снимая куртку. Серый по-прежнему оставался недвижим. Длинный телохранитель скомкал робу и сделал было движение, словно собираясь отшвырнуть в сторону, но вместо этого кинул ее в голову противнику, одновременно змеиным движением бросившись ему в ноги. Хитрость удалась. Почти. За миг… Нет, за четверть мига до того, как цепкие пальцы длинного коснулись ног странного бойца, тот подпрыгнул. Он даже не согнул коленей, по крайней мере, я этого не заметил: просто вдруг подлетел в воздух, словно на батуте – и с громким хрустом приземлился на ухватившие пустоту руки Жерди.

Тот заорал. Это был долгий, пронзительный, идущий из глубины души вопль. Я невольно скривился, представив себе, каково сейчас этому типу. Сломанные пальцы – не шутка. Боль поглотила все его внимание – а боец в сером отступил на два шага в сторону и вновь застыл.

– Ну что, есть еще желающие? – с хитринкой прищурившись, спросил шкипер. Экс-каторжане вполголоса переговаривались, хмуро зыркая на неподвижную фигуру в сером. Становиться калекой никому, похоже, не хотелось. Толстый уголовник, повернувшись, о чем-то тихо, но яростно спорил с одним из своих товарищей.

– Стало быть, нет желающих? – шкипер обвел взглядом толпу. – В таком случае, победа присуждается моему…

– Ну-ка, погодь! – на ринг вдруг выскочил сущий коротышка. Тыгуа покачал головой.

– А знаешь, стыдно сказать – но лично я бы не рискнул, – шепнул он мне. – Этот парень фантастически быстрый и точный. Даже не представляю, что с таким делать.

– Узнаете, какая школа?

– В том и дело, что нет! – учитель раздосадованно щелкнул языком. – Если бы мне рассказали о чем-то подобном, я просто не поверил бы… – он осекся и внимательно на меня посмотрел. – Постой-ка, а ведь именно ты…

– После объясню, смотрите!

Коротышка приседал, подпрыгивал и делал выпады – оставаясь, впрочем, на безопасной дистанции от серого. Тот не шевелился. Наконец, видя, что противник никак не реагирует на его ужимки, ставленник бунтовщиков осторожно двинулся ему навстречу. Честно говоря, я не понимал, на что он рассчитывает: один только вид стонущих неподалеку жертв серого отбил бы охоту драться у любого нормального существа. Но коротышка, судя по всему, был типичным агрессивным психопатом; нормальностью тут и не пахло. Вдобавок кто-то из толпы вдруг кинул ему клинок. «Нечестно! Эй! Прекратить схватку!» – завопили матросы. Однако я заметил, что шкипера, похоже, не слишком волнует столь вопиющее нарушение правил: он лишь ухмыльнулся, жестом уняв самых возмущенных.

Нож, ловко пойманный коротышкой на лету, был вроде разделочного, но весьма впечатляющей длины – орудовать таким на кухне, пожалуй, не слишком удобно… Должно быть, его сперли на скотобойне: там этому монстру было самое место. Поигрывая темным, окислившимся лезвием, кровожадный карлик шел на сближение с бойцом шкипера. Стоило ему пересечь невидимую границу, как серый пришел в движение. Ленты метнулись к коротышке, словно атакующие змеи. Две из них обмотались вокруг клинка. Ставленник Пастуха рванул нож на себя; обрезок ткани упал к его ногам. Замелькали конечности. Все происходило так быстро, что глаз не успевал уследить за отдельными движениями. Пару раз мне даже показалось, что мелкому удалось пырнуть своего соперника, а потом они сплелись в один клубок, окруженный бешено пляшущими лентами – и из него спиной вперед, мелко семеня ногами, вылетел коротышка. Не останавливаясь, он достиг низенького борта пиасса – и с треском прорвав маскировочную сеть, рухнул в воду. Взлетел фонтан брызг. Толпа разом загомонила. Боец в сером вновь безучастно застыл, а я соскочил с ящиков и бросился к борту, якобы посмотреть, что сталось с мелким поединщиком. Это было наитием: сделав вид, будто споткнулся, я быстро подхватил с палубы обрывок серой материи и затолкал ее в рукав.

Участь карлика оказалась незавидной. Он всплыл брюхом кверху, с торчащей из груди рукояткой. Нож проткнул его насквозь. Вода за бортом окрасилась темными разводами.

– Третий раз, Пастух! И твой парень нарушил правила, за что и поплатился! – громогласно заявил шкипер. – Мы же договорились: никакого оружия! Ну, пускай кто-нибудь попробует заявить, что мой фрог дрался нечестно!

Он вызывающе уставился на бунтовщиков. Ответные взгляды не смог бы назвать дружелюбными даже самый отъявленный оптимист – но возразить экс-каторжанам было нечего.

– Да он сущий демон, этот твой ублюдок! – выкрикнул кто-то.

– Ага, он такой. И что с того? А теперь за работу, девочки! Я хочу, чтоб вы набрали побольше травы и веток и как следует замаскировали нашу лоханку! Ну, чего встали?

– Делайте, как он велит, – угрюмо бросил толстый уголовник.

Хотя и далеко не сразу, но бунтовщики потянулись выполнять распоряжение шкипера. Борта пиасса украсились пучками болотной травы, маскировочную сеть щедро утыкали ветками. С воздуха мы, должно быть, походили на плавучий островок из тех, что отрываются иногда от болотистого берега.

Нас с Тыгуа работать никто не заставлял, но из понятных соображений мы тоже приняли участие в маскировке судна. Учитель ловко помахивал своим мачете, обкарнывая ветки, а то и целые небольшие деревца. Я пустил в ход нож Арриведерчи, вызвав завистливое восхищение работавших рядом экс-каторжан.

– Классная штучка! – прищелкнул языком один из них. – Где достал?

– Забрал у одного… Ему он был не нужен, – я ухмыльнулся как можно более гадко. Уголовнички понимающе осклабились в ответ. Ну что за гнусные рожи…

Наконец дело было сделано. Мы двинулись вниз по течению, держась возле самого берега. Матросы изредка корректировали курс гребками весел. Из-за сетки развернуть парус, конечно, не представлялось никакой возможности, так что скорость у нас была черепашьей. Улучив момент, когда поблизости никого не было, я расположился меж двух штабелей ящиков и извлек на свет обрывок ленты, подобранный мною с палубы. Покопавшись в карманах, нашел еще один – тот самый, что дала мне Алиса Грей. Надо ли говорить, что они были практически одинаковы. Для очистки совести я подпорол зашитый кармашек на конце ленты. Струйка красного песка полилась на ладонь.

– Не хочешь рассказать мне об этом? – тихонько проворчал Тыгуа: он с любопытством наблюдал за моими действиями.

Я на секунду замешкался. С одной стороны, мой наниматель вряд ли будет в восторге, узнай он, что я нарушил конфиденциальность… А, какого черта! Если я и доверял кому-то на все сто, так это Тыгуа! Так что я поведал ему всю историю с самого начала.

– …Таким образом, этот таинственный тип интересует меня так, что дальше некуда. Эх, как бы подобраться к нему поближе!

– Мертвец… – задумчиво произнес Тыгуа. – Зомби… Хм. На первый взгляд полный бред. Их тела хрупки, они медлительны и печальны, к тому же мирские дела их не слишком волнуют…

– Но? – я вопросительно вздернул бровь.

– Скажи-ка, ты внимательно наблюдал за последней схваткой? Мне одному показалось, что…

– Коротышка достал его, верно?! – возбужденно перебил я. – Проклятье, я-то думал, померещилось!

– Причем целых два раза, – кивнул он. – Я решил было, что на старости лет мерещиться начало – но раз ты тоже видел…

– Все произошло так быстро…

– Думаю, никто и не заметил, кроме нас.

– А что скажете о его манере вести бой?

Он вздохнул – как мне показалось, с грустью.

– Само совершенство, Эд. Ни единого лишнего движения, потрясающая скорость и координация. Я ведь серьезно сказал – я понятия не имею, как справиться с таким.