Эти тоже приберу,
По дешёвке заберу.
Тут и Стро́ганов проснулся,
С изумле́нием поперхнулся:
– Вновь, бессты́жа борода,
Поперёк ползёшь всегда.
Я заводы заберу,
Всё в округе и руду.
Расширять мне надо край,
Ты, Деми́дов, не влезай.
Нам ещё Иван четвёртый, —
Достаёт указ потёртый, —
Завещал все эти земли.
Вот, Деми́д, смотри и внемли, —
И бумагу подаёт,
На те земли и завод.
– Не было тогда завода,
Как и не было прихода.
Ты, Барон, уж не серчай.
Вот те ку́киш, а не край.
Долго спорили, рядились,
За заводики всё бились,
А досталось всё купчишке,
Так сказать, ещё мальчишке.
Тот уме́ньем обошёл
И судьбу свою нашёл.
«Он на Тро́ицком заводе
Де́лать стал посуду вроде», —
Говорили старики,
Им же врать-то не с руки.
Не простую, расписную
Да как будто золотою.
Поставлял их во дворец
К Импера́торше творец.
Во дворцах она блистала,
Елизаве́те ми́лой стала.
Восхища́лась красотой:
«Кто же мастер-то такой?
Вмиг доставить мне сюда.
Что стоите, господа?»
Слуги быстро поскакали,
Тут же Лёшку отыскали:
«Мол, к царице во дворец
Приглашается творец.
Собирайся побыстрей,
Едем к матушке царей.
Торопись, не любит ждать —
Может и в Сибирь сослать».
На карете вмиг домчались
До дворца, где поднимались
Вверх по лестнице крутой,
Каменисто-золотой.
Всё здесь золотом покрыто,
Для купцов лишь дверь открыта.
На столбах, держащих свод,
Ро́спись зо́лотом идёт.
По купе́ческому входу,
Так сказать, согласно роду.
Лёшку в за́лы повели,
Где жили сами цари.
Открыва́лись пред купцом
Двери созданы творцом,
А за ними большие залы,
Где в нарядах, величавы,
Стайкой ходят господа,
