Павел Кравченко – Время пришло (страница 8)
Далее все по регламенту. На мой вопрос к первому замминистра, отчего не предупредили, ответа не последовало.
И смех, и грех.
Я тоже монархист
Если из предыдущих историй читатель не смог четко идентифицировать мое мировоззрение, отмечу: оно у меня религиозное, в основе которого лежит православное исповедание веры (в том числе понимание Бога). Это база всего. Что касается оптимальной формы правления государственного устройства власти в России, глубоко убежден, что республика (текущая форма правления) – это для России нонсенс во всех отношениях.
Позиция (подробные обоснования изложены в иных моих опубликованных текстах) заключается в том, что в любом государстве, где подавляющее большинство граждан (не менее 70 %) религиозные люди (вне зависимости от вероисповедания), форма правления должна быть монархией. Основополагающий аргумент – это источник власти. В республике источник власти – народ. В монархии источник власти – Бог. У религиозного человека на первом месте стоит Бог, и из этого постулата вытекает вся дальнейшая логика мироустройства. Все дополнения по данному вопросу – в большей степени детали.
Более двенадцати лет значительную часть своего времени (а также личные финансовые ресурсы) посвятил аккуратному информированию российского общества по данному вопросу. На этой основе была сформулирована историческая миссия России. Предложена национальная идея российского народа. Разработан алгоритм реализации предложенного (в рамках действующей Конституции). Одним словом, много чего сделано и много сил и средств потрачено.
Несмотря на то что круг моего общения весьма ограничен (на системной основе), есть исторические товарищи (близкие товарищи), с которыми я иногда встречаюсь. Как правило, это обед или ужин. Данная форма общения дает возможность обсудить некоторые вопросы, поделиться соображениями, послушать достаточно информированных, умных и рассудительных людей и т. д.
С кем давно дружу (более 15 лет как минимум), тот хорошо знает мое видение по разным насущным вопросам современности. Как правило, если некая позиция не принимается (изменение формы правления (с текущей на монархическую)), то в заключение следует вопрос: «Павел (Павел Павлович), ну ты скажи, а людям от этого жить будет лучше?»
Ужин с товарищем. В прошлом занимавшим достаточно значимую должность в неких структурах. Многое сделал для России. Мой ровесник. Поговорили. Обсудили. Затронули вопрос о форме правления. Его позиция: «Пока не могу принять, что это правильно и технически возможно в текущих условиях (встреча до начала СВО, но после крымских событий)». Мои аргументы в большей степени принимаются. Но в итоге товарищ не в пользу монархии в России. Согласен со всем. Что демократия – фикция. Двойные, а то и тройные стандарты. Лицемерие Запада и т. д.
Аргументы у меня иссякли. Остались религиозные, но они принимаются только в том случае, когда мировоззрение религиозное. В данном случае в большей степени уважение к традициям и понимание, что к этому нужно стремиться.
Во время беседы я видел радость в его глазах, так как у него наконец-то родился внук. Для моего товарища это было значимое событие. Он был счастлив. Именно во внуках, через рождение их дочерями, часто можно увидеть в большей степени себя в детстве.
Мне пришла мысль с отличным примером. И я начал.
Иван Иванович (имя условное), внук родился. Прекрасно. Он подтвердил, что просто замечательно. Начал рисовать в его воображении следующую картину.
Вы сидите в загородном доме у себя в кабинете. Вам уже не менее 70 лет. Занимаетесь текущими вопросами. Дегустируете виски и вспоминаете мои рассказы про любимый портвейн императора Николая II.
Стук в дверь. Внук-то у вас вырос, воспитанный. Дверь открывается. Входит уже взрослый парень. Вы очень рады. Обнимаетесь, так как не видели его уже более месяца. Ну вы же знаете, молодежь сейчас к старикам за город трудно заманить. Ну да, соглашается Иван Иванович.
Поздоровавшись, он говорит вам: «Дед, хочешь, я тебя со своей невестой познакомлю? Мы вместе к тебе на дачу приехали».
Вы, обрадовавшись, соглашаетесь на столь внезапное и неожиданное знакомство, которого вы ждете уже пару лет.
Внук ваш громко говорит: «Вася, заходи».
Ваша реакция какая?
«Павел Павлович, ну ты даешь. Какая еще реакция может быть? Что за вопросы ниже пояса? Это чистейшая провокация».
«Ну да, ну да», – отвечаю я. – «Давненько-то в Европе были? Ах да, забыл. Вы же невыездной».
Пришлось в краткой форме напомнить о тенденциях в «свободном мире», и что в республике источник власти – народ. Что он захочет, то власть будет реализовывать. Ведь именно народ – источник власти. Придется считаться с консолидированным мнением граждан, иначе как выборные должности занимать. Привел статистику терпимости по данному вопросу в России. Ее тенденцию за последние двадцать лет.
Закончив общей мыслью. Этот бардак с явной пропагандой западным миром различных мерзостей лет через 20–30 будет реальностью в России.
На его вопрос: «Что с этим теперь делать?»
Мой ответ: «Менять форму правления, которая позволит, опираясь на божественную позицию по данному вопросу, выстроить всю законодательную базу о невозможности развития данных процессов в России-матушке, и на этой основе воспитывать следующие поколения российских граждан».
Он внимательно послушал, задал очередной вопрос: «Можно как-то иначе все это остановить?» И, получив мой ответ: «Никак не можно», взяв разумную и взвешенную паузу, ответственно заявил:
«Павел Павлович! Я тогда тоже монархист».
Про папу
В свое время (2005 г.) мне удалось папу убедить в необходимости написать книгу. Некоторое время он был в размышлении. В итоге он согласился и написал. Текст был издан в 2005 году под названием «Записки следователя».
Книга оказалась достаточно популярная. Издавая ее в электронном формате (получается второе издание), добавлены воспоминания родных и близких. Ниже представлены мои воспоминания, которые вошли в книгу.
От родных и близких
Первое издание папиной книги «Записки следователя» (в печатном формате) вышло в 2007 году. Так сложилось, что весь небольшой тираж был подарен родным, близким и знакомым. На протяжении длительного времени мне постоянно хотелось переиздать книгу бо́льшим тиражом, чтобы с жизнью неординарного человека смог познакомиться больший круг читателей. Обстоятельства складывались так, что переиздание произведения откладывалось по различным причинам.
И наконец-то сложились все условия, что бы книга была переиздана.
На первом этапе книга будет издана в электронном формате. Если
читателям она понравится, возможно, выйдет и печатная версия.
Второе издание дополнено одним материалом – «От родных и близких».
Так как наибольшим писательским опытом обладаю я, то мне и придется открыть этот раздел, нарушая очередность (я самый младший из детей). Как только я приступил к созданию раздела, то сразу понял, что «двумя словами» здесь не обойтись. Так много всего хотелось вспомнить и рассказать о папе, что, по всей видимости, для полного изложения понадобилась бы еще одна книга. А потому свой писательский пыл я несколько умерю и здесь приведу лишь некоторые свои воспоминания.
Папа ушел из жизни в ночь на 15 июля 2015 года. Ему шел 81-й год.
Ушел тихо и спокойно. Во сне. По всей видимости, это было до полуночи, так как телевизор оставался включенным. Еще вечером он немного занимался в огороде, при том что за пару дней до этого он себя почувствовал неважно. Это выражалось в том, что он не пошел вечером плавать. Как правило, он каждый день старался плавать не менее 15 минут. На вопрос: «Папа, как ты себя чувствуешь?» ответ был один: «Более-менее нормально». Ушел из жизни именно так, как я всем и говорил. А говорил я следующее. «Папа, зная, что завтра умрет, никому об этом даже не скажет. Причина одна: не доставлять родным и близким беспокойства». Его одна из жизненных позиций заключалась в том, чтобы никому не доставлять хлопот и забот, связанных со своей персоной. По всей видимости, эта часть характера мне передалась по наследству.
То, что он знал дату (ориентировочно) ухода из жизни, это факт. В последнее время мы с ним рассуждали на эту тему. Самое главное – смерть его не пугала. Он был к ней полностью готов. Включая и завершение всех земных дел. Кроме этого, его переполняла радость от того, что Крым вернулся в состав России. Он мне часто напоминал, как я ему обещал, что он не уйдет из жизни, пока Крым не будет российским. Всё у меня допытывался, откуда я это знаю. Но он, естественно, всё понимал и без моих слов. Он часто мне говорил и даже предупреждал, что так сложилось, что я ни в коем случае не должен ни на кого обижаться по большому счету и всегда всем всё прощать. Когда я был гораздо моложе (естественным образом, не знаком был с Божественным откровением), то не всегда принимал такую его позицию. И на мой вопрос, с какой стати, если человек сделал подлость, его нужно прощать. Согласен, что не нужно отвечать. Но простить это – ты уж, папа, извини. Но он настаивал в категоричной форме. Говорил: «Ты скоро сам это поймешь». В дальнейшем я начал понимать, когда вышла его книга. Но это отдельная история.