Павел Крапчитов – Третий глаз (страница 8)
— Играю.
— Не надумал изменить свою жизнь? Не надоело наряжаться простолюдином?
***
В карты играли вчетвером. Один из них был сыном заместителя главного интенданта королевской армии, второй — сыном министра королевского двора. Отец третьего был ничем не примечательным архом, но провинившийся сынок вовремя смог его уведомить о происшествии, и тот, наверное, кого нужно подмазал. А потому наказали только Алеха.
В целом всё выглядело пристойно, не подкопаешься. Особо не злобствовали. Не обостряли отношения со студентами. Наказали только одного из четырёх — организатора. Именно в его комнате и проходила игра. То, что Алех проживал в комнате не один, а с Комелем, тем самым сыном, чей отец служил министром королевского двора, и которого тоже можно было бы назвать организатором запрещённой игры, скромно умалчивали.
Ко смотрел на то, как собирает вещи Алех. Ему было стыдно. Играли все, а наказали одного.
— Что будешь делать? — спросил он своего теперь уже, наверное, бывшего соседа по комнате.
— Для начала найду жильё.
— Не говори, что ты арх, — посоветовал приятелю Ко.
Его отец стал потомственным архом незадолго до появления сына на свет. Впрочем, кто кому обязан званием арха, можно было бы поспорить. Отец Ко, энергичный молодой человек из богатой купеческой семьи, как раз перед появлением сына встречался с дочерью одного из аристократов. И довстречался… Чтобы скрыть позор девушки, будущего отца Ко быстро произвели в архи. Уже в этом звании он женился на будущей маме Ко. Возможно, ввиду вышеуказанных обстоятельств к званию арха в семье Комеля относились без особого пиетета.
— Скажешь, что ты арх, — продолжил давать советы Ко. — С тебя возьмут повышенную плату.
— Так и поступлю, — ответил ему Алех.
После разрыва с отцом мысль о том, что надо экономить деньги, была ему близка.
***
Свои поиски жилья исключённый из Академии студент начал с левого, или рыночного, как часто его называли, берега столицы. Искать жильё на правом берегу, там, где располагался дворец короля, не было никакой возможности. Цены здесь кусались.
В откровенно бедняцкие районы Алех не пошёл. Возможно, там и нашлось бы недорогое жильё, но жить чужаку там было небезопасно. А потому он отправился в южную часть города, которую облюбовали торговцы. Выбрал одну из наиболее оживлённых улиц. Склады, торговые лавки, невысокие здания, снова склады… Алех шёл и смотрел по сторонам.
«Если что-то понравится, то начну прицениваться», — решил он.
Но так ничего и не приглянулось. В результате молодой человек почти вышел из торговых районов и оказался на небольшой площади. Снова ничего примечательного. Лавки, ещё лавки, спешащие люди, редкие экипажи. Но глаз молодого человека зацепился за некое яркое пятно, которое оживляло всю картинку площади. Это была тележка цветочницы. За ней стояла симпатичная девушка, а рядом с ней — более зрелая женщина, но ещё не утратившая былой привлекательности. Между ними происходил какой-то оживлённый разговор. Ноги Алеха сами повернули в ту сторону.
«Всё равно я собирался спросить у кого-нибудь про комнату», — объяснил он себе свои действия.
По мере приближения к женщинам Алех поменял мнение. Сначала его привлекла цветочница, но вскоре стало видно, что, кроме молодости, ничего привлекательного в ней нет. Бледное невыразительное лицо, угловатая фигура и плоская грудь. А вот вторая женщина всё больше притягивала его внимание.
«Зря я назвал её зрелой, — подумал про себя Алех. — Просто молодая женщина. Конечно, старше цветочницы, но, скорее всего, ненамного».
А привлекло Алеха в этой молодой женщине многое: фигура, лицо, изящная одежда, но было ещё кое-что, в чём молодой человек не хотел себе признаваться. Эта женщина показалась ему доступной. Причём не всем подряд, а именно ему. Вот бледная цветочница не казалась такой. Подойди к ней и поздоровайся, так она вся сожмётся, словно ожидая удара или какой-то другой неприятности.
«Как такая ещё цветы продаёт?» — подумал молодой человек.
А вот вторая женщина, которая явно что-то выговаривала цветочнице, создавала другое впечатление.
«Добрый день», — Алех представил, как подойдёт и поприветствует эту женщину.
«Добрый день», — ответит та и улыбнётся ему.
Подойдя поближе, Алех заметил, что часть цветов на тележке цветочницы завяли.
— Как же это произошло? — спрашивала женщина, та что постарше, у цветочницы.
— Не знаю, — только и могла выдавить из себя цветочница. — Не знаю.
— Добрый день, — Алех уже достаточно подошёл к говорящим, чтобы поприветствовать их.
Всё произошло так, как он и предполагал. Цветочница испуганно посмотрела на него, а другая женщина обернулась и широко улыбнулась.
«Как приятно», — подумал Алех и вспомнил Тессу из родовой усадьбы.
Та тоже ему улыбалась, но её улыбка выходила такой робкой и скоротечной, что не поймёшь — была она или нет. Сейчас же женщина улыбалась ему широко и открыто. А ещё эта улыбка говорила Алеху, что чувства его не подвели. Он понял, что может получить от этой женщины больше, чем улыбку. Например, коснуться её плеч, развязать ленту шляпки под её подбородком, взять этот самый подбородок в свою ладонь, а другую положить на её талию, а потом просто наклониться и поцеловать её в приоткрытые губы.
От таких мыслей сердце Алеха сильно забилось, а глаза женщины, о которой он думал, слегка расширились, словно она поняла, о чём он думает.
Молодой человек покраснел и, чтобы скрыть своё смущение, спросил:
— Что у вас случилось?
— Ах! — ответила женщина постарше, а цветочница стала ещё бледней. — Такой жаркий день! Вот мои фиалки и завяли.
— Это можно исправить, — сказал Алех и тут же испугался. Далеко ли Академия? Не заметят ли всплеск энергии? Да и помнит ли он заклинание?
«Какой всплеск? — тут же сам себя отругал он. — Всего один горшочек с фиалками. Никто даже внимания не обратит».
Недоучившийся маг сосредоточился, сплёл заклинание, а тянуться в эфир за энергией не потребовалось. Обошёлся собственной. И произошло чудо…
Стебли фиалок в горшочке поднялись, скукожившиеся цветки расправились, а на их лепестках заиграли капли росы.
— Ах! — снова сказала молодая женщина, при этом она взмахнула руками и сложила ладошки на своей груди, отчего ткань платья натянулась, продемонстрировав привлекательность этой важной части женского тела. — Как я смогу вас отблагодарить?
Алех сглотнул. Он точно знал, какую награду ему хотелось бы получить. Кроме того, было бы здорово, чтобы хоть что-то прервало ту череду неудач, которые обрушились на него в последнее время. Но знать, что хочешь, и сказать об этом вслух — совершенно разные вещи. Поэтому молодой человек произнёс совсем другое.
— Вы не знаете кого-нибудь, кто может сдать мне комнату?
— Знаю, — ответила женщина. — Пойдёмте, я покажу.
У неё оказался собственный экипаж, а она сама — вдовой и торговкой цветами. Она владела десятком цветочных точек в южной части столицы. А ещё в её доме пустовала мансардная комната. Туда она и повезла Алеха. А имя у торговки оказалось удивительным — София.
***
В тот день у них всё и произошло.
София, или просто Софи, как она попросила её называть, привезла Алеха в свой дом, показала комнату, цена за которую молодому человеку показалась приемлемой. Потом он собирался уйти, но хозяйка настояла, чтобы они вместе пообедали. За время принятия пищи они так распалили себя взглядами, что когда служанка унесла грязную посуду, а они оказались сидящими рядом на диване, то сдерживаться не было никакой возможности.
«Всё, как я и представлял, — думал Алех, целуя губы торговки. — Ну, почти».
Что делать дальше, молодой человек не знал. Зато знала Софи. Она привела Алеха в спальню, задернула шторы, приказала раздеваться, а сама скрылась за ширмой.
Всё произошедшее далее Алех помнил фрагментарно. Вот он, путаясь в деталях одежды, раздевается, а вот он уже в постели, и рядом голое женское тело. А потом картинка и вовсе стала мутной. В памяти остались лишь обжигающие объятия, обильные поцелуи… а потом наступило наслаждение.
— Тебе хорошо? — спросила Софи и, не дождавшись ответа, заглянула в его глаза, засмеялась и прижалась к груди своего неожиданного любовника.
Ведь ответа и не требовалось. Хорошо? Очень! Алеху казалось, что он парит на облаках, а рядом не просто женщина, а какое-то чудесное создание. Ничего подобного молодой человек не испытывал раньше.
«Это знак, — пришла ему в голову мысль. — Теперь всё будет по-другому. У меня будет новая жизнь».
Так всё и произошло. У него действительно началась новая жизнь. А простенькая шпага, которую Алеху полагалось, как представителю сословия архов, носить на левом боку, была запрятана на дне сундука с одеждой. И пока об этом поступке он ни разу не пожалел.
***
— Не надумал изменить свою жизнь? Не надоело наряжаться простолюдином?
Каждую встречу их разговор проходил по одному и тому же сценарию, почти одними и теми же словами. Но оба понимали, что для того, чтобы жизнь младшего брата изменилась, ему надо помириться с отцом. Однажды Зоран так и спросил брата, не хочет ли он вернуться в семью. Алех тогда сильно покраснел и даже как-то стал задыхаться. Пришлось какое-то время махать на него салфеткой, нагоняя больше свежего воздуха. Больше этого вопроса Зоран не задавал.