Павел Корнев – Москит. Том I (страница 21)

— И к чему это всё? Понимаю, соискателей сразу после инициации обследуют, а меня-то зачем?

Дядька уселся напротив и принялся заполнять бланк.

— А если подумать? — в свою очередь поинтересовался он, макнув стальное перо в чернильницу.

Я пожал плечами.

— Нет, так-то часть обследований какую-то новую информацию может дать…

Трофим Сергеевич покачал головой.

— Почему ты здесь?

— На пик витка выйти не могу.

— Вот! — воздел дядька указательный палец. — В этом-то всё и дело. Думаешь, ты один такой уникальный? Да ни в коем разе! Где место уникальным вещам, я тебе уже говорил!

— Это не ответ.

— Чтоб ты знал, Петенька, причины, которые мешают операторам выйти на пик способностей, относятся к пяти категориям. — Трофим Сергеевич принялся загибать пальцы. — Преимущественно проблемы возникают в силу пониженной чувствительности, аномально высокой сопротивляемости либо же из-за неблагоприятного сочетания этих параметров. Ещё таким образом способны проявляться недиагностируемые патологии, ставшие следствием сбоя инициации. И, на минуточку, у операторов могут быть проблемы с головой. — Он постучал себе пальцем по виску. — Допустим, человек сам не верит, что добьётся успеха. В случае операторов, знаешь ли, психические отклонения зачастую куда важнее чисто физиологических.

Я вскочил из-за стола.

— Да всё у меня с головой в порядке!

— Это ты так думаешь, — усмехнулся дядька. — А где-то среди совершенно бесполезных обследований запрятан тест и на этот счёт. Ты полагаешь его простой формальностью и проходишь, не волнуясь и не переживая за результат. И вот уже проясняется клиническая картина…

Я — псих и сам не верю, что сумею добиться успеха, а потому подсознательно всё порчу? Чушь собачья!

— Да ну вас! — махнул я рукой, забрал бланк и вышел за дверь.

Поднялся в двадцать четвёртый кабинет и не особо даже порадовался тому обстоятельству, что скорость моей регенерации по сравнению с прошлогодним обследованием ещё немного возросла. Вздохнул только и отправился к Звонарю.

Тот ознакомился с медицинскими записями, многозначительно хмыкнул и накидал распоряжение обеспечить меня питанием в соответствии с диетой за номером три.

— Дополнительно можешь брать что хочешь, — предупредил Макар Демидович, протягивая бланк, — но спецрацион съедай до последней крошки. — Он посмотрел на часы. — Времени у тебя сорок минут. Без четверти три встречаемся во дворе.

— А дальше? — не удержался я от вопроса.

Доцент глянул на меня озадаченно.

— В смысле — дальше? К Эпицентру поедем!

Чего-то подобного стоило ожидать изначально, но очень уж предупреждение Альберта Павловича в душу запало. Враз стало не по себе.

Не надорваться. Только бы не надорваться.

Часть первая. Глава 5/1

Глава 5

В кои-то веки к Эпицентру выдвинулся со всем возможным комфортом. Не трясся на мотоцикле, не потел в душном автобусе и не отбивал зад на лавке в кузове грузовика, а вольготно разместился на заднем сиденье вездехода. Напротив расположился доцент Звонарь со своей конопатой ассистенткой, обок сидела Лизавета Наумовна.

— Вы уж простите великодушно, что выдернул сразу по приезде, — обратился к ней Макар Демидович без малейшего намёка на раскаянье в голосе, — но мы тут просто зашиваемся вдвоём.

Лизавета понимающе улыбнулась, и только. Звонарь тоже к поддержанию беседы склонен не был и взялся листать научный журнал, его ассистентка поначалу поглядывала на меня с интересом, но вскоре ей это развлечение наскучило, отвлеклась. Пока ехали по узеньким улочкам Кордона, я украдкой косился на коленки Лизаветы, а вот стоило только колонне выехать на трассу, и как-то разом проснулись крепко-накрепко вбитые за время патрулирования здешней округи рефлексы. Ну да — начал шарить глазами по степи, холмам, лесной опушке.

Во главе кортежа катил броневик, пыли его колёса поднимали не так уж и много, да и оседала та быстро, к нам под брезентовый верх вездехода уже не залетала. Дул свежий ветерок, и солнце нисколько не жарило, ещё и укачало, казалось бы — самое то вздремнуть после сытного обеда, да какое там! Сна ни в одном глазу, слежу за обстановкой.

Обед, к слову, вопреки опасениям оказался очень даже неплох. Мне выдали густой суп-пюре, к нему тарелку странных на вкус сухариков, макароны с жареной рыбой и чайник с травяным настоем. Справляться, какие именно продукты пошли на приготовление блюд, я не стал, наверное, поэтому и перекусил с аппетитом, а не давился едой через силу.

После заставы на двадцать пятом километре начало ощутимо припекать, меня пробрал пот, пришлось то и дело вытирать лицо носовым платком. Будто не в машине ехал, а примерно с такой же скоростью бежал или даже с помощью сверхспособностей автомобиль в движение приводил. Когда прибыли к пропускному пункту, штаны и рубаху-поло впору выжимать было, да и панама стала влажной.

Только вот это были ещё цветочки! Думал, сейчас попытаюсь выйти на пик витка, быстренько отстреляюсь и сяду пить чай под навесом, но у Звонаря на мой счёт оказались совсем иные планы.

— Лизавета Наумовна, вы с Нюрой берите на себя четвёртый и пятый витки, а мы с Петром займёмся седьмым, восьмым и девятым.

Тут-то я и сообразил, что формулировка в приказе о командировке: «в связи с производственной необходимостью» отнюдь не была пустой формальностью и бить баклуши мне никто не даст, пахать придётся от рассвета до заката.

В итоге мы высадили спутниц на четвёртом витке, а сами укатили на седьмой. Там я установил раскладной столик и воткнул в землю солнечный зонтик, а дальше в сопровождении мотоцикла прикатил автобус с начинающими операторами. Боец с противотанковым ружьём залёг на позиции, доцент стал оформлять бумаги и колоть спецпрепарат, а мне пришлось битый час контролировать первую подстройку на Эпицентр молодых людей и барышень, каждый из которых был в разы мощнее меня.

Ладно хоть опыт по этой части я наработал немаленький, да и занятия сверхйогой не прошли даром: помимо того что изначально был способен различать токи и скопления энергии, теперь ещё и на собственном опыте знал, каким образом следует выводить неофитов из транса, и понимал, когда именно это следует делать. Звонарь на сей раз со своими пожеланиями и рекомендациями не лез — видно, прекрасно понимал, что мне и без того с седьмым витком работать непросто.

Начинающие операторы в основе своей проблем не доставляли и действовали грамотно, мало кого приходилось выводить из резонанса принудительно. Да они и сами преимущественно не задерживались в трансе дольше чем на десять секунд. Правда, даже так успевали втянуть в себя столько сверхсилы, что я и не пытался гасить её за счёт собственного потенциала, а вскрывал энергетические узлы и прокидывал от них цепочку ионизированных молекул воздуха к вкопанному в землю рельсу, что приводило к самопроизвольному пробою. Операторов при этом потряхивало не слишком-то и сильно, а у меня самого разве что волосы периодически дыбом становились. По сравнению с первыми шагами на этом поприще — ерунда, не стоящая внимания.

По итогам часа Макар Демидович удостоил меня скупой похвалы и даже налил чашку травяного чая. Надо сказать, второе порадовало несравненно сильнее первого. А то начало казаться даже, что с потом вся жидкость из организма вышла. Натуральным образом сушёной рыбой себя ощутил. И следующие два часа на восьмом и девятом витках дались ничуть не легче.

Жарко. Жарко. Жарко.

И ведь не просто солнце припекает, ещё и Эпицентр своим излучением изнутри прожаривает. Отвык я от такого. Да и не задерживался никогда здесь так долго. Но слабину не дал, справился.

— Ну что же… — улыбнулся Звонарь, стоило только нам обработать последнего оператора. — Теперь твоя очередь.

— Это как? — озадачился я. — Подстройку сделать или попробовать на пик витка выйти?

— И то, и другое, — объявил Макар Демидович и дал знак бойцу с противотанковым ружьём оставаться на своей позиции.

Я передёрнул плечами, сошёл с полянки, в центре которой чернела проплешина спёкшейся земли, и, лишь удалившись на безопасное, как мне показалось, расстояние от других операторов, замер и прислушался к своим ощущениям. Не могу сказать, будто уловил некий ритм, но здесь и сейчас удалось ощутить воздействие Эпицентра без всяких медикаментов и мерзких склизких грибов.

А ну как и в самом деле вытяну счастливый билет и выйду на пик витка?

Вот только я прекрасно помнил, как швырнуло меня на выходе из резонанса, и, поскольку кубарем лететь в кусты с риском напороться на сук нисколько не хотелось, решил подстраховаться и тщательно продумал всё наперед, а потом на миг запрокинул голову, глянул на солнце и резким усилием воли вогнал себя в состояние резонанса.

Эффект стробоскопа проявился в ту же секунду, летний зной схлынул без следа, ошеломительно холодным потоком хлынула сверхсила. С полминуты я просто стоял, наращивая потенциал, затем раскинул руки и выбросил в разные стороны десяток шаровых молний, соединённых со мной энергетическими пуповинами. Сотворить «медузу» получилось на удивление легко, в состоянии транса даже самые затейливые воздействия и структуры давались несравненно проще, а эту связку за последний месяц я пускал в ход на тренировках неоднократно.

Выплеск!

По всем десяти каналам из меня полилась сверхсила, так что на последних секундах транса вокруг образовалось кольцо до предела насыщенного энергией пространства, и тогда я попытался придать ему вращательное движение, закрутить по часовой стрелке.