Павел Корнев – Меня зовут Гудвин (страница 77)

Я встрепенулся и обнаружил, что парочка санитаров вывела на крыльцо Тони. Тот не слишком-то уверенной походкой спустился по ступеням, я встал и двинулся ему навстречу.

— Ты как?

— Не знаю, — сознался Тони. — Что-то не так, а что именно — не понять.

— Пошли проверим.

— Куда?

— В столовую, ля! Куда ещё?

Но стиляга замер на месте как вкопанный.

— А если сорвусь? — забеспокоился он.

Я приметил странный отблеск его глаз и спросил:

— Погоди, тебе пси-концентрат кололи?

— Да, а что?

Невесть с чего захотелось, чтобы и мне вкололи половину кубика, но только представил себе это в красках, и аж передёрнуло. Ну уж нет! Сам восстановлюсь!

— Пошли!

— А если…

Я остановился и развернулся к Тони так резко, что тот даже отступил на шаг назад.

— Потянешься за мясом, вырублю и обратно отнесу. Пусть дальше кодируют.

Стиляга поверил и успокоился.

— Но без членовредительства! — разве что попросил он. — Мне больничный только до конца недели дали!

— Бить буду сильно, но точно. Идём!

В столовой Тони потянул носом воздух, перехватил мой взгляд и пожал плечами.

— Непонятно!

На раздаче мы взяли по порции минтая, макароны, ватрушки с творогом и компот. Заняли свободный стол, и Тони вилкой отломил кусочек рыбы, замялся.

— Ешь, давай! — поторопил я его.

Стиляга прожевал, проглотил, сказал:

— Вкусно! Очень вкусно! Блин, да я ничего вкуснее в жизни не ел!

— Ну вот!

Но Тони тут же помрачнел и покачал головой.

— Ты не понимаешь, Гудвин! Мне ж иногда даже снилось, что рыбу и мясо ем! Весь вопрос в том, развязался я полностью или только частично!

Я оглядел столовую, из всех знакомых заметил только Виктора Бабаева и велел:

— Погоди!

Сам подошёл к завтракавшему в компании гномов коллег, показал вилку и спросил:

— Украду на время кусочек поджарки!

Шоферюги от такой наглости поначалу дар речи потеряли, а потом напустились на меня:

— Ну ты вообще обнаглел, зелёный!

— Иди в другом месте побирайся!

— На время — это как, жёваным вернёшь?

— Да тише вы! — остановил приятелей Виктор. — Гудвин, ты ж говорил, мяса не ешь?

— Мне для следственного эксперимента.

— Ну бери тогда, — разрешил шофёр.

Я наколол кусочек свиной поджарки на вилку, вернулся к своему столу и сунул мясо под нос настороженно наблюдавшему за мной Тони. У того аж голова мотнулась.

— Фу!

— Точно не хочешь?

— Нет, убери!

Витя тоже руками замахал, пришлось кусочек поджарки выкидывать. Тони за это время уже расправился со своей порцией минтая и жадно смотрел на мою.

— Ещё возьми, — предложил я.

— А плохо не станет?

— Нет, но придётся спортом заняться, чтобы жиром не заплыть.

— Но не просто же так? — уставился на меня стиляга. — Я по эльфийскому типу хочу мускулатуру развивать! Помнишь, ты говорил?

— Покажу, что делать, — кивнул я.

— Сегодня?

— Сегодня работаю, завтра.

— Мне на повторный осмотр завтра к восьми, а дальше весь день свободен.

— Тогда тут и встретимся, — похлопал я ладонью по столу. — У меня как раз до восьми смена. Всё, до завтра!

Я отнёс грязную посуду на стойку, и тут же вслед за мной припустил Бабаев.

— Гудвин, постой!

— Ну?

— Шляпа звонил, — заявил Виктор, когда мы вышли за дверь. — Завтра у них в НИИ ещё один переезд намечается. Время то же, платят так же.

Захотелось отказаться, но слишком паршиво чувствовал себя для выяснения отношений с гномом, опять же — деньги, связи, «продолжайте наблюдение».

— А нельзя на полчаса время сдвинуть? — предложил я. — У тебя его номер есть?

— Нет, он сам звонит. А перенести — никак, у меня именно на это время окно.

— Ладно, — кивнул я. — Забери тогда меня из общежития. И вот ещё что: вы же на проколотые шины заплатки накладываете? Сможешь надувной матрас заклеить?

— Само собой! В лучшем виде сделаю!

Шофёр потопал к гаражу, я постоял чуток, потом его окликнул:

— Витя! А Шляпа в каком институте штаны просиживает?

— Без понятия! — последовал вполне ожидаемый ответ, и на меня вновь навалились сомнения.