Павел Корнев – Апогей пурпура и порчи (страница 7)
— Чарослав из рода Пурпурного змея просит его принять…
— Нет! — резко бросила девчонка. — Я не желаю никого видеть!
Епископ тяжело вздохнул.
— Молодой человек принимал участие в твоём спасении, было бы уместно проявить вежливость…
— Я не в состоянии… Как-нибудь в другой раз. Не сегодня!
В голосе Заряны зазвучали истеричные нотки, и её папенька настаивать на своём не стал.
— Хорошо. Но тогда позволь украсть у тебя брата Серого. Нам требуется кое-что с ним обсудить.
И вновь по спине у меня побежали мурашки, только на сей раз не столько колючие, сколько огненные. Зареслав из дома Пламенной благодати явно не привык сдерживаться, и сейчас необходимость идти на уступки давалась ему с немалым трудом. Не желая раздражать его, я взял брошенный на низенький столик картуз и двинулся к двери.
— До встречи, сударыня…
— Нет, погоди! — остановила меня Заряна и упрямо взглянула на отца. — Я с ним ещё не закончила!
— Дело не терпит отлагательств!
— Дай нам пять минут!
Папенька и доченька принялись мериться взглядами, и епископ в итоге сдался.
— Пять минут! — повторил он и покинул будуар.
Я развёл руками.
— Ну и почему не принять Чарослава? Он же тебе понравился!
— Вздор! — отмахнулась Заряна. — С чего ты это взял?
— Ну я же не слепой!
— Не выдумывай! Чарослав — самовлюблённый зазнайка!
— Он — боярин, ему простительно!
— Вот именно что — боярин! Не удивлюсь, если папенька вознамерился выдать меня за него замуж! В случайность нашей встречи могла поверить только неисправимая дурочка!
— Ну и что с того? Хорошая партия!
— Я не собираюсь выходить замуж ради амбиций отца! — отрезала Заряна.
— Не уверен, что дело в амбициях. Скорее уж он выводит тебя из-под удара. Сначала разрешает отойти от семейной традиции и тем самым убирает причину для конфликта с отпрысками старшего брата. Ну а если ты выйдешь замуж за боярина, то войдёшь в род Пурпурного змея и не сможешь основать младшую ветвь дома.
— То есть это такая забота, ты считаешь?
— Не словом, но делом.
Барышня фыркнула.
— Тоже мне забота! Да как я ему в таком виде покажусь? Мало меня в приюте бесовкой обзывали?
Она указала на свой левый глаз, и я пожал плечами.
— Разве так сложно шляпку с вуалью найти?
— Не заговаривай мне зубы, Серый! — отмахнулась Заряна. — Кого вызвал на дуэль Волот? Хорива?
Вопрос таким уж неожиданным не оказался, ждал его с самого начала, поэтому спокойно покачал головой.
— Нет, не Хорива. Цареслава.
Девчонка закатила глаза.
— Час от часу не легче.
— Цареслав нашу братию отребьем назвал, Волот не стерпел. Дело вовсе не в тебе.
— И чем закончился поединок?
— Не уверен даже, что он успел начаться. — Я указал на дверь. — Пойду. Не стоит заставлять твоего папеньку ждать.
— Иди! — вздохнула барышня и проследовала за мной, выглянула в прихожую.
Епископ общался с дамочкой в наряде горничной, Заряна сказала:
— Приму Чарослава завтра! — И закрыла дверь.
Его преосвященство вопросительно посмотрел на меня, но ничего говорить не стал. Лишь когда мы зашагали по коридору, он не утерпел и спросил:
— Что ты ей сказал?
— По поводу? — не понял я.
— Моя дочь не из тех, кто меняет единожды принятое решение. Почему же она согласилась встретиться с Чарославом?
Парочка сопровождающих епископа двигалась за нами на достаточном удалении, поэтому я разыгрывать недоумение не стал и сказал:
— Вуаль.
— А-а! — протянул Зареслав из дома Пламенной благодати. — Стоило бы подумать об этом самому! — Он покачал головой и произнёс: — Брат Серый, я должен поблагодарить тебя за спасение дочери, но у меня есть к тебе просьба…
Я разрешил, будто собеседник в этом разрешении нуждался:
— Слушаю, ваше преосвященство.
— С политической точки зрения было бы предпочтительней, чтобы мою дочь спас боярин из рода Пурпурного змея, а не трудники или охранники…
Фраза повисла в воздухе незавершённой, и я каким-то неведомым чутьём угадал неприязнь, которую испытывает ко мне собеседник, но хоть и относился к нему ничуть не лучше, без малейших колебаний сказал:
— Разумеется, ваше преосвященство!
Епископ Ясный остановился и посмотрел на меня.
— Вот так просто?
— Почему нет? Чарослав спас мне жизнь.
Его преосвященство покачал головой.
— Но об одолжении прошу я, а не род Пурпурного змея.
— И что с того? — развёл я руками. — В конце концов, наша братия выполняла поручение епархии.
Епископ кисло глянул на меня, изобразил улыбку и сказал:
— Благодарю за понимание, брат Серый.
За спасение дочери он меня так и не поблагодарил, а дальше и вовсе попросту огорошил, заявив:
— При всём моём к тебе расположении епархия больше не может игнорировать претензии монастыря Пепельных врат. Некрасивая история с той барышней бросает тень на всю вашу братию, а теперь косвенно и на мою семью. Формальное разбирательство состоится завтра в десять утра во дворце правосудия. Представлять твои интересы будет отец Бедный.
Услышанное поразило до глубины души, но виду я не подал и беспечно пожал плечами.
— Как скажете. Мне и самому эта ситуация уже изрядно поднадоела.