Павел Комарницкий – Чёрные скрижали (страница 64)

— Не стану отрицать, мама, — Стасик поправил очки. — Бомба, это очень счастливая случайность.

…

Остановившиеся глаза охранника таращились перед собою жутко расширенными зрачками. Исилиэль прикрыла убитому веки и осторожно вытащила длинную заточку из уха. Да, и опять не подвела рука… при всей внешней неказистости это тело, надо признать, всё же кой-чего стоит. А вот охрана тут не стоит и плевка. Зачем вообще держать такую охрану?

Она быстро обшарила покойника, вышвыривая на столик всё, что находилось в карманах. Ключи от жилища… или что там у него, логово… а это, очевидно, от механической повозки, и брелок сигнализации нацеплен… документы, ну это не нужно… ага, вот, похоже — ключ от входа в это узилище!

Вынув из кобуры убитого пистолет, узница вытянула обойму, выщелкнула один патрон и чуть не застонала от досады. Газовый… газовый! Бездна, что же делать?!

Ладно. И сейчас ещё не всё потеряно. Повозка в умелых руках — тоже оружие.

На улице дул плотный, леденящий ветер, невообразимо холодный — такого нет нигде в Бессмертных Землях, ну разве что высоко в горах. Ёжась от холода, женщина торопливо пробежала до стоянки, ткнула пальцем в кнопку брелка, и одна из повозок отозвалась миганьем и бибиканьем. Дверь тоже открылась без проблем. Вставив ключ зажигания в замок, беглянка повернула его, под капотом зажужжало, и мотор мягко заурчал. Хорошо, что на курсах подготовки учат обращаться со всеми видами примитивного аборигенского транспорта. Так… белый халат надо снять или не надо? Пожалуй, лучше уже снять. Хотя колготки… бездна, тут же не принято ходить без юбок! Однако придётся рискнуть.

Ворота заведения оказались открытыми. Коллега убитого охранника лишь мельком взглянул в окошко, однако вид женщины за рулём успокоил его, и никаких дополнительных движений горе-страж не предпринял.

Исилиэль крутила баранку, лавируя в дебрях жуткого города, нагромождениях бетонных коробок, и на лице её играла хищная улыбка. Ничего, ничего… главное, вырваться из этих переулков. Добраться до ТОГО МЕСТА…

Бетонные ящики наконец закончились, дорога вырвалась на простор, ныряя в снулые перелески. Женщина невольно сморщилась — у них тут и леса-то не для радости души, так, стоячие дрова…

Она вдруг напряглась, вытянув шею. Удача… вот это уже точно удача!

Дорожный стражник, облачённый в ядовито-зелёный жилет, лениво поднял полосатую палку, давая знак машине остановиться. Его коллега, небрежно придерживая рукой автомат, болтал о чём-то с третьим, находившимся в машине.

Исилиэль дала газ, на ходу отпирая дверь, и грузное тело стражника отлетело на обочину. Не сбавляя газа, беглянка направила повозку на врагов, хотя автоматчик уже оборачивался, хватаясь за рукоять оружия. Удар! Ремень безопасности больно впился в тело, но до руля не допустил. Дверца аппарата распахнулась со страшной силой и буквально вывернула петли. Неважно — важно, что это экономит время.

Не теряя ни доли секунды, женщина выскочила из заметно покорёженной машины, вырвала из безвольной руки припечатанного железом к железу автомат, передёрнула затвор и в упор выстрелила в третьего стражника — тот в машине в общем-то не пострадал, если не считать испуга.

Выстрел оказался одиночный, но его вполне хватило — мозги из стражника брызнули веером. Оскалив зубы, Исилиэль двумя выстрелами добила несчастных, контуженных автомобилем, затем не спеша вынула из кармашка жилетки убитого запасной рожок. Ну вот, так-то лучше… Теперь мохнорылым уже не удастся взять её в плен. Только убить.

…

Серое клочковатое небо низко висело над городом на Неве, и если приглядеться, можно было заметить, как шевелятся туманные щупальца — словно гигантская медуза осторожничала, всё никак не решаясь навалиться на грешную землю…

Алексей усмехнулся. Медуза, надо же… Стихи вам пора писать, товарищ старший лейтенант. «Буря мглою небо кроет…» Или не так как-то? Ну, в общем, кроет она, буря, кого-то не по-детски…

Однако, уже февраль. А давно ли был Новый год? И они танцевали тут с Туи…

Холмесов осторожно вытянул за цепочку амулет, оформленный в виде знака зодиака, вырезанного из какого-то невзрачного поделочного камня и заключённого в серебряную оправу. Прибор экстренной связи. Стоит сжать его пальцами, и через пару секунд она отзовётся. Так просто… вот только так просто не стоит её беспокоить.

В прихожей что-то глухо громыхнуло, запахло палёным. Оторвавшись от созерцания хмурых туч, старлей устремился на звук.

— Алёша, здравствуй… — Туилиндэ стояла посреди прихожки с чрезвычайно смущённым видом. — Слушай, я тут у тебя аварию учинила… Таура нет, а я отвыкла обращаться с телепортом, разбаловал он меня…

Действительно, в стенке, разделяющей санузел и прихожую, зияла эллиптическая дырища в человеческий рост, края пробоины стеклянисто блестели. Из отверстия нагло таращился унитаз, виднелись трубы и всё такое прочее.

— Лихо! — восхитился Холмесов. — Слушай, а если бы вниз?!

— Так вот и я про то, — Туи озабоченно копалась в чёрном кофре. — Чуть пониже бы лёг объём перемещения, и оказалась бы я не у тебя в гостях, а у твоего соседа. Свалилась бы с потолка большим подарком… Чего с дырой-то делать будешь?

— Э, не бери в голову! — засмеялся Алексей, любуясь гостьей, ибо смущение красило её невероятно. — Давно пора делать ремонт в этой берлоге. Забью стенку панелями, всего и делов.

— Вижу, ты и в самом деле не расстроен, — улыбнулась эльдар.

— Я расстроен?! Да я рад тебя видеть до умопомрачения! — Холмесов улыбался так широко, что уши, кажется, сползли на затылок.

— Ну и славно, — с облегчением вздохнула Туи. Подойдя вплотную, просто и естественно положила руки на плечи хозяину и мягко поцеловала в щёку. — Здравствуй, говорю!

— А? Здравствуй! — осмелев, Алексей вернул поцелуй.

— Где я могу переодеться? — Туилиндэ оттянула воротник тёмно-зелёного свитера. — А то я прямо с работы, этот наряд по легенде — ужас какой, как такие мешки ваши женщины терпят?

— Так это… в комнате, вестимо. Пока я кофе варю.

— Кофе, это замечательно, — в глазах Туи зажглись озорные огоньки. — А кроме кофе?

— А корабельный буфет?

Туилиндэ рассмеялась так заразительно, что не присоединиться было невозможно.

— Вот так всегда с хомо, чуть дашь слабину, ан глядь — он уж на столе. Нет, Лёша, исключения для того и существуют, чтобы подчеркнуть общее правило. Где традиции хлебосольства, м-м?

— Виноват! — подобрался Алексей.

— Торт, и по возможности шоколадный, — тоном маршала Жукова заявила Туи, хотя в глазах так и плясали бесенята. — Ещё самого лёгкого вина, лучше красного. И больших яблок. Это мне, а себе чего душа пожелает.

— Разрешите исполнять?

— Во-во, а я пока переоденусь… нет, сперва приберусь тут у тебя, — эльдар разглядывала убранство холостяцкого логова. — Нескромный такой вопрос — ты давно мыл пол?

— Нет-нет… — Холмесов протестующе затряс головой. — Ты и мытьё полов… это же святотатство!

— В смысле, такая девушка должна исключительно возлежать на шёлковых подушках в алькове? — рассмеялась эльдар. — Алёша, не трать зря время. Бегом в магазин!

…

— … Сопротивление бесполезно!

Автоматная очередь прошлась по верхушкам деревьев, посыпался мусор. Отвечать Исилиэль не стала — пусть стреляют, сколько душе угодно, стараясь запугать. У неё не так уж много патронов, чтобы отвечать на всякие пугалки. У неё свой метод. Один выстрел — один труп.

Трофейная повозка, одолженная у павших смертью храбрых идиотов дорожных стражников осталась на просёлке. Дальше к ТОМУ МЕСТУ можно было добираться только пешим ходом. Глухие тут места, и это правильно.

Над головой стрекотал вертолёт, время от времени взывая в мегафон насчёт благоразумия и бесполезности сопротивления. Пробираясь сквозь захламлённый палыми стволами лес, вдобавок заросший кочками, Исилиэль усмехнулась. Какие они всё-таки кретины, все эти мохнорылые… На кого рассчитаны все эти пугалки-кричалки? Бесполезным бывает лишь непротивление. Сопротивление всегда полезно, и даже если она потерпит поражение, мохнорылым уже не удастся возобновить свои издевательства.

Позади послышался лай собак. Исилиэль сжала зубы. Вот как… вот так, значит. Охотятся как на дикого зверя. Ладно… До ТОГО МЕСТА тут уже совсем недалеко. Только бы добраться… а потом у нас пойдёт иной разговор. Совсем другой у нас пойдёт разговор, мохнорылые обезьяны. Если б вы знали, что такое «нон вита»… Скоро в этом вашем вонючем городе будут валяться лишь отполированные до блеска кости.

И только потом она вернётся к своим. И спросит — кто это сделал?! Кто посмел заключить разум свободной эльдар в гнилую оболочку самки хомо?!

Собачий лай стремительно нарастал, за деревьями уже мелькали тёмные тени. Выбрав место поровнее, Исилиэль разгребла палую листву, перемешанную со снегом и легла, укрывшись за пеньком, на котором косо висело сломавшееся дерево. Сквозь ткань свитера мёрзлая мёртвая земля буквально высасывала тепло, однако что за беда? Это тело понадобится уже совсем ненадолго. Ого, целых восемь зверюг… но начинать надо с погонщиков…

Бахнул выстрел, уши сразу заложило, однако неосторожно высунувшийся погонщик собак схватился за низ живота и осел. Не тратя на него второй патрон, женщина переключилась на собак — как раз злобные твари с оскаленными пастями одолевали последние метры до вожделённой жертвы.