Павел Иевлев – "Та самая Аннушка", третий том, часть первая: "Гонка за временем" (страница 37)

Город (его называют просто «Город», потому что он один) в этой локали, как выяснилось, за время своего существования давно прошёл пик развития и упёрся в потолок стагнации. Этот мир слишком мал, и его природные ресурсы ограничены. Здесь нет смены времён года, (герцог даже не понял, о чём мы говорим), есть плодородные земли и озеро с рыбным хозяйством. Это позволяло выживать немногочисленной общине, занявшей город много поколений назад. Увы, к заметному разочарованию Текониса, аборигены тут не настолько аборигенистые, чтобы вести родословную от строителей мораториума. Они переселенцы, занявшие пустые дома и наладившие сельское хозяйство для прокорма. Поселенцы создали условно самодостаточную экосистему, производя ремесленным методом практически всё необходимое, но в какой-то момент достигли ресурсного предела, потому что население росло, а посевных площадей больше не становилось. Кроме того, инфраструктура города, хотя древняя и прочная, тоже постепенно выходила из строя. Я сначала вообще не мог понять, как они ухитрились выжить в таких ограниченных условиях и не одичали, не вымерли, а наоборот размножились, но профессор снисходительно пояснил, что я не учёл фактор дармовой энергетики. В локали нет ни угля, ни нефти, но мораториум обеспечивает город теплом, водой и светом без ограничений — пока работают древние плиты, лампы и насосы, сделанные с огромным запасом прочности, но всё же не вечные.

— Стоп, — озадаченно почесала нос Крисса. — А как же там, ну, у ребят? Почему там от мораториума не работает?

— А ты подключила? — спросил Лейхерот.

— А как… А, блин! — под удивлённым взглядом Великого Герцога девушка треснула себя ладонью по лбу. — Аккордиальный распределитель! Во я дура! Ведь копалась в нём сегодня, и ничего не ёкнуло даже! О другом думала.

— Ситуация была напряжённая, — утешил я её. — Вполне простительно.

— Спасибо, Лёх. Вернёмся — подключу и верну тебе акк. Или Аннушке, чей он там был? Я забыла…

— Разберёмся, — отмахнулся я. — Ты перебила герцога, это невежливо. Извините, вашество, мы снова внимательно слушаем.

Правящая династия с трудом балансировала ситуацию, вводя демографические ограничения и проповедуя режим экономии, но отсутствие перспектив плохо влияло на моральный настрой населения, которое то изобретало с тоски деструктивные культы, то готовилось к революции, то грозило поделиться и передраться. Я подумал, что эти развлечения прекрасно сняли бы разом проблемы перенаселения и демотивации (старая добрая взаимная резня работает безотказно), но правителям не хотелось терять и так немногочисленных подданных. Поэтому, когда впервые за долгие годы открылся кросс-бифуркатор и оттуда пришли новые люди, это было воспринято как шанс на спасение.

Пришельцы были готовы выкупить весь запас инкумбов, накопленных во дворце правящей династией, предлагая взамен то, чего так не хватало городу: ткани, металлы, удобрения для истощённых интенсивным севооборотом почв, продукты сверх скудного местного набора, предметы быта и роскоши.

— У вас были инкумбы? — сделал стойку профессор.

— Да, — подтвердил герцог, — наши предки получили право жить в городе, обязавшись извлекать их из Мораториума по мере созревания. У нас есть династия смотрителей, которые из поколения в поколения передавали это искусство.

— И как много их было? Кристаллов, не смотрителей.

— Немного, около десяти. Они долго зреют.

— И вы отдали их за зеркала и бусики, — мрачно констатировала Аннушка, — офигеть. Самый ценный и дефицитный ресурс в Мультиверсуме. Начинаю понимать, откуда у этих мудней столько денег и возможностей.

— Мы подозревали, что отдаём слишком дёшево, — подтвердил герцог, — но были рады получить хоть что-то. Пришельцы были очень решительно настроены, а их оружие несравнимо с нашим. Они были вежливы, но дали понять, что отказа не примут. Ничто не мешало им просто забрать силой.

— Думаю, им удобнее было иметь живую локаль с условно лояльным населением, тем более что это стоило им сущие гроши, — сказал я. — Меньше проблем с питанием, жильём и развлечениями.

Пришельцы обещали, что это только первый шаг на пути к процветанию. С их слов, всё, что они делали, было нужно для восстановления «ромашки локалей» во всём её прежнем величии. С работающими кросс-бифуркаторами, свободным перемещением населения между локалями, справедливой ценой за инкумбы, которая сделает всех жителей города богатыми и счастливыми, обеспечив возможность комфортной праздной жизни на пассивный доход вместо тяжёлого сельского труда на обедневших почвах.

— Я не поверил ни единому слову, — сказал герцог, — но население восприняло обещания всерьёз. Ведь уровень жизни после появления пришельцев действительно заметно вырос.

— Эффект «низкой базы», всего лишь, — прокомментировал профессор. — Ваша жизнь была так скудна, что улучшить её стоило недорого.

Несмотря на первоначальный энтузиазм населения, которому было обещано скорое процветание, постепенно отношение к пришельцам менялось. Светлые перспективы всё время откладывались, подачки приелись, вели себя гости нагло, открыто демонстрируя презрение к аборигенам, а слухи о том, что творится в подвалах замка, просачивались всё шире. На момент нашего появления герцогу уже приходилось удерживать своих людей от внесудебных расправ.

В общем, это мы удачно зашли.

— Мы рады были бы избавиться о них, — подытожил герцог. — Но нужна альтернатива.

— Мы не готовились к такому разговору, — признался я. — Нам нужно подумать и посовещаться.

— Милостиво соизволяю, — изрёк Великий Герцог Флабий.

А я уже стал думать, что он нормальный.

Совещаться нам предложили в соседней комнате, но я отказался, предполагая, что она оборудована для прослушки. Это не требует никаких сложных технологий, достаточно дырки в стене: во времена нашего Средневековья с этим отлично справлялись. Мы вышли в холл и встали возле Мораториума, который своим шумом прикрыл нас от любопытных ушей.

— Что скажешь, Лёха? — обратилась ко мне Аннушка.

— Я?

— А кто? Кардан клановый, они сами по себе, Крисса студентка профессора, который тоже, при всём уважении, к нашим проблемам отношения не имеет, Марта вообще человек случайный.

— Ты, конечно. — отреагировал я. — Кто собрал беглых корректоров к мораториуму, добавил к ним кайлитов и до кучи пригласил туда клан с синеглазыми детишками? Понимаю твоё нежелание рулить этим шапито, но, блин, это твоя затея и твои люди. Всемерно тебя поддержу, но ты там главная.

— Да, дро, — подтвердил Кардан, — Костлявая так и говорит нашим: «Я прем клана, Меланта прем рыжих, но Аннушка прем всем нам. Если караван однажды не вернётся, идите под неё».

— Идите в жопу все, — расстроилась девушка. — Своим умом жить не можете?

— Остынь, — я кладу ей руку на плечо, она обиженно сбрасывает. — Все всё могут, но кто-то всегда главный. Похоже, что здесь и сейчас это ты. Так сложилось. Не переживай, вот разрулим все проблемы, наладим жизнь, и подашь в отставку. Назначишь преемника, вон, Ирку, например…

— Эту истеричную дурищу? Да если б не Сеня…

— Или не Ирку. Джен.

— С ума сошёл? У неё детство в жопе играет, за одной Лиарной, и то усмотреть не смогла. Жаль, Квана тогда в автобусе убило, у него хоть какой-то административный опыт был. Не, солдат, знаю я эту фишку, видала во всех видах. В командиры если затянет, хрен потом соскочишь. Так и будешь тащить лямку, матерясь и рыдая, потому то если не ты, то кто? Давай я лучше сразу тебе делегирую?

— Мне? Нашла, блин, топ-манагера!

— Так, — перебила нас Крисса, — вы долго собираетесь выяснять, кто тут не главный? А то жрать уже охота.

— И мне, — тихо сказала Марта. — Меня эти твари со вчера не кормили, уже в глазах темнеет.

— Бедолага, — посочувствовал я, протягивая ей шоколадку, — на, пожуй пока. И давайте вернёмся к актуальным вопросам. Как я понимаю, нам нужен здешний мораториум, чтобы балансировать наш. То есть допускать к нему кого-то ещё нам не с руки. Так?

— Верно, солдат, — кивнула Аннушка. — Надо, чтобы у нас был доступ к настройкам. И только у нас.

— Мы можем как-то перекрыть доступ в локаль для СОТора?

— Есть мастер-ключ, — сказал Лейхерот. — Можно сбросить все права доступа на кросс-бифуркаторе, через который они пришли. Никто, кроме владельца ключа, его не откроет. Есть шанс, что к остальным здесь, как и в других локалях «ромашки», права прохода утеряны.

— Проход в подвале мы закрыли, — добавила Крисса. — Так что тут тоже всё чётко.

— Выходит, у нас сейчас монополия? Этим надо воспользоваться!

Глава 16

Спецпроект

Преимущество монархий, особенно таких маленьких, в том, что все вопросы можно порешать с одним человеком, то есть быстро и без бюрократии. В результате коротких, но интенсивных переговоров Великий Герцог Флабий всемилостивейше постановил, что его локаль войдёт в тут же на коленке созданный холдинг «Цветок Мораториума» с бизнес-миссией «свободного и справедливого доступа к наследию Ушедших». Глобальная цель — по возможности восстановить «ромашку» до состояния «как при Основателях», то есть со связностью лепестков, налаженной работой всех частей, исключением людоедских практик «выжимания», а также построением справедливой и адекватной системы дистрибуции готовых инкумбов. Разумеется, только правильных, голубых, а не вот это всё.