Павел Иевлев – Бессмертный двор (страница 40)
— Вы сильно рискуете, признаваясь мне в этом.
— Вы под той же статьёй, — пожала плечами девушка, — так что вряд ли побежите доносить. Посмертное проклятие на полудемона не подействует, а для изгнания с конфискацией достаточно моего происхождения. Я привыкла быть в постоянной опасности, это меня мотивирует.
— Но почему драу?
— У нас общий враг.
— Какой?
— Бессмертный Двор. Ондоры Бос Туроха.
— А вы-то что с ними не поделили?
— Может быть, однажды расскажу, но сейчас на повестке ваше дело. Итак, мне удалось добиться отсрочки по решению об аресте имущества.
— Спасибо, это было…
— Ерунда, — отмахнулась Найра, — паллиатив и затягивание. Выиграла несколько дней, потом они подготовят новые документы и всё равно наложат запрет.
— Тогда зачем…
— Ради завтрашнего рассмотрения вашего персонального дела. Вы находитесь под ограничением выезда, почти домашним арестом, то есть не должны покидать Бос Турох. В городе вы подвергаетесь опасности, а также легко доступны для тех, кто хотел бы вами манипулировать. Но главное, в любой момент можете быть задержаны и посажены в тюрьму.
— Всё так серьёзно?
— А вы ещё не поняли? Латифундия Колловски потребовалась очень влиятельным лицам, и не все готовы её честно купить.
— Но почему? В чём её ценность?
— Я не знаю, но в контексте дела это и не важно. Город нацелился конфисковать владение и перевести его под прямое госуправление, Совет латифундистов против, потому что не хочет создавать прецедент. Некоторые влиятельные горожане видят в этом возможность заработать, выкупив у вас поместье по дешёвке и перепродав дороже, а криминальные круги просто хотят поживиться. Серьёзные инвесторы готовы разрабатывать актив — каков бы он ни был — сами, драу не хотят потерять поставщика, не боящегося игнорировать продуктовое эмбарго, талхары заинтересованы в продолжении торговых контрактов и так далее. И в центре этого клубка интересов — вы.
— Чувствую себя предельно глупо, — признался Эдрик. — Я-то думал, что всё будет просто: подал заявку, получил документы, вернулся домой. Совершенно не понимаю, кому и зачем понадобилась наша латифундия, но, может быть, её просто продать тому, кто больше предложит? С утра я получил предложение на десять миллионов, причём покупатель был готов сам уладить все формальности, ему это запросто…
— Не советую, — покачала рогатой головой Найра, — вряд ли это добросовестное предложение. «Запросто уладить формальности» в Бос Турохе? На это может рассчитывать либо человек наивный, вроде, извините, вас, либо плотно связанный с городскими властями, либо собирающийся вас обмануть. В этом городе всё решается в судах.
— И что же мне делать?
— Смотрите, завтра мы с вами пойдём отбиваться от личных обвинений. После того, как банк согласился провести срочные платежи, на вас не висят долги поместья, и формальных оснований для задержания нет. Я очень надеюсь, что чиновникам это ещё неизвестно, так что я поставлю их перед фактом и перехвачу инициативу. Потом они всё равно что-нибудь придумают, но вы успеете уехать, пока запрет не действует, то есть ничего не нарушите.
— Уехать? — удивился Эдрик. — Но я же не закончил с наследством!
— Им займусь я. В любом случае, после моего вмешательства дело отложено для переоформления, и какой смысл сидеть в городе? В бюрократических играх вы не сильны. А вот в поместье опытный воин может пригодиться.
— Вы думаете, возможны неприятности?
— Неизбежны. Слишком многие заинтересованы в том, чтобы привести ваши дела в беспорядок, создать максимум проблем, показать, что вы не справляетесь. Для города это лишний повод к конфискации, ведь если латифундия не работает, то исключение для стратегических поставщиков на неё не действует. А для всех остальных это способ сделать вас более сговорчивым или хотя бы сбить цену.
— Пожалуй, вы правы, — согласился встревоженный Эдрик, — Марвелотте может потребоваться моя помощь.
— Значит, говоришь, суккуба? — переспросил Дес.
— Полукровка, — Эдрик рухнул на кровать. — И премиленькая при том.
— Суккубы умеют нравиться. Но дама что-то не договаривает, клянусь шомполом.
— Она и не обязана, я всего лишь клиент с протекцией от других клиентов. Раз она связана с драу, то на этом фоне и подменцы не удивляют. И тем, и тем в Бос Турохе не рады. Кстати, откуда вообще берутся демоны с телом? Я думал, вы все происходите из Края.
— Да, изначально демон — это сгусток осознавшей себя магоматерии. Меня, например, выдернули из Края ваши родители, чтобы засунуть в это ружьё, но это не значит, что я мечтал именно от такой судьбе.
— А о какой ты мечтал?
— Если честно, — признался Дес, — я не осознавал себя до того момента, как стал оружием. Иначе у них, скорее всего, ничего бы не вышло. Но за те годы, что мы провели вместе, я многому научился и надеюсь, что не всегда буду «умным прицелом».
— И чем бы ты занялся?
— Для начала как раз обзавёлся бы телом! Вокруг до мрака тел, владельцы которых не умеют ими весело распорядиться, а я бы не упустил случая!
— Ты можешь захватить чужое тело? А что станет с его хозяином?
— Увы, только пустое, в котором хозяин отсутствует. Ситуация, когда тело живо, а его владелец — нет, сам понимаешь, нечастая. Но бывает, бывает. Магические травмы, некоторые болезни, специфические проклятия и так далее. Шанс есть, и я его не упущу! Если ты меня, конечно, отпустишь.
— Ты хочешь меня бросить?
— Не прямо сейчас, — успокоил его демон, — всё равно подходящих вариантов не видно. Но, если подвернётся перспективная тушка, то я попрошусь на выход.
— Мне будет тебя не хватать.
— Да ладно, хозяин, останемся друзьями! Какая разница, в ружье я или в… Хозяин? Хозяин? Что с тобой? Ты меня слышишь? Да ладно, опять, что ли?
Эдрик откидывается на подушки, пару минут лежит, бессмысленно глядя в потолок, затем глаза его оживают, лицо приобретает новое выражение, губы расходятся в весёлой улыбке.
— Ну, глупо было бы этим не воспользоваться, — говорит он, садясь на край кровати. — Можно отлично повеселиться, я считаю!
Парень натягивает сапоги и выходит в коридор, заливисто свистнув вслед прыснувшей от двери служанке.
— Хватит уши греть, метаморф! — кричит он вдогонку. — С твоей хозяйкой я сам поболтаю!
Найра сидит в библиотеке, читая книгу.
— Что-то забыли, Эдрик? — удивлённо спрашивает она, поднимая глаза от страницы.
— Привет, красотуля! — весело подмигивает тот. — Рожки тебе к лицу.
— Эдрик, вы пьяны?
— Ещё нет, потому и пришёл. Где тут винцо? Ах, вот же оно! Как удачно.
Под удивлённым взглядом девушки он рушится в кресло, наливает себе полный бокал, выхлёбывает его в два глотка, тут же наполняет снова и ёрзает, устраиваясь поудобнее.
— Отличное пойло, а вот кресло так себе. Смени мебель, красотка. Или в этих тебе хвост не так мешает?
— Эдрик, вы… — Найра осекается и смотрит на мужчину тяжёлым проницательным взглядом. — Ты не Эдрик, так?
— Так и ты не суккуба, — развязно хмыкает гость. — Хотя выглядишь отпадно, всё при всём. Я бы твою суккубистость охотно опробовал. Что скажешь, крыластая?
— Что ты за тварь?
— А ты? — парировал собеседник.
— Я первая спросила. И, мрак тебя подери, добьюсь ответа!
— О, где мои манеры! Вина налить?
— Воздержусь, — сухо отвечает девушка. — Не пью с незнакомцами.
— Жаль, жаль… А я-то думал, мы отлично повеселимся! Я не такой зануда, как Эдрик. Он небось и выпил всего пару бокалов, и раздевал тебя только глазами. А вот я бы сразу проверил, откуда у тебя хвост растёт!
— Кем бы ты ни был, ты нарываешься. Терпение моё не безгранично! — девушка как будто становится больше, глаза её сияют тёмным огнём. — Это моя территория, и я имею право настаивать на ответах!
— Да ладно, это не твой дом, — отмахивается визитёр, допивая вино. — Готов поспорить, ты не наследница Суудер. Я думаю, ты из подменцев, как и твои служанки. Не знаю, что случилось с настоящей девчонкой, но устроилась ты явно неплохо. Мрак, бутылка кончилась. Ещё есть?
— Наглое существо! — голос Найры меняет тембр, становясь низким и угрожающим. — Причём тут дом? Тут всё моя территория!
Она вскакивает, крылья угрожающе разворачиваются за спиной. Вставший с кресла Эдрик оказывается от неё в полушаге, они смотрят в глаза друг другу.
— Так вот ты кто! Не ожидал…
— Так вот ты кто! Не ожидала…