Павел Гросс – КРОКУС СИТИ ХОЛЛ (страница 2)
- Ага... орешка... крепкого...
Катя молчала, потому что знала – муж врёт. Он всегда был героем. Просто не признавался в этом самому себе. Когда они только-только познакомились, он спас ее в подворотне от троих пьяных мудаков. Андрею тогда было всего двадцать три года, он весил килограммов шестьдесят, но, несмотря на преимущество алкашей, не раздумывая, кинулся на них. Правда, получил по лицу и разбил в кровь кулаки, но помог ей. Потом сидел на лавочке, вытирал кровь рукавом и улыбался.
- Прикольно, ты чего такой смелый! – всхлипывая, сказала она.
А он ответил уже тогда в своем стиле:
- Я не смелый, я просто не могу пройти мимо, когда уроды позволяют себе лишнее.
Вот это «Не мог пройти мимо» работало тогда и работает, слава богу, до сих пор.
Сейчас они ехали на концерт. Был мирный вечер пятницы, дети смеялись, жена улыбалась. Что может случиться такого, что снова придется ее спасать?
Впереди появился дорожный указатель:
Андрей сжал руль. Монета в нагрудном кармане отчего-то нагрелась. Или ему это показалось?
- Ну, с Богом, - сказал он и повернул направо.
Глава вторая
Парковка у «Крокуса» была огромной - почти как аэродром. Андрей нашёл место метров за двести от входа. Вокруг сновали нарядные, возбуждённые, в футболках «Пикника», с бумажными стаканчиками кофе люди. Кто-то запускал квадрокоптер и воспроизводил съемку экшен-камерой с высоты. Две девушки в кожаных куртках целовались с парнями-панками у фонарного столба и никого не стеснялись. Была весенняя пятница, шли последние приготовления к концерту, одним словом - жизнь кипела.
Андрей вышел из машины, потянулся – хрустнули позвонки спины. Чёрт, сорок пять лет - это вам не тридцать с хвостиком. Каждое утро суставы скрипят, как несмазанные шаровые опоры телеги. А ещё этот дурацкий выговор, ну, и странно ведущая себя отцовская монета в кармане. Он достал её, посмотрел на свет. Буква «А» была на ней неровно выцарапана детской рукой - это его, двенадцатилетнего, рук дело. Потом Алиса добавила с другой стороны пилкой для ногтей мелкое
Получилось: «А + Я»: Андрей + Алиса, то есть, отец + дочь.
- Папа! - крикнула она, выпрыгивая из машины. - Пошли скорее, я хочу купить мерч! Там вон какие крутые футболки продают!
- Сначала в гардероб, - сказала Катя, выбираясь с трудом из автомобиля - мешал живот. - И не бегай, а то упадёшь.
Дима вышел последним, оглядел парковку, толпу, здание.
- Что не так? - спросил Андрей.
- Да так, пап, - сказал Дима. - Машину жалко. Старая совсем. Ты бы её на диагностику отвёз.
- Потом, - отмахнулся Андрей. - Не на концерте же ей ломаться.
Они пошли к центральному входу. Огромное здание из стекла и бетона сверкало синими, белыми, красными огнями. Вывеска «Crocus City Hall» горела над входом подобно маяку. Андрей вспомнил, как в девяностые здесь был рынок. Потом его нахрен снесли и построили этот дворец. Он никогда здесь не был и, честно говоря, не хотел этого. Слишком пафосно, слишком богато – для среднестатистического участкового из Подольска такие места считались обратной стороной Луны. Но дети на все это пафосное великолепие смотрели с восторгом. Алиса вертела головой и всё щёлкала на телефон. Дима старался не показывать виду своего удивления, но даже он чуть приоткрыл рот, когда увидел огромную афишу, с которой на него смотрел громадный белый ворон.
- Пикник, - прошептала Алиса. - Это мой первый концерт.
- И мой, - сказал Дима. - Но я бы лучше пошёл на симфонический оркестр.
- Заткнись, зануда, - беззлобно отозвалась сестра.
У входа стояли рамки металлоискателя, возле которых топтались молодые охранники в чёрной форме, с усталыми лицами. Один из них, совсем мальчишка, лет восемнадцати, с огромным кадыком и прыщавым лбом, лениво проверял сумки. Андрей машинально оценил ситуацию: охрана никакая, рамки старые, оружие могут не «прощупать». Охранники вообще ничему толком не обучены - по глазам видно. Если что - они первые побегут. Кто бы знал, что простой участковый пророчески думает.
Они прошли внутрь и очутились в огромном, как ангар, с мраморными полами и хрустальными люстрами фойе. Здесь пахло духами и попкорном. Толпа текла в сторону гардероба. Андрей отдал куртки (Катин огромный пуховик, свою старую кожанку, детские демисезонные пендюрки) и получил номерки.
- Ты куда дел монету? - спросила Алиса.
- Да здесь она, здесь, - Андрей похлопал ладонью свой нагрудный карман. - При мне, не переживай.
- Смотри не потеряй, - строго сказала девочка. - Она счастливая.
- Ага, знаю, - кивнул папа.
Семья поднялась на второй этаж. Вдоль стен находились торговые точки с мерчем. Алиса тут же прилипла к витрине с футболками. Дима уставился на табличку с красной надписью:
- Пап, - позвал он. - А ты когда-нибудь думал, кем я стану, когда вырасту?
- Ты? - Андрей удивился неожиданному вопросу. - Ну, может, полицейским, как я. Или пожарным, как твой учитель по ОБЖ. А что?
- Я хочу быть полицейским, - серьёзно сказал Дима. - Только не участковым, а следователем. Чтобы раскрывать настоящие преступления. Как в сериалах.
- В сериалах всё врут, - усмехнулся Андрей. - Там за пять минут раскрывают, а в жизни - годы бумажек и никакой романтики.
- А ты бы хотел, чтобы я стал полицейским? - спросил Дима, пристально глядя на отца.
- Я бы хотел, чтобы ты был счастлив, - ответил Андрей. - А форма - дело десятое.
- Но ты же рискуешь каждый день, - тихо сказал мальчик. - Я боюсь, что однажды ты не вернёшься домой. Как дедушка.
Андрей присел на корточки, чтобы быть с сыном на одном уровне. Это было неожиданно - обычно Дима не говорил о страхах.
- Слушай, - сказал он. - Со мной всё будет в порядке. У меня есть «Счастливчик», помнишь? И потом, я - участковый. Моя работа - смотреть, чтобы все было тихо. Самое опасное, что меня ждёт, - это пьяный сосед, который потерял ключи.
- А если нет? - спросил Дима.
- Тогда значит, судьба, - вздохнул Андрей. - Но я очень постараюсь вернуться. Договорились?
- Договорились, - буркнул мальчик и отвернулся, чтобы отец не видел его глаз.
Катя, наблюдавшая за разговором, молча погладила Андрея по плечу. Алиса, ничего не слышавшая в наушниках, наконец выбрала футболку и радостно закричала:
- Папа, купи! Она всего тысячу рублей!
- Всего? - притворно ужаснулся Андрей. - Да это полмоей премии!
- Па-а-ап...
- Ладно, бери.
Они направились к эскалатору - в этот роковой момент Андрей заметил четырех мужчин во всём чёрном - с большими рюкзаками за плечами. Они не поднимались наверх, не шли в зал – они просто стояли у служебного входа и переговаривались между собой на непонятном языке.
Сработала профессиональная привычка - Андрей напрягся, прищурился и попытался разглядеть лица. Но мужчины были в бейсболках, низко опущенных на глаза. Один из них обернулся. Секунда - и их взгляды пересеклись. Участковый успел разглядеть чёрные, спокойные и холодные глаза, в которых отсутствовала злость, но искрились тонкий расчёт и полное равнодушие ко всему.
Андрей отвернулся первым. Почему-то стало стыдно за то, что он, как ищейка, вынюхивает даже во время отдыха. А как ведь, люди как люди. Может, персонал какой, может, охрана.
- Ты чего это? - спросила Катя, чувствуя, как муж профессионально напрягся.
- Да так, - сказал Андрей. - Померещилось...
Они поднялись наверх. Забрали детей. Пошли в зал. В 19:58 отец семейства Соболевых последний раз в своей жизни коснулся монеты в нагрудном кармане. Она была горячей, впрочем, нет - она почти обжигала его.
В 19:59 у главного входа в «Крокус Сити Холл» остановился белый «Рено». Четверо мужчин, вооружённых автоматами, вышли из машины. Охранник Коля - тот самый прыщавый парень - сказал:
- Стоять, куда это собрались? - и получил пулю в лоб.
Упав, несчастный так и не поняв, что произошло. Кровь разлетелась веером по белому мрамору. Где-то в этот момент зазвучала громкая музыка. Начался концерт... начался ад...
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.