Павел Грегор – Биография нечисти 1 (страница 11)
- Эй!Эй! Ребята, остановитесь! - закричал Макс. - Отпустите его к чёрту! Пусть этот чудик идёт своей дорогой!
- Не лезь! - зарычал Мишка. - Ты здесь новичок и ничего не понимаешь.
Максу стало не по себе. Он уже пожалел, что так безрассудно присоединился к наёмникам. А ведь не в его правилах было ввязываться в сомнительные предприятия, да ещё не собрав достаточного для анализа количества фактов. Он даже не удосужился расспросить об этих ребятах у людей в «Обители».
«Чёрт! Они же его прикончат», - промелькнуло в голове.
- Где прячешь артефакт!? - рыкнул Прыгун.
Расшвыривая вещи бродяги, он сначала выпотрошил несколько мешков, а потом принялся за коробки. На землю полетели стеклянные бутылки, пивные банки, сломанные гаджеты, перегоревшие лампочки, радиоприёмник, ржавые гвозди, пластмассовые солдатики, заплесневевшая стопка газет и десяток книг в твёрдом переплёте. К приятелю присоединился Парамон, который с остервенением начал втаптывать вещи в асфальт.
- Может и в самом деле ну, его!.. - протянул молчавший до этого Лёха. - И так видно, нет у придурка ничего...
- Заткнись, салага! - огрызнулся Прыгун. - Будет он мне ещё указывать!
Шлёпнога протяжно завыл, и уже не контролируя себя набросился на Мишку. Размахивая руками, он несколько раз ударил его кулаком по лицу, наотмашь заехал в ухо, а потом получил и сам.
Прыгун отвечал расчётливо и умело. Каждый удар достигал цели, и без сомнения причинял бедолаге немалую боль.
Но отступать бродяга не желал, с отчаянием обречённого он вставал с земли и бросался на обидчика, как обезумевший зверь, защищающий своё логово.
- Вот же малахольный! - нанося удар, выругался Мишка. - Если этот кретин не успокоится, я его покалечу.
Шлёпнога в очередной раз распластался на земле, застонал и шаря вокруг медленно встал на ноги.
В его руке все заметили обломок бетонного блока.
- Брось каменюку, падла! - выставляя карабин, процедил Мишка. - Слышал, что я тебе сказал?
Всё остальное произошло за долю секунды. Макс увидел как бродяга вскинул руку и ринулся в сторону Прыгуна, затем прогремел выстрел и несчастный оборванец, словно переломленный стебель камыша, согнулся пополам. Глухо вскрикнув, парень выронил камень и, прижав обе руки к животу, шарахнулся к придорожным зарослям.
3
- Чёрт! Не надо было с ним связываться, - прошептал Лёха. - Что теперь-то с ним будет?
- Не жилец, - пробурчал Парамон. - Пуля в животе — это смертный приговор без квалифицированной помощи.
- Вот же сука! - скривился Мишка. - Вынудил-таки! Я же просил его как человека.
Он посмотрел на Макса и, морщась, покачал головой.
- Об этом не пиши, - проговорил здоровяк. - Сам понимаешь в «Зоне» бывает всякое. Здесь постоянно кто-то с кем-то выясняет отношения, и не всегда разборки заканчиваются благоприятно для сторон.
- Зачем стрелял? Ты и так наказал его сверх надобности, - отозвался Макс. - Ему действительно уже не помочь?
- Захотели бы не смогли, - отмахнулся Прыгун. - Во-первых, где искать этого придурка? Во-вторых, с помешанным разве справишься. Не станешь же в смирительную рубаху его пеленать, чтобы к доктору отвести?
- Ладно, забыли! - отрезал Парамон. - Чокнутый сам напросился, а мы просто защищались.
Словно по команде Мишка и Парамон снова принялись выворачивать мешки и коробки. Только разбросав всё вокруг, изучив каждую пивную банку и коробочку, они перестали бесчинствовать и успокоились.
- Может он спрятал артефакт у себя в тряпках? - предположил Мишка. - В кармане или на шею привязал?
Прыгун покосился на тачку, слегка пнул колесо и выдавил улыбку.
- А может и не было никакого артефакта. Выдумали всё местные забулдыги, чтобы народ позабавить.
Все четверо постояли в раздумьях ещё несколько минут, потом Мишка махнул рукой и повесил карабин на плечо.
- Возвращаемся на базу! - бросил он. - Похоже сегодня не наш день.
Макс ещё раз посмотрел на бесхозную кучу рухляди и с сожалением подумал о несчастном изгое, который спрятался в городских джунглях, чтобы умереть.
- Может до вечера ещё на какую-нибудь работу подвизаться успеем! - бросил Парамон. - Денег-то кот наплакал...
Молча, один за другим, наёмники повернули на восток, и медленно зашагали в сторону «Обители».
Но Макс уходить не торопился. Цепкий взгляд журналиста выхватил в разбросанном по асфальту мусоре обмотанный изолентой планшет. Простенький, видавший виды гаджет, на серой крышке которого хорошо был заметен инвентарный номер прорисованный белой краской. Немного помедлив, Воробьёв поднял его с земли и засунул в рюкзак.
4
На душе скреблись кошки. Макс шёл последним и непрерывно перелопачивал в мыслях всё что произошло в течение последнего часа. Меньше всего сейчас хотелось находиться рядом с Прыгуном и его приятелями. Он предпочёл бы любое другое место, лишь бы оказаться подальше от этих людей.
Несмотря на психологическую устойчивость, эмоциональную и физическую выдержку, случившееся вызывало стойкое отвращение.
Чтобы срезать путь Прыгун повёл их к какому-то недостроенному дому. Пришлось проламываться через бурьян, пересекать канавы и карабкаться на отвалы строительного мусора.
- Здесь в заборе пролом, - бросил Мишка, указывая на бетонные плиты. - Выберемся по стройке на шоссе и петлять не придётся.
- Да мы бы и так не петляли, - пробурчал Парамон. - Вот нарвёмся с тобой на каких-нибудь ублюдков, и будут потом наши кости грызть бродячие псы. Слышал что Зяма сказал?
- Зяма всегда нагнетает, - отмахнулся Мишка. - А ты я смотрю лет двести жить собрался?
- На тот свет не тороплюсь, - огрызнулся Парамон. - Да и ты судя по всему тоже.
На площадке, обрамлённая тополиной порослью и чертополохом, стояла вросшая в грунт техника: бульдозер, самосвал. Рядом с домом строительный кран с выпростанной стрелой, на стропах которой всё ещё висела плита.
Место было глухое, в таком легко могли организовать засаду как хищники, так и двуногие искатели наживы. Возможно так оно иногда и случалось - всюду валялись обрывки камуфляжа и раздробленные перемолотые кости.
Макс поёжился и прибавил шагу. На протоптанной дорожке, в глиняных промоинах зеленела стоячая вода. Лужи, по-видимому подпитывались какими-то подземными источниками, иначе б они давно пересохли в такой жаре, но именно это и настораживало, ведь сюда могли приходить какие-нибудь кровожадные твари, чтобы утолить жажду.
- Штаны где-то порвал, - снова заныл Парамон. - Наверное когда с этим придурком сцепился...
И вдруг знойную тишину разрезал пронзительный скрежет. Над головами хлопнуло, зазвенело, загрохотало... Огромная плита перекрытия, долгие годы болтавшаяся на стальных тросах стремительно опустилась вниз и размозжила Мишке Прыгуну голову. Остальное досталось Парамону, который не успел среагировать и убраться в сторону. Тросы лопнули и многотонная глыба упала прямиком на него, придавив неимоверной тяжестью к земле... Истошный крик Лёхи эхом разнёсся над строительной площадкой. Срывая голос он кричал и кричал, пока вопли несчастного не превратились в приглушённые хрипы. Дикий, наполненный животным безумием этот вопль ещё долго отражался от руин здания, и Максу стало казаться, что звук человеческого голоса никогда не угаснет.
Когда рухнула плита, от неожиданности он упал на землю. Сработал рефлекс и возможно именно это спасло ему жизнь, или по крайней мере уберегло от серьёзных увечий. Плита наверняка зацепила бы его углом.
Макс почувствовал на губах привкус крови и его тут же вырвало. Была ли это его собственная или брызнула кровь Прыгуна, которому начисто снесло пол-черепа, он не знал, но как только его вывернуло стало легче. Шок от случившегося почти прошёл и теперь он лихорадочно соображал, что делать дальше.
Поднявшись на ноги, Воробьёв выудил из кустарника рюкзак и, стараясь не смотреть на последние конвульсии тела раздавленного плитой, подошёл к Лёхе. Выпучив глаза, тот сидел в грязной луже и, прикрыв рот рукой, бездумно пялился на изувеченный труп Прыгуна. Вымазанный чужой кровью, салага внешне был здоров. Судя по всему как и Макс он успел отскочить в сторону, но гибель товарищей, крепко ударила по психике.
Увидев Макса, он вдруг снова начал вопить.
- Да успокойся ты, придурок! - рявкнул Воробьёв. - Поднимайся, давай!
Он приблизился к парню и, схватив его за воротник, несколько раз встряхнул.
- Надо уходить! - проговорил Макс. - Шум мог привлечь внимание. Тебя на несколько километров вокруг было слышно.
Перспектива застрять в этой дыре не имея ни опыта, ни понимания обстановки, да ещё с невменяемым парнем, балластом висевшем на шее — неожиданно стала очевидным фактом, и ему стало как-то неуютно. Он перестал трясти Лёху и осмотрелся по сторонам.
«Это ж надо было так встрять. Без карты местности, без оружия... Прав был Карась — травматом только ворон гонять».
5
Колебался он не долго. Решение присвоить чужое оружие показалось ему вполне оправданным, ведь ситуация складывалась не в его пользу, и теперь нужно было думать как в целости и сохранности добраться до «Обители». Автомат Парамона Макс обнаружил в траве, а вот карабин Прыгуна достался непросто. Его пришлось вытаскивать из-под изуродованного тела, что не могло не вызвать вторичных позывов к рвоте.