Павел Безденежных – Фотография из прошлого (страница 3)

Он достал блокнот и аккуратно зарисовал расположение оставшихся фигур, отметив место, где должен был находиться отсутствующий человек.

В этот момент у Тихонова зазвонил телефон. Он взглянул на экран — «Миронов». Лейтенант отошёл в сторону и принял вызов.

— Да, Геннадий Петрович, — сдержанно произнёс он. — Да, мы на месте. Тело идентифицировано: Ковалёв Виктор Павлович, 1948 года рождения. По словам Ирины Фёдоровны, он сын одного из строителей музея, Павла Григорьевича Ковалёва.

Миронов что‑то сказал на том конце провода — голос был слышен приглушённо.

— Да, Ирина Фёдоровна здесь, помогает с архивами, — продолжил Тихонов, стараясь не смотреть в сторону Ирины Фёдоровны. — Мы нашли фотографию бригады его отца. На ней не хватает одного человека — лицо вырвано. Сейчас изучаем документы, связанные с постройкой музея в 1952–1953 годах.

Пауза. Миронов говорил дольше, интонация стала жёстче.

— Понимаю, — Тихонов сжал телефон в руке. — Будем осторожны. Да, я помню, что это не рядовое дело. Но пока у нас слишком мало данных, чтобы делать выводы.

Он слушал ещё несколько секунд, затем коротко ответил:

— Принято. Докладываю каждые два часа. До связи.

Тихонов отключил звонок и на мгновение прикрыл глаза. Ирина Фёдоровна подошла ближе.

— Что сказал Геннадий Петрович? — осторожно спросила она.

— Советует быть осторожнее, — Тихонов спрятал телефон. — И напоминает, что это дело может оказаться сложнее, чем кажется. Он явно знает что‑то, чего не говорит нам.

Ирина Фёдоровна вздохнула:

— Он всегда так. Когда дело касается истории музея или старых городских тайн, он становится очень осторожным. Будто боится, что вскроется что‑то… неприятное.

Она снова посмотрела на фотографию.

— Этот вырванный фрагмент… — задумчиво произнесла она. — Что, если тот человек был кем‑то важным? Может, он знал что‑то о музее, о его строительстве… или о том, что спрятано внутри?

Тихонов кивнул:

— Именно это мы и выясним. Начните подбирать все документы, связанные с бригадой Ковалёва и строительством музея. Особое внимание — на любые упоминания о конфликтах, пропажах, странностях того времени. А я проверю, кто ещё мог иметь доступ к этому альбому и когда была повреждена фотография.

Он оглянулся на криминалистов, всё ещё работавших в глубине запасников. В воздухе витало ощущение тайны — старой, затёртой временем, но от этого не менее опасной. Кто‑то когда‑то вырвал лицо с фотографии. А теперь погиб сын человека, который, возможно, знал правду. И эта правда, похоже, всё ещё была кому‑то очень нужна.

Глава 5. Архивные находки

Дверь запасников скрипнула, и в проёме появилась Анна — худенькая девочка с тёмными косичками и большими любопытными глазами. На ней была лёгкая джинсовая куртка и рюкзак, из которого торчали карандаши и блокнот.

— Мам, я приехала помочь! — звонко объявила она, но, увидев серьёзное лицо Ирины Фёдоровны и Тихонова в форме, осеклась. — Что‑то случилось?

Ирина Фёдоровна подошла к дочери, обняла её за плечи:

— Да, Аня, произошло несчастье. Но ты можешь нам помочь. Лейтенант Тихонов ищет важные документы, а ты отлично умеешь разбираться в архивах.

Анна выпрямилась, стараясь выглядеть как можно более взрослой:

— Конечно, я помогу! Что нужно искать?

Тихонов внимательно посмотрел на девочку. В её глазах горел неподдельный интерес, а осанка выдавала готовность к делу. Он улыбнулся — чуть теплее, чем обычно позволял себе на службе.

— Нам нужны любые документы, связанные со строительством музея в начале 1950‑х годов: отчёты, сметы, распоряжения, газеты того времени. Особенно интересуют упоминания о бригаде Ковалёва и архитекторе здания.

— Поняла! — Анна скинула рюкзак и огляделась. — Мам, где у нас хранятся старые газеты?

— В коробке под номером 47, в дальнем углу, — Ирина Фёдоровна указала на стеллаж у окна. — Там подборка местной прессы с 1945 по 1960 год.

Анна энергично кивнула и направилась к указанному месту. Тихонов с Ириной Фёдоровной вернулись к разбору папок с отчётами о строительстве.

Прошло около часа. Тихонов изучал смету на отделочные работы 1952 года, отмечая несоответствия в количестве закупленных материалов, когда услышал взволнованный голос Анны:

— Мам! Сергей Викторович! Смотрите, что я нашла!

Она подбежала к ним, размахивая пожелтевшим листом газеты. Её глаза горели от возбуждения.

Тихонов взял газету, аккуратно расправил её на столе. Это был выпуск местной газеты «Городской вестник» от 15 марта 1953 года. В середине страницы, под заголовком «Загадочное исчезновение», шла короткая заметка:

«Вчера вечером пропал без вести архитектор нашего нового Краеведческого музея, Пётр Андреевич Воронцов. По словам коллег, он собирался проверить готовность чертежей перед сдачей объекта. С тех пор его никто не видел. Милиция ведёт расследование. Семья архитектора просит всех, кто располагает какой‑либо информацией, сообщить в отделение».

Тихонов перечитал заметку дважды. Его взгляд задержался на дате — март 1953‑го, всего за несколько месяцев до открытия музея.

— Это может быть связано, — тихо произнёс он. — Архитектор исчезает накануне сдачи здания, а через много лет погибает сын одного из строителей, который искал что‑то в архивах музея…

Ирина Фёдоровна нахмурилась:

— Пётр Андреевич Воронцов… Я помню это имя. В музее есть мемориальная доска с именами создателей, там он указан как главный архитектор. Но о его исчезновении никогда не упоминали — только о том, что он «внезапно оставил проект».

Анна, стоявшая рядом, подалась вперёд:

— А может, он что‑то спрятал? Перед исчезновением? Что‑то важное, раз из‑за этого убили дядю… как его?

— Ковалёва Виктора Павловича, — подсказал Тихонов. — Хорошая мысль, Аня. Очень логичная.

Он аккуратно сложил газету и убрал в папку с уликами.

— Продолжайте поиск, — распорядился он. — Теперь особенно внимательно проверяйте любые упоминания о Воронцове, его работе и последних днях перед исчезновением. Анна, ты молодец — эта находка может стать ключом к разгадке.

Девочка просияла и снова бросилась к стеллажам. Ирина Фёдоровна посмотрела на Тихонова:

— Вы правда думаете, что исчезновение архитектора связано со смертью Виктора Павловича?

— Слишком много совпадений, — Тихонов задумчиво постучал пальцем по папке. — Сын строителя ищет что‑то, находит фотографию с вырванным лицом, а потом погибает. Архитектор исчезает перед сдачей музея. И всё это вокруг одного здания. Нет, Ирина Фёдоровна, это не совпадения. Это звенья одной цепи. Осталось понять, какое звено было первым — и что за тайна их связывает.

В запасниках снова зашуршали страницы, заскрипели ящики — Анна с удвоенным рвением продолжила поиски, а Тихонов и Ирина Фёдоровна вернулись к разбору архивов, теперь уже с чётким ориентиром: найти всё, что связано с Петром Андреевичем Воронцовым и его загадочным исчезновением.

Глава 6. Подозрительный краевед

Утро следующего дня выдалось пасмурным — тяжёлые тучи нависли над городом, обещая скорый дождь. Тихонов сидел в своём кабинете, перебирая бумаги по делу Ковалёва, когда зазвонил телефон.

— Сергей Викторович, — голос Ирины Фёдоровны звучал взволнованно, — я тут вспоминала всех, кто интересовался историей музея за последние годы, и вспомнила Николая Петровича Воронова. Краевед, лет шестидесяти, седой, с бородкой клинышком. Он годами изучал строительство нашего музея, даже пропуск в архив оформлял!

Тихонов выпрямился в кресле:

— Воронов, говорите? И что он искал?

— Всегда спрашивал про строителей, про архитектора Воронцова, — пояснила Ирина Фёдоровна. — Я думала, это для его книги по истории города. Он упоминал, что пишет главу о послевоенном строительстве. Но теперь… после находки той газеты… Мне кажется, его интерес был не совсем академическим.

— Где его можно найти? — Тихонов уже доставал блокнот.

— Обычно он работает в городской библиотеке, в отделе краеведения. Иногда бывает в архиве. А живёт, кажется, на улице Ленина, дом 27.

— Спасибо, Ирина Фёдоровна. Вы очень помогли. Я проверю эту версию.

Через час Тихонов докладывал Миронову:

— Есть потенциальный подозреваемый — краевед Воронов. Много лет изучал историю музея, имел доступ к архивам. Возможно, знал о связи между исчезновением архитектора Воронцова и смертью Ковалёва.

Миронов нахмурился, постучал пальцами по столу:

— Воронов… Слышал о таком. Писал статьи в местную газету. Но чтобы убийца… Проверь его, но осторожно. Сначала — наблюдение. Поручи Семёнову и Суворову следить за ним. Пусть фиксируют контакты, перемещения, всё подозрительное.

— Будет сделано, — Тихонов кивнул.

— И ещё, — Миронов понизил голос, — действуй через Ирину Фёдоровну. Пусть она как бы невзначай уточнит у Воронова, что именно он искал в архивах. Только аккуратно, без намёков на подозрение.

— Понял. Сообщу Семёнову и Суворову.