Павел Басинский – Алиса в русском зазеркалье. Последняя императрица России: взгляд из современности (страница 49)

Эта внезапная смерть поразила нас страшно. За бедного Ерни просто кровью обливается сердце; ребенок, которого он боготворил, взят у него, и теперь он остается в страшном одиночестве – вдали от жены, покинувшей его. Да утешит его Господь и да ниспошлет Он ему всякие блага за перенесенное испытание. Грустно и тяжело то, что это все произошло у нас в России! У Аликс сильно болела голова, у Ерни, но к вечеру он оправился и сам писал и отвечал на телеграммы. Своих деток мы отправили в 4 часа в Царское с Кочубеем и Соней Орбелиани. Обедали вдвоем, т. к. Аликс легла раньше.

После смерти Элизабет у Алисы началось сильное воспаление уха, сейчас бы сказали – «гнойный отит», с высокой температурой. Положение было настолько серьезным, что с 5 ноября в течение нескольких дней в «Правительственном вестнике» печатались бюллетени о ее здоровье.

Да, такое чувство, что осенний отдых и охота всегда оборачивались проблемами со здоровьем у императорской семьи.

Загадочное письмо

ПБ: Спальский кризис, во время которого наследник едва не умер, имел одно важное последствие. Он стал поворотным моментом в жизни царской семьи. Я имею в виду телеграмму Григория Распутина из его села Покровского, после которой цесаревич стал чудесным образом выздоравливать. То, чего не могли добиться лечившие Алексея врачи, сотворил одной телеграммой малограмотный сибирский мужик. Было ли это настоящее чудо или нет, не знаю. А пока ответьте на вопрос: почему Григорий Распутин в это время находился в Сибири, а не в Петербурге, где ему жилось вольготно на снятой для него квартире в центре города?

КБ: Не так вольготно ему жилось. Это в семье Алисы ему были уважение и почет, а в высшем обществе и среди духовенства уже к 1910 году накопилось сильное раздражение по поводу его близости ко Двору. В январе – феврале 1912 года имя Распутина оказалось в центре большого скандала из-за появившихся в печати якобы любовных писем к нему императрицы и великих княжон. Все письма были датированы 1909 годом. Все они были личного характера, но существование любовного подтекста в них – это вольная интерпретация читателей. Наиболее откровенным было одно письмо императрицы, именно по поводу его в петербургских салонах поднялась невиданной силы волна грязных слухов и сплетен о «жизни Гришки с царицей». Вот текст этого письма – судите сами:

”Возлюбленный мой и незабвенный учитель, спаситель и наставник. Как томительно мне без тебя. Я только тогда душой покойна, отдыхаю, когда ты, учитель, сидишь около меня, а я целую твои руки и голову склоняю на твои блаженные плечи. О, как легко мне тогда бывает. Тогда я желаю всё одного: заснуть, заснуть навеки на твоих плечах, в твоих объятьях. О, какое счастье даже чувствовать одно твое присутствие около меня. Где ты есть. Куда ты улетел. А мне так тяжело, такая тоска на сердце… Только ты, наставник мой возлюбленный, не говори Ане (Вырубовой. – К. Б.) о моих страданиях без тебя. Аня добрая, она хорошая, она меня любит, но ты не открывай ей моего горя. Скоро ли ты будешь опять около меня. Скорее приезжай. Я жду тебя и мучаюсь по тебе. Прошу твоего святого благословения и целую твои блаженные руки. Во веки любящая тебя, Мама.

ПБ: Ну, знаете! Видимо, я – тот самый читатель, который слишком вольно интерпретирует слова императрицы. Здесь нет сексуального, но, безусловно, есть сильный эротический подтекст, который почти неизбежен, когда душевно больная девушка или женщина влюбляется в своего учителя, наставника, психотерапевта или даже священника. Это настолько типичный случай, что не стоило бы его и обсуждать.

Но главное ведь не это. Главное то, что супруга русского императора, императрица, оказалась в абсолютной психологической зависимости от человека, личность которого до сих пор у многих вызывает серьезные сомнения.

КБ: Имеется точка зрения, что сам факт существования этих писем императрицы Распутину – фальсификация. Но вероятнее всего, они существовали. Они были получены от скандально известного монаха Илиодора (Труфанова), которому Распутин покровительствовал и который в 1909 году гостил у него в Покровском. Зачем Распутин передал письма царской семьи авантюристу Илиодору – темный вопрос.

ПБ: Выпили… Решил похвастаться… Или отдал письма на сохранение, понимая, что под ним уже горит земля… Потом они с Илиодором разругаются, и в 1917 году Труфанов выпустит книгу «Святой черт», в которой «разоблачит» Распутина. Но прежде, чем ее издать, он будет шантажировать императрицу якобы имеющимися у него документами о ее отнюдь не только духовной связи со старцем.

КБ: Согласно воспоминаниям председателя кабинета министров В. Н. Коковцова, министр внутренних дел А. А. Макаров показал эти письма Николаю. Они были отпечатаны гектографическим способом и распространялись в Петербурге, порождая грязные слухи. Николай признал подлинность почерка императрицы и брезгливо бросил конверт с этими письмами в ящик стола. В декабре 1912 года А. А. Макаров был уволен со своей должности…

ПБ: Опять «Сказка о Царе Салтане»! Повесили гонца с плохими новостями. Но, насколько я знаю, Макаров был уволен не из-за этого, а по настоянию либерального крыла Государственной думы после печально известного Ленского расстрела рабочих.

Не будем копаться в этой грязной истории. Факт тот, что в результате этого скандала Николай был вынужден выдворить Распутина вместе с Илиодором из Петербурга. Это была как бы отставка, как и увольнение Макарова. Но после спальского кризиса влияние Распутина на царскую семью вновь набирает силу. После того, что случилось, веру Александры Федоровны в старца ничто не могло поколебать. Отныне все, кто пытался Распутину как-то противостоять, немедленно становились ее личными врагами.

Волшебная телеграмма

ПБ: Что же произошло? Когда в Спале случился рецидив болезни цесаревича и состояние его здоровья стало угрожающим, в помощь домашнему врачу Евгению Боткину были вызваны еще четверо докторов. Это хирург Сергей Петрович Федоров (его имя еще при жизни было присвоено клинике факультетской хирургии Военно-медицинской академии). Это лейб-педиатр Сергей Алексеевич Острогорский. Это личный врач цесаревича Владимир Николаевич Деревенко и пионер российской педиатрии Карл Андреевич Раухфус (его имя сейчас носит Детский городской многопрофильный клинический центр высоких медицинских технологий в Петербурге).

Настоящее созвездие медицинских светил! Но и они оказались бессильны. Опухоль продолжала расти, муки восьмилетнего ребенка становились невыносимы. Он кричал и стонал сутками, не давая спать матери, говорил ей, что мечтает умереть (восьмилетний мальчик!), а отец, уходя от него, запирался в кабинете и плакал.

Вроде бы Федоров хотел применить какой-то новый прогрессивный метод лечения, но не решился на это, потому что метод этот не был до конца изучен. 10 октября священник Васильев причастил цесаревича, а в Петербург был отправлен бюллетень такого содержания, что после него следовало ожидать некролог. И вдруг наследнику становится лучше! Внутреннее кровотечение останавливается, он спокойно засыпает… Императрица идет к обитателям охотничьего дома – бедная, измученная, но со счастливым лицом. Оказывается, Анна Вырубова отправила в Покровское телеграмму Распутину и от него пришел ответ. И вот – мгновенное чудо спасения! Алексей еще долго будет выздоравливать, но смертельная опасность миновала…

Телеграмма не сохранилась, ее текст мы знаем лишь по воспоминаниям разных лиц. Он был следующий: «Бог воззрил на твои слезы. Не печалься. Твой сын будет жить. Пусть доктора его не мучат». Этот вариант текста не сильно расходится с другими. Суть везде одна: Алексей будет жить, не беспокойся, пусть врачи его не мучают.

То есть – не лечат…

Обладал ли Распутин на самом деле целительными способностями – вопрос сложный, он до сих пор вызывает споры. Но, видимо, все-таки обладал. По крайней мере – даром гипноза. Под воздействием гипноза, в состоянии покоя снижается кровяное давление и кровь быстрее свертывается. То, что после посещений Распутина наследник чувствовал себя лучше, не отрицали даже скептики, даже врачи. Но в этом случае никакого посещения не было. Только телеграмма. Если помогла она, это уже нельзя объяснить иначе, как чудом.

Дочь Распутина Матрена Григорьевна в воспоминаниях об отце, написанных в эмиграции (скончалась в 1977 году в Лос-Анджелесе) писала об этом:

”Мы как раз садились обедать, когда принесли эту телеграмму. Отец прочел ее и тотчас же вышел из-за стола, опустился на колени перед иконой Казанской Божьей Матери и стал молиться. Это продолжалось очень долго. Мы сидели, замерев, Дуня (Евдокия Печеркина – работница в доме Распутиных. – П. Б.) так и застыла с посудой в руках. По лицу отца крупными каплями стекал пот. Наконец, он перекрестился в последний раз. Потом поднялся и велел отправить телеграмму императрице: «Не бойся. Бог увидел твои слезы и услышал твои молитвы. Не горюй, твой сын будет жить».

Впрочем, к воспоминаниям Матрены нужно относиться с большой осторожностью. Например, она утверждала, что Николай II, как и его отец, был алкоголиком и трезвым бывал только утром. Дескать, ее отец пытался лечить царя от этого недуга, но даже у него не вышло. Это, конечно, полная чушь! Невозможно представить законченного алкоголика, который увлекается теннисом, греблей на байдарках и на охоте убивает десятками шустрых зайцев и куропаток. Не говоря уже о том, что ведет ежедневные многочасовые приемы должностных лиц. Но в сцену молитвы Распутина можно поверить.