Патриция Бриггз – Связанные серебром (ЛП) (страница 15)

— Это подделка, — сказал он с абсолютной уверенностью в голосе. — Если бы вы раньше сказали мне имя, я бы сразу ответил, что это подделка, даже несмотря на неповторимую элегантность подписи, которая похожа на подпись судьи Фиска, не больше чем моя. Никто не мог выписать ордер на Хауптмана.

— Я так и подумал, — согласился Тони. — Подпись Фиска непонятная.

— Что? — негодование в голосе Келли было неприкрытым, заставляя меня поверить, что оно искреннее.

Тони, который внимательно наблюдал за охотником, казалось, подумал о том же, о чём и я. Он передал ордер самому молодому полицейскому.　

— Грин, иди, позвони и спроси, официален ли ордер, — сказал он. — Только ради охотника за головами.

Как и Тони, Грин изо всех сил старался не смотреть на Адама.　

— Я не слышал об этом, — сказал он. — И запомнил, если бы у нас был ордер на него. Мы знаем местного Альфу. Черт, я с уверенностью заявляю, что он не скрывается от правосудия. — Грин посмотрел на Тони. — Но, пойду, позвоню. — После чего бодро направился к патрульной машине.

— Мой продюсер сказал, что полицейские не захотели арестовывать вервольфа, и попросили у нас помощи, — сказал Хёрт, уже не с былой уверенностью.

Холбрук возмущенно фыркнул.　

— Если бы у нас был ордер на вервольфа, мы бы арестовали его. Такая у нас работа.

— Ваш продюсер сказал, что мы не хотим арестовывать вервольфа, — сказал Тони задумчиво. — Это продюсер дал ордер?

— Да.

— У него есть имя и контактные данные?

— У нее, — поправил Келли. — Дафна Рондо.

Я задумалась, осознавал ли он, с какой горячностью произнёс её имя? Он аккуратно достал бумажник из заднего кармана и вытащил визитку.

— Держите. — Он сжимал её пальцами, даже когда Тони взял ее. — Вы знаете этого парня, да? И поэтому уверены, что это не тот волк. — Затем до него дошло, он отпустил карточку и посмотрел на Адама. — Адам Хауптман?

Адам кивнул.

— Я бы сказал, что рад познакомиться, но не люблю лгать. И что же, по-вашему, я совершил?

Грин шел назад из автомобиля, качая головой.

Келли посмотрел на полицейского и вздохнул.　

— Что за ерунда? Насколько я понимаю, вы не убивали юных девушек и не бросали в пустыне полу-съеденные тела?

Адам разозлился, я была уверена в этом, несмотря на то, что внешне он являл собой спокойного бизнесмена. Из-за своего нрава, Адам не был представителем Брана. Он часто импульсивно действовал, когда злился.

— Жаль разочаровывать вас, — сказал Адам шелковистым голосом. — Но я предпочитаю кроликов. Люди по вкусу напоминают свинину. — И улыбнулся, заставляя Келли невольно отступить.

Тони бросил на Адама негодующий взгляд.

— Давайте не будем нагнетать обстановку, господа. — Он вытащил сотовый и, глядя на визитку, набрал номер. Шли гудки, затем включилась голосовая почта. Тони не оставил сообщения.

— Ладно, — сказал Тони. — Я бы хотел получить от вас заявление об этом ордере. Если у нас кто-то занимается подделками, мы должны узнать кто. Мы можем оформить всё здесь или проехать в участок.

Я оставила Тони и полицию разбираться с последствиями, и вернулась в свой кабинет, позволяя двери захлопнуться за собой. Я оставила Сэма снаружи. Если он никого не убил за утро, то и сейчас этого не случится.

У меня есть с чем разобраться.

Габриэль держал на коленях младшую сестру, которая прятала заплаканное лицо на его плече. Другие девочки сидели на стульях для клиентов, а их мать стояла спиной ко мне.

Лишь она говорила… на испанском, так что я понятия не имела о чём шла речь. Габриэль кинул на меня отчаянный взгляд, и она обернулась. Глаза Сильвии Сандовал блестели от ярости ярче, чем у любого оборотня.

— Ты, — сказала она с сильным акцентом. — Мне не нравится твоё окружение, Мерседес Томпсон.

Я ничего не сказала.

— Мы сейчас же уходим. И моя семья больше не будет иметь с тобой ничего общего. Из-за тебя и твоего вервольфа, моей дочери будут сниться кошмары, где человек целится в неё. Её могли застрелить… кого угодно могли застрелить. Я вызову эвакуатор, чтобы забрать машину.

— Не надо, — возразил я. — Зи почти её починил, — закончила я. Никто не знает, сколько он сделал магией.

— Она работает, — добавил Зи, появление, которого я не слышала. Вероятно, он пришёл через гараж и, с мрачным видом, стоял у внутренней двери.

— Сообщишь, сколько я осталась тебе должна, после последней проверки счёта моим сыном.

Габриэль протестующе заворчал.

Она посмотрела на него, и он прикусил язык, не сказав всё, что собирался. Его глаза подозрительно блестели.

— Мой сын считает, раз он почти мужчина, то сам может принимать решения. Но пока он живет в моем доме, это не так.

Я была уверена, что Габриэль может уйти и сам себя обеспечивать, но без его дохода, Сильвии будет трудно прокормить семью. Габриэль это тоже понимал.

— Габриэль, — обратилась я к нему. — Мне нужно, чтобы ты ушёл. Твоя мама права, мой офис — опасное место для работы. И дело даже не в твоей маме, после сегодняшнего ты все равно не работал бы больше здесь. Последний чек я отправлю тебе почтой. Когда найдешь работу, можешь сказать им, чтобы позвонили мне за рекомендациями.

— Мерси, — произнёс он, бледный и застывший.

— Я не прощу себя, если что-то случится с тобой или с кем-то из твоих сестер, — сказала я ему.

— Ох, бедная Мерси, — сказала Сильвия с ложным сочувствием, ее английский звучал хуже. — Бедняжка, Мерси, ее жизнь слишком опасна, и она не пережила бы, если бы мой сын пострадал. — Она ткнула в меня пальцем. — Не в этом суть. Если бы дело было в бандитах, то я бы сказала: нет, Габриэль, ты больше не можешь здесь работать, но мы по-прежнему оставались бы друзьями. Но ты солгала мне. Я спросила: что это за громадная собака? Ты ответила: возможно, помесь. Ты решила, что моя дочь может поиграть с вервольфом, не сказав мне кто он. Ты сама выбрала, что лучше для моих детей. Не звони мне домой, не разговаривай с моими детьми на улице, иначе я вызову полицию.

— Мама, — сказал Габриэль. — Ты перегибаешь.

— Нет, — ответила я устало. — Она права. — Я осознала ошибку выбора в тот момент, когда услышала крик Майи, хотя кричала она не из-за Сэма, но возможно всё.

А я была уверена в том, что крик повлек за собой действия Сэма, пока не увидела Келли Хёрта с автоматом. Я подвергла опасности детей Сильвии.

— Зи, ты не мог бы выгнать ее машину из гаража, пожалуйста? — Он склонил голову и развернулся на пятках. Я не могла сказать, злился ли он на меня или нет. Но была уверена, что он понятия не имел, какой риск я взяла на себя. Он не волк, никогда с ними не жил, и уж точно не знает какой Сэм.

— Мерси, — беспомощно начал Габриэь.

— Иди, — сказала я. Я бы обняла его, но тогда мы оба расплачемся. Хотя я могла себе это позволить, Габриэлю семнадцать, и он — единственный мужчина в семье. — Vaya con Dios (Храни тебя Господь — исп.).　

Видите, я тоже немного знаю испанский.

— Тебя тоже, — формально заявил он.

Его сестра вновь начала плакать.

— Я хочу своего щенка, — кричала она.

— Идёмте, — сказала его мать.

Девочки подчинились и, следуя за Габриэлем, ушли. Сильвия замыкала шествие.

Глава 5

В офис вошёл Адам, а за ним семенил Сэм. Внутри всё ещё находились Сильвия с семьёй, ожидая, когда Зи подгонит «Бьюик». Судя по выражению лица Адама, он слышал каждое слово нашего с Сильвией разговора. Он положил руку мне на плечо и поцеловал меня в лоб.

— Не жалей меня, — сказала я. — Я облажалась.

— Не твоя вина, что наглец пришел с пушкой наперевес, — сказал Адам. — Кто-то наврал ему. Они с Тони пытаются дозвониться до продюсера, но она не отвечает. Полагаю, она хотела грандиозный бой по телевизору: «Человек против оборотня».

— Может, — согласилась я. — Может он и не моя вина. Но на его месте мог быть вампир или иной. И никто бы не замешкался перед тем, как убить Габриэля или одну из девочек, если бы те стояли на их пути.

Адам притянул меня в свои объятия. Я прижалась к нему, понимая, что притворяюсь… Я знала по действиям Адама, что он ещё не вполне осознал весь вес моей оплошности.

Несомненно, он был слишком занят, чтобы внимательно посмотреть на Сэма… а Сэм, чудом, не сделал ничего, чтобы привлечь чье-либо внимание. Пока что. Тем не менее, день только начинался.

Я вдохнула аромат Адама, и мне стало легче, но я не имела права на это. Сильвия была права. Я слишком себя жалею.

Я отстранилась и села на стойку рядом с пистолетом, прежде чем всё рассказать… Не смогу вынести прикосновений, когда он решит расстаться со мной. Как только что Сильвия.