Патриция Бриггз – Плач волка (страница 15)

— Это научит тебя уворачиваться немного быстрее в следующий раз, — прорычал отец, показав, насколько он беспокоился.

— Прости, — кротко извинился он, садясь на пассажирское сиденье.

— Ладно, — сказал Бран, мягко закрывая дверь. — Но не позволяй этому случиться снова.

Чарльз пристегнулся. Он, вероятно, выжил бы в аварии, но его отец вел машину, как маньяк, и ремень безопасности не помешает.

Лихорадка, из-за которой у него кружились мысли, прошла, но он еще не поправился полностью. Несмотря на суп, который Сэмюэль разогрел в микроволновке и заставил его съесть, Чарльз чувствовал себя слабым, как котенок. Его волк был нервным, желая найти какое-нибудь темное и безопасное место для исцеления.

— Ты действительно позволишь Сэмюэлю быть волком-одиночкой? — спросил он, когда они тронулись в путь.

У маррока сильный собственнический инстинкт. Он никогда не отпускал того, кто принадлежит ему. Это на него не похоже. В прошлый раз, когда Сэмюэль ушел, он не спрашивал разрешения, просто исчез. Чарльзу потребовалось два года, чтобы его выследить.

— Я так благодарен за то, что Сэмюэль нашел себе какое-то занятие. Если бы у него ничего не получилось, пришлось бы пойти на шантаж.

— А ты еще этого не сделал?

Ему нравился Адам, альфа Три-сити, но его удивило, что маррок не заставил его дать согласие. Не многие альфы приветствовали бы на своей территории такого доминирующего волка как Сэмюэль.

— Пока нет, — задумчиво произнес отец. — Хотя, возможно, мне придется немного помочь Сэмюэлю с Мерседес. Она была недовольна, когда я отправил его обратно к ней.

— Сэмюэль может справиться с Мерседес.

— Я надеюсь на это. — Бран постучал пальцами по рулю. — Мне нравится твоя Анна. Она выглядит такой нежной и застенчивой, как цветок, который завянет при первом резком слове. А потом она делает что-то неожиданное, например, смотрит Асилу в лицо.

Чарльз откинулся на спинку сиденья, когда они резко развернулись на обледенелой дороге и выехали на проселочную дорогу к его дому.

— Ты бы видел ее со скалкой. — Он не пытался скрыть удовлетворение в своем голосе. И чувствовал себя с каждой минутой все здоровее. В ушах перестало звенеть, и он лучше себя контролировал. Немного еды и сна, и он вернется к нормальной жизни.

— Хочешь зайти? — спросил больше из вежливости, чем из желания проводить время с отцом.

— Нет. — Бран покачал головой. — И отправь Сейдж домой. Она захочет поболтать, но вам с Анной нужно немного времени наедине. Анна была очень расстроена к концу службы.

Чарльз резко поднял глаза.

— Я думал, это просто реакция на похороны. Слишком много незнакомых людей.

— Нет, было что-то большее.

Чарльз припомнил последнюю часть похоронной службы, но не понял, что его отец имел в виду.

— Я ничего не заметил.

— Конечно, ты заметил. — Бран криво улыбнулся. — Как думаешь, почему ты был так взбешен, когда она уехала?

— Это из-за Асила?

Если бы Асил расстроил ее, возможно, Чарльз позаботился бы о нем, и отцу не пришлось бы беспокоиться.

Бран покачал головой и рассмеялся.

— Я столько раз повторял, что могу вкладывать мысли в головы людей, но не могу их читать. Я не знаю, что ее беспокоило. Спроси ее сам.

Каким-то чудом они добрались до его двери без происшествий. Чарльз выскользнул из машины и на мгновение подумал, что рухнет на колени.

Отец внимательно наблюдал за ним, но не предложил помощи.

— Спасибо. — Чарльз ненавидел быть слабым и еще больше, когда люди пытались с ним нянчиться. По крайней мере, он ненавидел это до появления Анны.

— Иди внутрь, пока не свалился, — только и сказал его отец. — Это будет достаточной благодарностью.

То ли движение помогло, то ли холод, но его колени перестали дрожать, и Чарльз почти нормально добрался до входной двери.

Когда он коснулся дверной ручки, Бран дважды посигналил и уехал. Чарльз вошел в дом и обнаружил Сейдж и Анну, которые сидели друг напротив друга в столовой, перед ними стояли чашки чая. Но нос подсказал ему, что у Анны был еще один посетитель.

Чарльз чувствовал себя глупо, когда попросил отца прислать Сейдж. Но почуяв запах Лии, обрадовался, что поддался своей паранойе. Лие не потребовалось много времени, чтобы сделать свой первый шаг.

Сейдж резко замолчала и окинула его беглым взглядом.

— Чарли, — сказала она, — ты выглядишь ужасно.

Она вскочила со стула, поцеловала его в щеку, затем отправилась на кухню и поставила свою чашку в раковину.

— Спасибо, — сухо поблагодарил он.

Она ухмыльнулась.

— Мне пора. Я оставлю вас, двух голубков, наедине. Анна, не позволяй ему держать тебя здесь, в его пещере. Позвони мне, и мы отправимся с девушками в Миссулу за покупками или еще куда-нибудь. — Сейдж пронеслась мимо и слегка похлопала Чарльза по плечу, прежде чем выйти.

Анна отпила чаю и посмотрела на него темными, бездонными глазами. Этим утром она стянула волосы в хвост на затылке лентой, и он скучал по кудряшкам цвета виски вокруг ее лица.

— Она назвала тебя Чарли, — сказала она

Он поднял бровь, и она улыбнулась.

— Это тебе не идет.

— Только Сейдж так меня называет, — признался он.

К счастью.

Анна встала.

— Могу я предложить тебе чаю? Или чего-нибудь поесть?

По дороге домой он проголодался, но внезапно ему захотелось просто лечь спать. И даже не желал идти по коридору.

— Нет, наверное, я просто пойду спать.

Анна отнесла свою кружку на кухню и поставила обе кружки в посудомоечную машину. Несмотря на усталость, он последовал за ней на кухню.

— Что сказал твой брат? — спросила она.

— В моей ноге все еще оставалось немного серебра. Поэтому он вычистил рану.

Анна резко взглянула ему в лицо.

— Это не весело.

Чарльз не мог сдержать улыбки.

— Не весело.

Она поднырнула под его руку.

— Тебя качает. Давай отведем тебя в постель, пока ты не упал.

Чарльз совсем не возражал против ее помощи. Анна могла бы даже называть его Чарли, и он бы не возражал, главное, чтобы она прижималась к его боку.

Анна помогла ему раздеться, он не успел снова надеть пиджак в клинике, так что это было не слишком больно. Когда он лег в постель, его пара опустила жалюзи и выключила свет. Когда начала натягивать на него одеяло, он поймал ее за руку.

— Останешься со мной? — спросил он. Чарльз слишком устал для разговоров, но не хотел, чтобы она оставалась наедине со своим беспокойством.

Анна замерла, и запах ее ужаса пошатнул контроль, который он обрел с тех пор, как брат вытащил из него последнее серебро. Чарльз не мог убить призраков ее страхов, поэтому сдерживал волну защитной ярости и ждал, что она сделает. Он мог бы отпустить ее руку и был готов сделать это, но только если она сама отстранится.

Почему его слова так сильно ее напугали? Ведь она спала с ним рядом прошлой ночью. А потом Анна опустила глаза на его руку.

Кто-то насильно удерживал ее, подумал он, возможно, не один раз. Когда в нем начала подниматься ярость, она повернула свою руку и накрыла его пальцы ладонью.