Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 89)

– Это не одно и то же, – прошептала Тейя. – Единственное прегрешение, в котором эти несчастные души повинны, – служба Когтям.

– Ты отвлекаешься на несущественные детали. Лера не была королевой. А эти несчастные души, как ты их назвала, – не храмовники. Не важно кто, важно почему.

Тейя нахмурилась:

– Ошибаешься, кто – имеет значение. Есть правила. Мы не устраняем тех, кто нам помогает, если их вина не доказана. Да и пирог тут ни при чем, – угрюмо добавила она.

Вьяго расправил перчатки.

– Это ты не устраняешь помощников. Но разве Боливар, Эмиль или даже твой драгоценный Данте пощадят очевидца, будь он хоть стократ невиновен?

Тейя склонила голову набок:

– Мой драгоценный Данте?

Вьяго проигнорировал вопрос.

– Суть вот в чем: это тот же убийца.

Эльфийка обдумала его слова:

– Два убийства с исторической подоплекой подряд – не верится в совпадение.

Вьяго с шипением выдохнул сквозь зубы:

– Три.

Тейя побледнела:

– Да сколько же я проспала?

– Следуй за мной.

– Ну уж нет, – уперлась она. – Не сдвинусь с места, пока мы не вскипятим воду.

Вьяго удивленно вскинул бровь:

– В этой комнате отравлено восемь человек.

– Тогда приступай к своим тестам, убедись, что мы в безопасности. Я же не стану смотреть на очередного мертвеца, пока не получу чашку кофе.

Тейя словно очутилась в какой-то ужасной игре-угадайке. Пока Вьяго молча заваривал кофе, эльфийка никак не отваживалась спросить, кто из Когтей стал следующей жертвой. Она перебрала варианты и пришла к выводу, что Катерина наверняка жива. Если бы ее убили, даже Вьяго не смог бы изображать невозмутимость.

Остаются Боливар, Эмиль, Джули и… Данте. Тейя сжала кулаки. Ее отношения с Данте не назвать простыми, но она не желала ему смерти. Было время, когда лириум ослабил свою удушающую хватку… Тейя нередко гадала, как могла бы сложиться судьба Данте, не возьми он роковой заказ.

«Тот самый случай, о котором тебе никогда не расскажут», – подумала она. Самая опасная работа не та, с которой ты не возвращаешься, а та, что навсегда остается с тобой.

Вьяго, должно быть, почувствовал ее тревогу. Он добровольно сообщил, что Данте и Эмиль прочесывают остров.

– Катерина по-прежнему считает, что все это дело рук агента кунари, который где-то прячется.

Тейя изумленно уставилась на его затылок в изумлении. Вьяго и успокаивающие речи – это как масло и вода.

Не дождавшись от нее отклика, Вьяго остановился.

– Тейя?

Они уже преодолели половину лестницы. Солнечный луч, проникший меж бархатных штор, окружил Вьяго нежным сиянием, разгладив жесткие черты и придав лицу расслабленное выражение. Такого Вьяго Тейя видела редко.

Тейя часто представляла, каким будет их поцелуй. Она говорила себе, что все произойдет вполне естественно. Вьяго на свой манер привлекательный, но настолько напряженный, что напоминает огромный тугой узел. Распустить этот узел – задачка не из простых, надо теребить, тянуть и выкручивать, пока не обнажатся все его секреты. Но с узлами нужна осторожность. Потянешь не в ту сторону, и получишь петлю-удавку.

Возможно, рисковая стратегия – самая верная…

– Ты в порядке? – Вьяго обеспокоенно наморщил лоб. – Что-то не так с кофе? Я проверил его на «Объятия Маферата», и вроде бы…

– Я в порядке, – заверила Тейя с ободряющей улыбкой. – Просто любуюсь твоей невероятной красотой.

Большинство людей были бы польщены таким комплиментом. Вьяго же нахмурился и круто развернулся. Тейя растерялась. Они имели привычку дразнить друг друга, но всякий раз, когда она заводила разговор об их очевидной обоюдной приязни, он замыкался в себе.

Ну, сейчас этот номер не пройдет.

Эльфийка догнала Вьяго:

– В чем дело?

– Ни в чем, – буркнул он, продолжая двигаться в сторону гостевого крыла.

– Не считаешь себя привлекательным?

Вьяго повернулся к ней. Его уши успели порозоветь.

– Десять трупов.

Она не отступила:

– И виновный поплатится, но какое отношение это имеет к нашему разговору?

– Убийцей могу быть я.

Прижав ладони ко рту, Тейя зашлась смехом:

– Это не ты.

Он посмотрел на эльфийку так, словно получил от нее пощечину.

– Я способен запросто прикончить здесь всех.

– Только не говори, что обиделся!

– Так ведь и впрямь обидно, – запротестовал Вьяго. – Для профессионала.

Тейя подступила к нему, чтобы убедиться, что он не шутит. Сжатые губы и наморщенный лоб подтвердили: его самолюбие уязвлено.

– Знаю, потому что мы были вместе, когда убили Леру, – пояснила она. – Помнишь? Я повязывала тебе платок.

Теперь краска залила ему и щеки.

– Ну конечно, я не делал этого. Но важен принцип.

– Смех, да и только.

– Идем, – проворчал Вьяго и подвел ее к комнате Джули Араннай. Кивнув в сторону двери, сказал: – Судя по царапинам на замке, кто-то пробрался тайно. Это все, что можно сказать.

– Не все, – подмигнула Тейя. – Еще можно сказать, что убийцу не приглашали. Это не было ночным свиданием.

Едва они переступили порог, эльфийка ощутила резкий запах меди. Джули сидела согнувшись над туалетным столиком, окровавленное жемчужное ожерелье свисало с перерезанного горла.

– Бедняжка, – прошептала Тейя, приблизившись к мертвой.

– Не знал, что вы подруги.

– Помилуй, Ви, – пробормотала эльфийка, – разве необходимо с кем-то дружить, чтобы просто ему посочувствовать?

– Как скажешь.

Разрез на шее Джули был глубок, но чист. Быстрая смерть, хоть и небезболезненная.

– Ей рассекли голосовые связки, – отметила Тейя. – Прямо как той известной оперной певице… Как ее звали?