Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 36)

Ну а теперь я отвечу на самый первый ваш вопрос: вот так он мне и достался, этот футляр для карт, с сапфирами превосходнейшей огранки.

Брианна Бэтти

Голод

То одно, то другое.

Торговец, так и не приехавший тем летом. Бондарь, бесследно исчезнувший возле реки. Люди думали: это просто случайности, – и ошибались. Думали: невезение. И второе было ближе к правде.

Прошел месяц – достаточно, чтобы жители нашли разумные объяснения. Вновь почувствовали себя в безопасности.

Отец торговца приехал осенью, искал пропавшего. Один охотник ушел, да так и не вернулся. Другого кто-то растерзал, а куски разбросал по тропе – будто хотел, чтобы их нашли.

Неужели и теперь «просто случайности»?

Ночью – странные звуки. Наутро – кровь в амбаре.

Две недели спустя – то же самое, но еще и вопли. Через неделю все повторилось вновь.

И на этот раз, услышав звуки, женщина сорвалась с места.

«Хочешь есть?» – спросил он себя.

Она убегала.

Он шел следом.

Лошади умчались прочь.

На дороге стояло пять порождений тьмы – три гарлока в заржавленных доспехах и со щербатыми мечами и пара генлоков, чьи мускулы раздувались под кожей, испещренной отметинами скверны. Гарлок-вожак зарычал: его губы раздвинулись, оголив серые зубы. Чудовище шагнуло в сторону Серых Стражей, словно приглашая нападать.

Антуан свободно держал лук одной рукой: вот он, тот самый момент. Другая рука висела вдоль тела, пальцы нервно подрагивали. Он готов.

Его первая и единственная битва с порождениями тьмы славы ему не принесла. Он чудом остался жив и несколько дней провалялся, едва дыша, – прежде чем его спасли Серые Стражи.

Тогда Антуан еще не состоял в ордене, но сейчас он один из Стражей. А Стражи должны первыми нападать на чудовищ.

– Мы в меньшинстве. – Взгляд темных глаз Эвки метнулся влево; обостренные чувства указали ей на источник опасности. – И окружены.

Серые Стражи не рассказывали чужакам о том, что посвящение в их орден навсегда связывает рекрута с порождениями тьмы. О том, что диковинная песня, вечно звучащая в головах порождений, зазвучит и в мозгу новобранца. Обостренные чувства Антуана гудели вовсю, но он еще не научился понимать эти сигналы: они вызывали лишь головную боль.

– Это плохо?

– Только если нас убьют, – ответила Эвка.

Отстегнув от пояса нож, гномка обернулась и метнула его в крикуна, что выскочил из-за деревьев слева. Крикун взвизгнул, когда лезвие вошло ему в плечо, и занес когтистую лапу, но Эвка была наготове. Она увернулась, выхватила топорик и приняла боевую стойку.

Одно из порождений тьмы, стоявших на дороге, побежало прямо на Антуана: эльф напрягся, но не сдвинулся с места. Пять порождений, узкая тропа; они держатся кучно…

– Чтобы выжить, нужно что-то делать! – крикнула Эвка.

– Сейчас… почти готово… – пробормотал Антуан.

– Действуй! – Эвка увернулась от очередного удара.

Антуан вытащил из кармана круглую склянку и метнул в ближайшего гарлока.

Склянка отскочила от груди. Гарлок недоуменно застыл.

План не сработал, и самое время переходить к запасному – но его Антуан не придумал.

– Антуан! – закричала Эвка.

Ее противник снова взвизгнул: звук был настолько пронзительным, что из ушей едва не полилась кровь.

– Désolé![1] Должно же было получиться! – Антуан отскочил назад, натягивая тетиву, и выстрелил.

Стрела вошла прямо в глаз, и гарлок упал, не успев снести эльфу голову.

Эвка выдернула топорик из груди крикуна и метнулась между Антуаном и одним из генлоков. Кровь брызнула ей в лицо, когда она вогнала оружие в жесткую плоть. Антуан вновь натянул тетиву – стрела просвистела над гномкой, вонзившись чудовищу в голову.

Оставался один генлок и два гарлока: куда лучший расклад, чем прежде.

И таким он и был, пока последний генлок не швырнул Антуана в ствол ближайшего дерева.

Ошеломленный, эльф услышал, как его зовет Эвка. Должно быть, она уже расправилась с генлоком, потому что теперь к ней приближались только гарлоки. Поднимаясь, он заметил склянку в пыли у ее ног.

А вот и запасной план.

Подхватив с земли камень, Антуан ринулся вперед. Он едва успел заметить изумление на лице Эвки, прежде чем распластался перед флаконом. Раздался громкий хруст, вспухло черное облако, и дым растекся, все затмив.

– Что это?..

– Вот теперь сработало! – радостно воскликнул Антуан.

– А предупреждать тебя не учили? – проворчала гномка, но воспользовалась преимуществом и прикончила ближайшего опешившего гарлока.

Антуан взвился на ноги, схватил лук и выпустил стрелу в оставшееся порождение. Изо рта чудовища хлынула черная густая кровь; оно запнулось и повалилось на землю.

Когда облако начало рассеиваться, Антуан рассмеялся от облегчения.

– До Вейсхаупта еще далеко, – напомнила Эвка.

Антуан беззаботно стряхнул пыль с мундира. Они сразились с шестеркой порождений тьмы и победили – результат гораздо лучше, чем у его первой битвы, когда он едва не погиб.

– Подумаешь, еще один крюк сделали, – ответил он и, заметив, как Эвка закатила глаза, добавил: – Тут недалеко должен быть трактир…

В небе раскатился гром.

Страж Эвка Айво выросла в Орзаммаре – гномьей столице, сплошь состоявшей из каменных полов, каменных потолков и каменных стен. Там, где все оставалось неизменным.

Три года назад, когда Эвка вышла на поверхность и вступила в ряды Стражей, многое в наземной жизни ей понравилось.

Но только не прогулки под дождем.

И уж тем более не прогулки под дождем в потемках.

– Болит? – спросил Антуан, заметив, как Эвка потирает плечо.

Она посмотрела на эльфа снизу вверх. Зная Антуана, гномка подозревала, что он запросто может купить с лотка какое-нибудь «абсолютно эффективное» притирание.

– Посплю, если удастся, и все пройдет. Потом двинемся дальше.

– Мы опаздываем?

– Пока нет, – ответила Эвка. – Но утром у нас еще были лошади.

Жизнь Стражей отличалась непредсказуемостью – Эвка знала это. Но с Антуаном, только что принятым в ряды ордена, все обратилось в сущий хаос. Эльфа наскоро посвятили в Орлее, и Эвка получила приказ сопроводить рекрута к тихому форпосту. Однако они не проехали и половины пути, когда их настиг гонец. Всех Стражей призывали в Вейсхаупт – главную крепость ордена, стоявшую в самом сердце Андерфелса.

Пару дней назад Антуан и Эвка пересекли границу, и с тех пор местность менялась все сильнее. Теперь их окружали суровые северные пейзажи – мрачные утесы да густые леса.

– Флаконы надо улучшить, – поразмыслив, сказал Антуан. – Занятно работают, да?

– Занятно, – признала Эвка. – А еще занятно, что ты едва не погиб.

– Ты это уже говорила, – парировал он, привычно поддразнивая.

Эвка поморщилась.

Это она нашла Антуана. Он едва не погиб. По словам других слуг, им удалось спастись только благодаря ухмыляющемуся дурачку, что отвлек врагов на себя. Когда прибыли Стражи, он бродил в трех кварталах от места нападения, что-то бормоча под нос. Для отравленного кровью порождений тьмы эльфа ритуал посвящения в Серые Стражи был последним шансом – конечно, при условии, что эльф выживет.