Патрик Уикс – Империя масок (страница 63)

Бриала кивнула, соглашаясь с ним.

– Стало быть, вместо того чтобы сейчас перебить своих соперников, а потом самим стать жертвой неведомо каких тварей, охраняющих элувианы, мы заключим союз с Гаспаром, вместе доберемся до главной залы и уже там разрешим свои разногласия?

– Это вполне разумно.

– Ну да. – Бриала снова глянула на поглощенных разговором людей.

Все-таки Селина слишком много лет прожила, пряча свое лицо под маской. Затаенная, едва различимая на губах улыбка выдавала, что переговоры идут именно так, как нужно императрице.

– Вот только они соглашаются на это совсем по другой причине, – добавила Бриала.

– Возможно. – Фелассан окинул взглядом спутников Гаспара. – Скажи-ка мне, что ты заметила в Миирис?

Бриала опешила от такого резкого поворота, однако посмотрела на Первую клана Вирнен. Долийка уже пришла в себя после удара, нанесенного магией Фелассана, – правда, до сих пор стояла на коленях шагах в десяти поодаль, рядом с лежавшей без сознания магичкой из рода Монтсиммар. Посох Миирис валялся возле нее на полу.

– Раньше ее посох светился белым светом, а теперь – красным, – Бриала напряженно сощурилась. – И ведь посох тот же самый. Разве так бывает?

– Нет. Хотя, полагаю, она могла прихватить у своего ныне покойного клана какую-нибудь магическую безделушку. – Фелассан задумчиво пожевал нижнюю губу. – Быть может, это объясняет, отчего вдруг ученица Телена пустила в ход такие впечатляющие заклятия.

Которым Фелассан, отметила про себя Бриала, противостоял более чем успешно.

– До сих пор, насколько помню, ты прибегал только к стихийной магии. Я понятия не имела, что ты способен и на такое.

– В самом деле? – Фелассан склонил голову к плечу. – Думается мне, причина в том, что мы с тобой, действуя вместе, нечасто встречались с другими магами. Заклинание, которое я применил, только и годится, что для встреч такого рода. – Фелассан покачал головой, улыбаясь, но взгляд его при этом был отрешенно устремлен вдаль. – У того, кто долго живет на свете, достанет времени изучить и такие заклинания, которые крайне редко пригождаются на практике. Большинство магов-людей счастливо уже и тем, что в состоянии швыряться огнем либо молнией.

Бриала собиралась ответить, но тут Миирис кашлянула и поглядела на них.

– Мишель, – проговорила она.

Селина и Гаспар были в дальнем конце залы, а стало быть, управляться с долийкой предстояло ей.

Шагов с десяти Бриала вогнала бы стрелу в глаз Миирис в девяти случаях из десяти, однако здесь повсюду саркофаги. Одним броском долийка окажется в укрытии, и у нее хватит времени сотворить заклятие, которое погубит их всех.

– Миирис, – Бриала подняла лук и изготовилась к выстрелу, – Селина и Гаспар заключили перемирие. Возьмись только за посох, и я сочту, что ты нарушила уговор.

– Я и не жду, что ты поймешь, плоскоухая. – Миирис обожгла ее ненавидящим взглядом. – Мишель убил наш клан, всех, кто был мне дорог.

– О да, – согласилась Бриала, не опуская лук, – что может знать плоскоухая городская эльфийка о шевалье, убивающих тех, кто ей дорог?

– Каким образом Мишель убил твоих близких? – вмешался Фелассан. – Грозу и молнии вызвал я. Не то чтобы мне хотелось непременно навлечь на себя твою месть…

– Имшэль, – прошипела Миирис. – Мишель освободил Имшэля, и тот уничтожил наш клан.

– Ваш клан вызвал и заключил в ловушку древнего демона. Если уж тебе кому и пристало мстить, так это Телену – за его непроходимую глупость.

Миирис горько усмехнулась и продолжила так, словно Фелассан не произнес ни слова:

– Я жива только потому, что Мишель решил пощадить меня, и его выбор показался Имшэлю занятным… А еще потому, что демон счел достойным мой выбор – в отместку за это убить самого Мишеля.

С этими словами она вновь устремила взгляд на Мишеля, и пальцы ее, дрогнув, потянулись к посоху.

– Что ж, попробуй, – сказала Бриала, – но помни, что Мишель мне нужен. И моя стрела пробьет тебе сердце прежде, чем ты успеешь схватиться за посох.

Фелассан взглянул на Миирис с неподдельным интересом:

– И все же у тебя по-прежнему есть выбор. Ты можешь надеяться, что переживешь выстрел Бриалы, быть может, опять применишь магию духа, вытянешь остатки силы из этих бренных останков – и исцелишься. Судя по тому, какие мощные чары ты совсем недавно пустила в ход, тебе, возможно, даже повезет собственными глазами увидеть смерть Мишеля… прежде чем я сам с тобой расправлюсь.

– Ты подначиваешь ее просто так или у тебя есть свои причины? – Бриала мельком глянула на своего наставника.

– Да, есть. – Фелассан сделал приглашающий жест и другой рукой вскинул на изготовку посох. – Ну же, Миирис!

Долийка воззрилась на него со всепоглощающей ненавистью, краем глаза посматривая то на посох, то на Мишеля, то на стрелу Бриалы, уже нацеленную ей в сердце.

– Фелассан, Бриала, стойте! – прозвенел в зале оклик Селины.

– Миирис! – подхватил Гаспар. – Я заключил перемирие. Дальше мы отправимся вместе и вместе будем сражаться со всем, что спустят на нас эти проклятые Создателем гробницы.

– И когда доберемся до главной залы, разрешим наш спор честным поединком, – прибавила Селина. – Победитель получит власть над элувианами.

– Ты сказал, что я смогу убить его! – Долийка ткнула пальцем в Мишеля.

– А теперь говорю, чтобы ты обождала, не то, клянусь всеми обетами шевалье, я отрублю тебе голову и оттащу труп туда, где покоятся бренные останки твоего клана!

Миирис на мгновение с силой стиснула зубы.

– Мне не стоило тебе доверять, – процедила она. Бережно и нарочито медленно подобрала посох, пристроила его за спиной. – Вы, шемлены, держите слово только со своими.

– Вот и умница, – одобрил Гаспар. – А теперь будь любезна – позаботься о Лиенн и Ремаше.

Бриала глянула на Фелассана, и тот пожал плечами.

Как она и ожидала, они заключили перемирие. И, как раньше заметил Фелассан, это вполне разумно.

Вот только Бриала – по крайней мере, отчасти – не могла не согласиться с Миирис.

В этом долгом путешествии по тропам между мирами Селина потеряла счет времени.

Темп был изнурительный, по крайней мере для людей. Фелассан, Бриала и Миирис, хотя и шли, казалось, не быстрее Селины или Мишеля, неизменно каким-то образом оказывались далеко впереди и всегда дожидались спутников в руинах, лежавших по ту сторону очередного элувиана, пока рубин, который несла Селина, не укажет им путь и не пробудит зеркало, ведущее на новую тропу.

Ремаш был ранен в бою с восставшими мертвецами, и хотя Лиенн как могла залечила его рану, он явно до сих пор страдал от боли. Сама Лиенн еще не до конца оправилась после оглушившего ее взрыва, да к тому же, очевидно, не привыкла переносить физические тяготы. Оба они изо всех сил старались не отставать и волком смотрели на Селину, когда она предлагала идти помедленней.

Всякий раз, когда путники добирались до следующего элувиана и устраивали привал в очередной усыпальнице, позволяя себе краткий, но столь желанный отдых от истязаний зачарованной тропы, Ремаш и Лиенн уединялись в стороне от всех прочих и перешептывались, с почти одинаковой неприязнью поглядывая то на Селину, то на Гаспара. Впрочем, неприязненный взгляд Ремаша вполне мог объясняться превосходным свежим шрамом, украшавшим его лицо, – следствием близкого знакомства с кинжалами Селины.

Как бы то ни было, Селина подозревала, что, если Гаспар проиграет в поединке Мишелю, вряд ли эти двое согласятся достойно принять поражение. Кто-то из них в таком случае уж верно расстанется с жизнью – либо Ремаш и Лиенн, либо она сама.

Как же приятно оказалось иметь дело с самыми простыми врагами! С ними нет нужды притворяться, беречь их чувства или ломать голову над их намерениями. Надо будет всего лишь убить их прежде, чем они убьют ее, и дело с концом.

Гаспар между тем преодолевал потусторонние тропы четким военным шагом, да еще ухитрялся вести светские беседы.

– Поразительное зрелище сотворили эльфы, – заметил он, указывая на болезненное свечение тропы. – Правда, от него мутится в глазах. Любопытно, как справляются с этим сами эльфы?

– Для них этот свет выглядит иначе.

Правду говоря, у Селины не было особого желания разговаривать с великим герцогом, но ведь он по случаю перемирия усердно старался быть учтивым. К тому же всегда есть возможность, что в непринужденной беседе Гаспар сболтнет лишнего.

Разумеется, то же могло случиться и с самой Селиной, однако она осознанно шла на риск. Как заметил Гаспар, в словесных баталиях он никогда не мог с ней сравниться.

– Как думаешь, в чем причина? Большие глаза? Или какое-нибудь заклинание?

– Скорее всего, второе, – пожала плечами Селина.

– Изумительно! Твой маг также сказал, что мы двигались быстрее, чем казалось с виду. Подумать только! Быстрее, чем если бы ехали верхом, да притом наверху об этом никто знать не знает. О, как мог бы воспользоваться таким преимуществом опытный полководец – пускай даже здесь так нелегко уснуть! – Гаспар хохотнул. – Вот ты, сэр Мишель, куда бы послал свои войска?

Мишель искоса, настороженно глянул на Селину, и она кивнула.

– Первым делом в Вал Руайо, милорд, вероятно, как и ты.

– Что ж, – Гаспар изогнул бровь, – для меня это был бы разумный ход – удар в самое сердце власти Селины, но для тебя-то подобное решение не слишком ли осторожно?