Патрик Ротфусс – Страх Мудреца (страница 3)
Я просто первым добрался до него.
Трактирщик пожал плечами, никак не прокомментировав это.
- Прошлый вечер заставил меня задуматься, - сказал он.
- Хочешь знать, что мы можем сделать, чтобы сделать это место немного безопаснее.
Ты слышал «Охоту Белых Всадников»?
Баст улыбнулся.
- Это была нашей песней, задолго до вас, Реши.
Он вздохнул и запел в приятном теноре:
Безумный гон белых как снег скакунов
Белая кость луков, серебро клинков или Белой костью луки и серебром клинки мелькали
Наряд из гибких веток, багрянец и зелень венков
Трактирщик кивнул.
- Именно об этом стихе я и подумал.
Как думаешь, сможешь позаботиться о нем, пока я подготовлю здесь все?
Баст кивнул с энтузиазмом и практически убежал, остановившись у кухонной двери.
- Ты не начнешь без меня?
- cпросил он с тревогой.
- Мы начнем, как только наш гость поест и будет готов, - сказал Коут.
Затем, увидев выражение на лице своего ученика, он немного смягчился.
- Несмотря на это, я предполагаю, у тебя есть час или два.
Баст глянул на дверной проем, затем обратно.
Веселье промелькнуло на лице трактирщика.
- И я позову прежде, чем мы начнем.
Он сделал прогоняющее движение рукой.
- Теперь ступай.
Мужчина, который называл себя Коутом, прошел через свою обычную рутину в трактире «Путеводный камень».
Он двигался как часы, как фургон, катящийся по заезженным колеям.
Вначале был хлеб.
Он смешал руками муку, сахар и соль, не особо заботясь о пропорциях.
Он добавил немного закваски из глиняной фляги в кладовой, замесил тесто, затем налепил лепешек и оставил тесто подниматься.
Он выгреб пепел из печи на кухне и разжег огонь.
Затем он двинулся в общий зал и подкинул дров в черный каменный камин, убрал пепел из массивного очага вдоль северной стены.
Он накачал воду, вымыл руки, и принес кусок баранины из подвала.
Он пресек новое воспламенение, которое возникло в дровах, сделал обминку поднимающегося хлеба и переместил его поближе к теперь уже теплой печи.
А затем, внезапно, не осталось дел.
Все было готово.
Все было чисто и аккуратно.
Рыжеволосый мужчина стоял за стойкой бара, его глаза медленно возвращались из далеких мест, фокусируясь на здесь и сейчас, на самом трактире.
Они остановились на мече, который висел на стене над бутылками.
Это был не особо красивый меч, не декоративный или привлекательный.
Он был сам по себе угрожающим.
Как высокий утес является угрожающим.
Он был серым и незапятнанным и холодным на ощупь.
Острый как осколок стекла.
На висевшей доске из черного дерева, было вырезано одно слово:
Глупость.
Владелец трактира услышал тяжелые шаги на деревянной лестничной площадке снаружи.
Засов двери загремел, а за тем раздалось громкое «Ээээээй» и стук в дверь.
- Секундочку!
- крикнул Коут.
Поспешив к парадной двери он повернул тяжелый ключ в ярком медном замке двери.
Грейм стоял с толстой рукой, готовой постучать в дверь.
Его обветренное лицо расплылось в улыбке, когда он увидел трактирщика.
- Баст опять открывался за тебя с утра?
- спросил он.
Коут сдержанно улыбнулся.
- Он хороший парень, - сказал Грейм.
- Просто немного нервный.
- Думал, ты закроешь на сегодня трактир.
Он откашлялся и на мгновение уставился себе под ноги.
- Я был бы не удивлен, учитывая обстоятельства.
Коут убрал ключ в карман.
- Открыты как всегда.
Чем могу быть полезен?
Грейм отступил от дверного проема и кивнул на улицу, где три бочки стояли в телеге неподалеку.