Патрик Несс – Война хаоса (страница 94)

И целую.

Ох, ну наконец-то!

– Я полностью согласен, – говорит мэр.

Правда? – удивляется Бен.

Мы все собрались вокруг костра, Виола сидит рядом со мной.

И снова держит меня за руку.

Держит так, словно никогда не отпустит.

– Конечно! – заверяет его мэр. – Я уже много раз говорил, что хочу только мира. И это чистая правда. Можете думать, что мною движет корысть, если вам так легче.

Что ж, отлично, говорит Бен. Тогда мы собираем совет, как и задумали изначально. Если, конечно, травмы позволят тебе принять участие в заседании.

Глаза мэра загораются.

– Какие еще травмы, мистер Мур?

Наступает тишина: все рассматривают целебный гель на его лице и повязки на затылке и шее.

Но нет, по мэру в самом деле не скажешь, что он вообще испытывает боль.

– Однако у нас есть и другие неотложные дела, – говорит он. – Нужно предпринять ряд мер.

– Каких еще мер? – спрашивает Виола.

– Во-первых, необходимо поговорить с людьми на холме, – сообщает мэр. – Может, они еще и не начали собирать армию под знаменем великой мученицы, но я ничуть не удивлюсь, если госпожа Койл оставила несколько распоряжений госпоже Брэтит на случай, если ее теракт провалится. Кто-то должен отправиться на холм и все уладить.

– Я пойду, – вызывается госпожа Лоусон. – Целительницы меня послушают.

– Я тоже хочу, – говорит Ли, пытаясь спрятать свой Шум от нас с Виолой.

– А наш друг Уилф всех отвезет, – говорит мэр.

Мы поднимаем головы.

– Нет, лучше я отвезу всех на корабле, – говорит Брэдли.

– И вас не будет всю ночь? – спрашивает мэр, пристально глядя ему в глаза (уж не знакомый ли гул я слышу в воздухе?). – А наутро вы вернетесь с армией и вооружением, превосходящим все имеющееся в городе? Да и потом, вам с Виолой и Беном лучше встретиться со спэклами сегодня же.

– Что? – удивляется Виола. – Но мы договорились на завтра…

– К завтрашнему утру идея о расколе, которого добивалась госпожа Койл, может укрепиться в людских умах, – усмехается мэр. – Не лучше ли героине первых переговоров уже вечером вернуться в город с новой победой? Например, уговорить их постепенно открыть плотину?

– Я хочу пойти с Беном и Виолой, – говорю я. – Мало ли что…

– Извини, Тодд, – перебивает меня мэр, – но тебе, как обычно, придется остаться со мной и следить, как бы я чего не натворил.

– Нет! – неожиданно громко заявляет Виола.

– Странно, что раньше тебя это не волновало, – улыбается мэр. – Не бойся, Виола, вас не будет всего несколько часов. И потом, теперь, когда госпожи Койл больше нет, все почести за победу в войне достанутся мне одному. Не удивлюсь, если переселенцы сделают меня королем. Уж поверь, ради этого я готов вести себя хорошо.

Наступает долгая тишина: все обдумывают его слова.

Признаюсь, звучит разумно, наконец говорит Бен. Кроме глупостей про короля, разумеется.

Все начинают обсуждать новый план, а я внимательно смотрю на мэра. Он смотрит на меня. Я-то думал увидеть в его глазах ярость.

Но вижу только печаль.

И понимаю…

Что он прощается.

– Ух, какой у Бена Шум! – говорит Ли. Я помогаю ему забраться на телегу, которая отвезет их обратно на холм. – В нем как будто целый мир. И все такое ясное, четкое…

Поспорив еще немного, мы все-таки согласились с планом мэра. Брэдли, Бен и я поедем сейчас к спэклам, а Ли, Уилф и госпожа Лоусон – на холм, чтобы успокоить людей. Тодд с мэром останутся следить за обстановкой в городе. А потом мы все попытаемся как можно скорее собраться вместе.

Тодд сказал, мэр просто хочет побыть с ним наедине и попрощаться – теперь, когда вернулся Бен. Опасней будет ему мешать, считает Тодд. Но я все равно была против, пока с ним не согласился и Бен: нельзя, чтобы в последние часы перед заключением мира что-то сорвалось, а Тодд все-таки благотворно влияет на мэра.

Может, это и правда. Но я волнуюсь.

– Он говорит, так общаются между собой все спэклы, – говорю я Ли. – Это их сущность, они так эволюционировали, чтобы приспособиться к жизни на этой планете.

– А мы, стало быть, не приспособлены? – усмехается Ли.

– Бен говорит, раз он научился, то и мы сможем, – улыбаюсь я.

– А женщины? – спрашивает Ли. – Как быть с ними?

– А мэр? – спрашиваю я в ответ. – У него тоже больше нет Шума.

– И у Тодда, – добавляет Ли.

Он прав: чем дальше Тодд от Бена, тем тише становится его Шум.

Тут в Шуме Ли я вижу нас с Тоддом – мы сидим одни в палатке и…

– Эй! – Я заливаюсь краской. – Ничего такого не было!

– Но что-то было, – бормочет Ли. – Вы там целую вечность просидели.

Я молча наблюдаю, как Уилф впрягает быков в телегу, а госпожа Лоусон таскает вещи и медикаменты, которые нужно передать на холм.

– Он хочет уехать и позвал меня с собой, – наконец говорю я.

– Когда? – спрашивает Ли. – Куда?

– Когда все закончится, – отвечаю я. – Как можно скорей.

– Ты уедешь?

Я молчу.

– Он тебя любит, дурочка, – беззлобно говорит Ли. – Это даже слепому видно.

– Знаю, – шепчу я, оглядываясь на костер: там Тодд седлает для Брэдли свою лошадь.

– Мы готовы, – объявляет Уилф.

Я крепко его обнимаю:

– Удачи, Уилф! Завтра увидимся.

– И тебе, Виола! – Уилф радостно улыбается.

Потом я обнимаю Ли, а он шепчет мне на ухо:

– Я буду очень скучать, когда ты уедешь.

Я отстраняюсь и обнимаю даже госпожу Лоусон.

– У тебя такой здоровый вид, – говорит она. – Прямо не налюбуюсь!

Потом Уилф щелкает поводьями; телега медленно трогается с места и объезжает сперва руины собора, а затем одинокую колокольню, которая до сих пор стоит на месте.