Патрик Несс – Война хаоса (страница 22)
Как он рухнул на груду обломков, не выдержав моих ударов Виолиным именем. Как он, глазом не моргнув, пристрелил родного сына…
– Тодд…
Как он молча наблюдал за страданиями умирающей Виолы на Арене вопросов. Как моя ма расхваливала его в своем дневнике и как он потом обошелся с женщинами Прентисстауна…
– Это неправда, Тодд, – говорит он. – Все было не так…
Я думаю о двух мужчинах, которые меня воспитали, которые меня
– Я тут ни при чем…
Думаю о падении Фарбранча. О людях, которые умирали на глазах мэра. Думаю о…
Я – КРУГ, КРУГ – ЭТО Я.
Мэр швыряет эти слова прямо мне в голову – с размаху.
– Ты слишком разбрасываешься, Тодд Хьюитт, – обрывает меня он, в кои-то веки разозлившись. – Как ты намерен вести за собой людей, если у тебя вся душа нараспашку?
– Да никого я вести не собираюсь! – выплевываю я в ответ.
– Но ведь ты хотел возглавить армию, когда связал меня на руинах собора? Этот миг настанет снова, и ты должен быть максимально собран. Надеюсь, ты не забросил упражнений, которым я тебя учил?
– Не стану я у тебя учиться!
– О, но ты уже учишься. – Мэр подходит ближе. – Я буду повторять это до тех пор, пока ты не поверишь: в тебе есть сила, Тодд Хьюитт, сила, которая могла бы подчинить себе всю планету.
– И
Он снова улыбается, хотя я почти довел его до белого каления.
– А знаешь, как я заглушил свой Шум? – спрашивает мэр. – Как я научился не выставлять напоказ все свои секреты?
– Нет…
Он наклоняется ближе:
– Это совсем не трудно.
– А ну пошел вон! – кричу я, но…
Мэр уже пробрался мне в голову: Я – КРУГ, КРУГ – ЭТО Я.
На сей раз эти слова звучат иначе…
В них такая легкость…
Аж дух захватывает…
От их невесомости внутри все поднимается…
– Я сделаю тебе подарок. – Голос мэра парит у меня в голове, точно горящее облако. – Я сделал его всем своим капитанам. Используй его. Используй, чтобы сокрушить меня. Я бросаю тебе вызов.
Я смотрю в его глаза, в их черноту, которая проглатывает меня целиком…
Я – КРУГ, КРУГ – ЭТО Я.
И кроме этих слов, в целом мире больше ничего нет.
Мы с Желудем мчимся по зловеще тихому городу, местами в нем нет даже Шума – жители Нью-Прентисстауна разбежались кто куда. Представить не могу, как им страшно – не понимать, что происходит, не знать, что будет дальше.
Мы проезжаем по пустой площади перед руинами собора, и я оглядываюсь. Высоко в небе над уцелевшей колокольней мерцает второй зонд – он держится подальше от огненных стрел спэклов и внимательно следит за мной.
Но это еще не все.
Мы с Желудем вылетаем с площади и мчимся по дороге к полю боя, с каждой секундой все ближе и ближе к армии. Я уже вижу их лагерь. Солдаты жмутся к кострам и друг другу, а в следующий миг поднимают на меня усталые и потрясенные глаза, как будто привидение увидели.
– Ой, Желудь, – шепчу я. – На этот случай у меня плана нет.
Один из солдат встает и направляет на меня винтовку:
– Стоять!
Он совсем молодой, волосы грязные, на лице свежая рана, наспех зашитая в свете костров.
– Я пришла поговорить с мэром, – как можно спокойней произношу я.
– С кем?
– Это еще кто? – спрашивает его второй солдат, тоже молоденький – может, ровесник Тодда.
– Да террористка, кто же еще! – отвечает первый. – Хочет бомбу подложить!
– Я не террористка, – говорю я, вглядываясь в темноту поверх их голов и пытаясь рассмотреть Тодда, услышать его Шум в поднимающемся РЁВЕ…
– А ну слезай с коня! – приказывает мне первый солдат. – Живо!
– Меня зовут Виола Ид, – говорю я. Желудь подо мной нервно переступает с ноги на ногу. – Мэр, ваш президент, хорошо меня знает.
– Да мне плевать, как тебя зовут, – отвечает первый солдат. – Слезай!
Жеребенок, предостерегает меня Желудь.
– Слезай, говорю!
Я слышу щелчок затвора и начинаю вопить:
– Тодд!
– Последний раз предупреждаю! – говорит тот же солдат, и остальные тоже вскакивают.
– ТОДД!
Второй хватает поводья Желудя, со всех сторон подступают еще солдаты.
Сдавайся! – скалится Желудь, но его бьют винтовкой по голове…
– ТОДД!
Меня хватают чьи-то руки, а Желудь все ржет – Сдавайся! Сдавайся! – но солдаты тащат меня вниз, и я держусь из последних сил…
– Отпустите ее. – Мужской голос насквозь прорезает поднявшийся вокруг гвалт. Спокойный и негромкий голос.
Солдаты мигом меня отпускают, а я выпрямляюсь в седле.
– Добро пожаловать, Виола, – говорит мэр, вставая передо мной.
– Где Тодд? – спрашиваю я. – Что вы с ним сделали?!
И тут я слышу его голос:
– Виола?
…Он идет сразу за мэром, грубо толкая его в плечо и освобождая себе дорогу; глаза ошалело сверкают, но это он…
– Виола!