Патрик Несс – Вопрос и ответ (страница 85)
— НЕТ!
Прости меня
Умоляю, прости…
— СЕВОДНЯ! — ору я. — СЕВОДНЯ НА ЗАКАТЕ! С ЮЖНОГО ХОЛМА! СЕВОДНЯ!
Я жму кнопку и кричу, опять и опять…
— СЕВОДНЯ!
Она бьется под водой…
Но меня никто не слышит.
Он выключил звук…
Он выключил клятый звук…
Я возвращаюсь к зеркалу и бью по нему кулаками… Но никто даже бровью не поводит…
А она все еще под водой…
Как бы я ни колотил руками по стеклу…
Почему оно не бьется…
Почему оно не бьется, черт его дери…
Мэр подает знак мистеру Хаммару, и тот поднимает раму. Виола хрипит, ловя воздух огромными глотками, ее волосы (длиннее, чем я помню) прилипли к лицу, обвили уши, вода хлещет с нее толстыми струями.
— Все здесь в твоих руках, Виола, — говорит мэр. — Просто скажи, когда «Ответ» планирует напасть на город, и все кончится.
— СЕВОДНЯ! — ору я так громко, что голос трескается, точно засохшая грязь. — С ЮГА!
Но она лишь качает головой.
Никто меня не слышит, а она качает головой.
— Ведь она предала тебя, Виола. — В голосе мэра слышится знакомое поддельное удивление. — Зачем ее спасать? Зачем жертвовать ради нее?..
Он умолкает, сознавая что-то.
— В «Ответе» есть дорогие тебе люди.
Она перестает трясти головой. Не поднимает ее, но и не трясет.
Мэр встает перед ней на колени:
— Тогда ты тем более должна мне ответить. Тогда ты тем более должна рассказать мне, где она. — Он протягивает руку и убирает с лица Виолы несколько прилипших прядей. — Если ты мне поможешь, обещаю: я не причиню им вреда. Мне нужна только госпожа Койл. Все прочие целительницы попадут в тюрьму, а остальные — невинные жертвы их красноречия и пламенной риторики — будут освобождены сразу после воспитательной беседы.
Он жестом просит мистера Хаммара дать ему полотенце, которым вытирает Виоле лицо. Она по-прежнему на него не смотрит.
— Ответив мне, ты спасешь множество жизней, — приговаривает мэр, ласково промакивая воду на ее лице. — Даю слово.
Наконец она поднимает голову:
— Ваше слово… — Она смотрит мимо него на мистера Хаммара.
И лицо у нее такое злое, что даже
— Ах да! — вставая, говорит мэр и отдает полотенце обратно. — Мистер Хаммар — живой пример моего милосердия, Виола. Я его пощадил. — Он снова начинает ходить кругами и, когда оказывается за ее спиной, украдкой бросает взгляд на мое зеркало. — Точно так же, как помилую твоих друзей и любимых.
— Севодня, — хриплю я.
Почему он меня не слышит?!
— Впрочем, — продолжает мэр, — если ты не знаешь ответа, быть может, его знает твой друг Ли?
Она вскидывает голову, глаза распахнуты, грудь тяжело вздымается…
Уж не знаю, как ему удалось выжить…
— Ничего он не знает, — выпаливает Виола. — Ни времени, ни места!
— Даже если я тебе поверю, — говорит мэр, — нам все равно придется долго и настойчиво задавать ему Вопросы, чтобы убедиться окончательно.
— Не трогайте его! — кричит Виола, выкручивая шею и стараясь не выпускать мэра из виду.
Мэр останавливается прямо перед зеркалом, спиной к Виоле, лицом ко мне:
— Или, быть может, нам стоит расспросить Тодда.
Я барабаню кулаками по стеклу прямо у него под носом. А ему хоть бы что.
И тут она говорит:
— Тодд никогда вам не признается! Никогда!
А мэр просто смотрит на меня.
И
Сердце уходит в пятки, нутро съеживается, а голова вдруг становится такой легкой, что я вот-вот упаду на пол.
Ох, Виола…
Виола, умоляю…
Прости меня.
— Капитан Хаммар, — говорит мэр, и Виолу снова погружают в воду, с ее губ срывается крик…
— НЕТ! — ору я, прижимаясь к зеркалу.
Но мэр на нее даже не смотрит.
Он смотрит прямо на меня, словно зеркало ему не помеха, да и кирпичная стенка тоже.
— ХВАТИТ!
А она все бьется…
И бьется…
— ВИОЛА!!!
Я так колочу по зеркалу, что, кажется, ломаю руки…
А мистер Хаммар все ухмыляется и держит ее под водой…
—
Из-под веревок на ее запястьях начинает сочиться кровь…
— УБЬЮ ТЕБЯ!!!
Кричу я в лицо мэру…