Патрик Несс – Вопрос и ответ (страница 87)
Все кончено.
Мы проиграли.
Я чувствую его пальцы на своем запястье, он тянет веревку, наконец развязывает ее, но моя рука так затекла, что опускать ее ужасно больно.
Мэр Прентисс победил. Госпожа Койл хотела принести меня в жертву. Ли — в тюрьме, если только мэр снова мне не наврал и не убил его сразу. Мэдди умерла зря. Коринн умерла
А Тодд…
Он встает передо мной и начинает развязывать вторую руку. Я падаю прямо на него, он ловит меня и осторожно опускается на колени.
— Виола? — говорит он, прижимая меня к себе, мою голову к своей груди. Я вся мокрая, вода пропитывает его пыльную форму, а руки меня не слушаются и безвольно висят, кожа под железным обручем пульсирует от боли.
Я поднимаю глаза и вижу серебряную «В» у него на рукаве.
— Пусти, — говорю я.
Но он не отпускает, держит меня.
—
— Не пущу.
Я пытаюсь оттолкнуть его бессильными руками, но я слишком устала, и поделать больше ничего нельзя… Все кончено.
Он меня обнимает.
И я опять начинаю плакать, он сжимает меня все крепче, и я плачу все громче, а когда силы немного возвращаются к рукам, я обвиваю ими Тодда и заливаюсь еще более горькими слезами, потому что чувствую его, вдыхаю его запах, слышу его Шум, полный тревоги, заботы, ласки, тоски…
До сих пор я не понимала, насколько по нему соскучилась.
Но он проболтался мэру…
Он
Я снова пытаюсь его оттолкнуть, хотя душа моя этому противится…
— Ты ему сказал, — задыхаясь, говорю я.
— Прости, прости! — В его широко распахнутых глазах чистый ужас. — Он тебя топил, и я не мог, просто не мог ина…
Я смотрю на него, и вижу себя в его Шуме, как мистер Хаммар опускает меня в воду, а он барабанит кулаками по стеклу и истошно вопит, но что еще хуже, я вижу его чувства в ту минуту, его безнадежную
И у него такое лицо…
— Виола, прошу тебя, — взмаливается он. —
— Он их убьет, — говорю я. — Всех до единого. А там ведь Уилф, Тодд.
Он в ужасе смотрит на меня:
— Уилф?!
— И Джейн. И многие другие. Он всех убьет, всех уничтожит. И тогда наступит конец. Конец
Его Шум чернеет и пустеет, Тодд съеживается на полу в лужице воды, собравшейся под нами.
— Нет, — выдавливает он. — О нет…
Я не хочу это говорить, но мои губы сами произносят слова:
— Ты сделал все в точности так, как он задумал. Он знал, как на тебя надавить.
Тодд поднимает на меня глаза:
— А что мне оставалось?
— Ты должен был молчать! Пусть бы меня убили!
Он смотрит мне в глаза, и я вижу в его Шуме, что он ищет меня, ищет настоящую Виолу, которая прячется где-то за страхом и болью, все ищет…
И на долю секунды мне хочется, чтобы он не нашел.
— Пусть бы меня убили, — тихо повторяю я.
Но он не мог так поступить, верно?
Поступить так и остаться собой.
Остаться Тоддом Хьюиттом.
Мальчиком, который не умеет убивать.
Мы сами творим свою судьбу.
— Надо их предупредить, — говорю я, стыдясь и пряча от него глаза. — Если сможем. — Я хватаюсь за край бочки с водой и пытаюсь подняться. Лодыжки простреливает резкая боль. Я вскрикиваю и падаю обратно на пол.
И он снова меня ловит.
— Ноги…
Мы оба опускаем глаза на мои босые ноги, распухшие и наливающиеся жутким синевато-черным цветом.
— Отнесу тебя к целительнице. — Он обхватывает меня одной рукой, чтобы поднять.
— Нет! — останавливаю я его. — Надо предупредить «Ответ». Это самое главное.
— Виола…
— Их жизни важнее мо…
— Она пыталась тебя убить, Виола. Хотела тебя взорвать.
Я тяжело дышу, пытаясь не чувствовать боли в ногах.
— Ты ничего ей не должна.
Но я чувствую на себе его руки и понимаю, что все не так уж невозможно. Тодд касается меня, и во мне поднимается гнев, но не на него. Охнув и опираясь на него, я встаю на ноги.
— Нет, кое-что все-таки должна, — говорю я. — Я должна посмотреть ей в глаза, когда она увидит меня живой.
Я пытаюсь сделать крошечный шаг вперед, но это невыносимо. Я снова кричу.
— У меня есть лошадь, — говорит Тодд. — Я могу посадить тебя в седло.
— Он не даст нам уйти, — говорю я. — Он же сказал, что нас отведет стража.
— Ага. Это мы еще посмотрим.
Тодд одной рукой обхватывает мои плечи и нагибается, чтобы другой взять меня под коленки.
И вот я у него на руках.
Случайно шевельнув ногой, я снова кричу, но Тодд несет меня вперед, как тогда, на холме возле Хейвена…
Он тоже это вспоминает. Я вижу картинку в его Шуме.