Паша Ивашкин – Индус (страница 3)

Паспортный контроль затянулся на два сраных часа, огромная очередь практически не двигалась, но для тех, кто имеет машину в Москве, эта пробка была весьма привычной. Пограничники оказались тоже вполне добродушными персонажами, шутили с нами и были приветливы. Я люблю приветливых и открытых людей, я устал от хмурых рож, в том числе от своей и Олиной. За собой то особо не заметишь, но на Олю иногда взглянешь случайно и понимаешь что значит – морда просит кирпича. Нет, она симпатична и мила, но вот наша русская привычка мрачно хмуриться уродует нас и за границей русского человека распознать проще простого – "Наташка, Ванька, пайдьём ибастса".

Прошли наконец контроль, я забежал в туалет. Справившись, пошёл помыть руки, у ряда раковин стоял молодой индус, я сунул руки под кран, а тот улыбнулся и протянул мне несколько салфеток, что-то сказав на своём. Не надо, говорю, спасибо, он продолжает совать мне свои тупые салфетки и улыбается. Нет, говорю, отстань, махнул слегка рукой и вышел.

Вырвавшись из аэропорта, мы быстро отыскали автобус своего туроператора, перед автобусом совсем чёрный индус в засаленной рубашке с уверенностью сунул нам под нос какую-то бумажку, схватил наш чемодан и поволок его в багажник, располагавшийся в заднице автобуса. Я спокойно пошел следом, он положил наш чемодан среди ещё нескольких чемоданов и торжественно повернулся ко мне – Сто рупи! – Говорит и протягивает мне ладонь, мол, клади сюда, как договаривались.

– Что? В смысле? – Я не ожидал и не понял, почему с меня требуют деньги. Но, почти сразу догадался, что это простой жулик-помогатор, а не водитель нашего автобуса, или ещё какой-то человек, прикреплённый туроператором для помощи туристам. Во, сука, думаю. Злость хлестанула мне по щекам и, думаю, от негодования я немного крякнул. Индус, стоящий с протянутой рукой, смотрел невозмутимо, он был на голову ниже меня и неопределённого возраста.

– Сто рупь дай! – Повторил он.

Резким движением я сунулся в багажник, легко вытащил чемодан и, приблизив лицо к его морде, зло и отчётливо прошипел: – Иди на хуй!

Мы сели в полупустой автобус и, пока ждали ещё людей, видели через окно таких же пройдох, сновавших по площади с автобусами и пытавшихся обжулить сонных и уставших белых людей. Кто-то, естественно давал деньги.

В салон вбежала девушка в белой футболке с логотипом нашего туроператора, посчитала собравшихся, дала команду водителю и сама села за ним, лицом к нам. Представилась Лизой и, пока мы ехали, рассказывала через микрофон об опасностях с которыми мы можем столкнуться в незнакомой стране и что следует делать, если всё-таки с нами что-нибудь приключится. Я слушал в пол уха.

Автобус летел по узким дорогам, словно мы удирали от ментов, или бандитов, нас с Олей мотало в разные стороны и я действительно боялся, что мы улетим с дороги и разобьёмся. Над водителем располагался диптих икон в мигающей рамке-гирлянде. На одной иконе был изображён румяный и довольный слоноподобный Ганеша, на другой – весёлый и пышноволосый Христос. Значит, не разобьёмся, значит наш отдых будет отличным, если такой тандем с нами, над нами.

Было пять утра, рассвет только планировался, наш автобус развозил людей по отелям, остановились высадить двух девиц, блондинку и брюнетку, обеим в районе тридцати, сочные обтянутые шортами задницы и уставшие накрашенные лица – думаю, они много повидали в жизни и умеют отдыхать. На секунду захотелось выбежать за ними и крикнуть – заберите меня! Оля скептически зыркнула на них и мы продолжили рассматривать новый для нас мир по дороге. Когда я увидел босую бабушку-индуску с мешком на голове, то вскрикнул: – Смотри, смотри! Бабуля была махонькая, замотана в тряпицы и на голову себе водрузила мешок с травами, или кирпичами, не знаю, и шла так быстро, уверенно. Через две минуты мы увидели в пыльных зарослях под пальмами, стоящими вдоль дороги, стаю кабанов; как потом оказалось, это чёрные свиньи, но уж больно они на кабанов похожи. И, конечно же, мы увидели коров, слоняющихся лениво по дороге. Улицы были серые и грязные, мусор лежал всюду и пахло горелым. Нас высадили у нашего отеля – старые четырёхэтажные жёлтые корпуса, с облупившейся на стенах краской. У входа на ресепшен сидел мальчик в белых трусах и жёг костёр из веточек и бумаг. Ещё не было шести утра. Холодно тоже не было.

Опасения, зародившиеся на паспортном контроле, относительно того, что индусы никуда не спешат и все процессы у них происходят медленно – подтвердились. Наше заселение растянулось на полтора часа; пока мы объяснили какому-то уборщику в отеле что нам надо; пока он за кем-то ходил; пока тот кто-то, за кем ходил уборщик, понял нас и пошёл будить усатого хозяина отеля, который уже неспешно пришёл и медленно стал вписывать данные наших паспортов в огромную книгу. Хотелось избавиться от чемодана и рюкзаков, хотелось жрать, хотелось бухнуть и хотелось океан.

Номер нам дали на четвёртом этаже; мы открыли деревянную скрипучую дверь и смутились, я включил камеру, начал снимать обзор и комментировать.

– Это, видимо, наш номер на ближайшую неделю, – нервно смеюсь, Оля тоже в ужасе хихикает. – Это, наверное холодильник? – пытаюсь открыть ржавую дверь, – Оу, думаю пользоваться мы им не будем, смотрите, внутри всё гнилое, боже, а вонь какая! – я комментирую всё, обращаясь к невидимому зрителю. – Таак, вот два больших окна у нас, тут выход на балкончик, вид из окна, кажется, норм. Оля, смотри, даже океан виден. Только почему так много ворон? Это же вороны? Чего их так много на пальмах? Ладно, пошли дальше. Это наша кровать. Твёрдая. Подушки – жесть, просто каменные. Это шкаф. Нет, лучше не открывай, вдруг там мёртвая проститутка лежит? Аккуратно, Оля, давай не будем туда вещи класть, закрой нафиг. Окей, что у нас дальше? Это туалет и душ, мне уже страшно. Фууу, смотри в раковине чужие волосы, фуууу, твою мать! Мы в тюрьму что-ли попали? Спокойно, Оля, попросим убрать, или поменяем номер, не истери. Так, это унитаз; бляяя, на стульчак садиться не будем, смотрите на этот треш. Зато душ с видом на пальмы. Работает ли он вообще? А, вот, работает, кажется, интересно, есть ли горячая вода. – Поворачиваю в руке камеру на себя и вещаю в неё. – Такие дела, дорогие друзья! Это Индия! Мы так замахались за дорогу, что, честно, мне уже всё равно, я готов в любом номере жить, думаю. Оля, давай переоденемся и пойдём на море. Ну да, в смысле на океан, это же океан самый настоящий, а не море какое-то. Мы, кстати, ни разу ещё не купались в океане.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.