Parvana Saba – Дочь Востока, душа Запада (страница 2)

Ферида сжала губы.

– Почему? Почему я должна разыгрывать этот спектакль? Встречать людей, которые меня не знают, которые видят во мне только имя, богатство? Почему я не могу…

– Потому что ты не живёшь для себя, – перебила её бабушка. – Мы – не простые люди, внучка. Мы – наследники великой семьи. Твоя судьба уже решена.

Ферида чувствовала, как внутри нарастает глухое раздражение.

– Отец тоже так думает?

Сафийе-ханым отставила чашку.

– Твой отец – военный человек. Он служит своей стране. Но я – твоя семья. И я лучше знаю, что для тебя правильно.

Наступила пауза.

Ферида посмотрела в окно. Там, за стеклянной стеной, уже сгустился вечер.

– Кто приехал? – внезапно спросила она.

Бабушка чуть замешкалась, но тут же вернула себе невозмутимый вид.

– Это не твоя забота.

Но Ферида знала свою бабушку достаточно хорошо.

Эта встреча – не просто случайный визит.

Ферида чувствовала, как напряжение между ними сгущается, словно густой, невидимый туман, который невозможно развеять словами. Бабушка не любила неожиданных вопросов. Она предпочитала контролировать разговоры, как дирижер управляет оркестром, проверяя каждую ноту.

Но Ферида не собиралась отступать.

– Это не твоя забота, – повторила Сафийе-ханым, на этот раз чуть жёстче.

Ферида отставила чашку, чуть склонила голову и произнесла ровным голосом:

– Значит, всё же кто-то приехал.

В глазах бабушки мелькнуло раздражение, но она тут же взяла себя в руки.

– Ты слишком любопытна, девочка.

Ферида сжала пальцы на коленях. Она знала этот тон – в нём сквозила мягкая, но непреклонная сила. Бабушка никогда не повышала голос, но в её словах всегда звучал приказ.

– Я просто спросила, бабушка, – сдержанно сказала она.

– А я ответила, что тебе незачем беспокоиться.

Снаружи, за стеклом зимнего сада, ночь уже окончательно окутала горы. Сквозь густые ветви цитрусовых деревьев пробегали дрожащие отблески свечей. Где-то вдалеке раздался стук копыт – тихий, размеренный.

Ферида почувствовала, как её охватывает неясное беспокойство.

Она вспомнила силуэт всадника, который исчез за каменными стенами замка. Кто он? Почему бабушка не хочет говорить о нём?

Но спорить дальше было бесполезно.

Она медленно поднялась.

– Я устала, – спокойно произнесла она. – Позвольте мне удалиться.

Бабушка пристально посмотрела на неё, словно что-то взвешивая.

– Завтра днём я жду тебя в большом салоне, – сказала она наконец. – Нам нужно обсудить твой бал.

Ферида кивнула.

– Конечно, бабушка.

Она вышла из зимнего сада, стараясь держать голову ровно, спину – прямо, шаги – легкими и уверенными. Так, как ее учили с детства.

Но едва за ней закрылась дверь, она замедлилась.

Коридоры замка тянулись длинными тенями, темными, как чернила на её стихах. Масляные лампы на стенах мерцали неровным светом. Где-то вдалеке послышался глухой шёпот слуг, лёгкие шаги по мраморному полу.

Ферида остановилась, обернулась.

Тишина.

Но ей казалось, что кто-то наблюдает.

Сердце стучало медленно, гулко.

Она вздохнула и шагнула в боковой коридор.

Этот коридор вёл к старой библиотеке.

Ферида всегда любила это место. Оно было её убежищем, её единственным укромным уголком, где она могла спрятаться от предписанных ей ролей и ожиданий.

Она открыла дверь и вошла внутрь.

Высокие полки тянулись вверх, теряясь в полумраке. Запах старой бумаги, пыли и полированного дерева заполнил воздух.

Огонёк керосиновой лампы мягко дрожал на столе, отбрасывая тёплые блики на корешки книг.

Ферида прошла к окну.

Снизу, из внутреннего двора, доносился гул голосов. Мужские. Грубые, отрывистые.

Она замерла, осторожно выглянув сквозь тяжёлые шторы.

Во дворе стояли двое мужчин.

Один – слуга, она узнала его сразу. Халиль-ага, пожилой, сгорбленный, но с цепким взглядом. Второй был незнакомцем.

Ферида не могла разглядеть его лица, но видела, что он был высок, плечист. Его длинный плащ слегка колыхался на ветру, руки были спрятаны за спину.

Он говорил низким, спокойным голосом, но в его манере было что-то… властное.

– передайте Сафийе-ханым, что я не намерен ждать.

Халиль-ага что-то ответил – слишком тихо, чтобы она могла разобрать.

Мужчина сделал шаг вперёд.

– Я приехал не просто так, – его голос был напряженным. – Вы знаете, кто я. И знаете, что мне нужно.

Ферида почувствовала, как у нее похолодели пальцы.

Она не знала, кто этот человек.

Но она знала, что его появление изменит всё.

Тени внутри двора извивались, сливаясь с ночной мглой, и, несмотря на пламя факелов, вкрадчиво поглощающий свет мрак казался почти живым. Ферида, не отрывая взгляда, смотрела вниз, следя за каждым движением незнакомца, за тем, как он чуть склонил голову, ожидая ответа, за тем, как его пальцы нетерпеливо прошлись по пуговицам тёмного, строгого пальто.

Она не слышала слов, которыми ответил ему Халиль-ага, но что-то в тоне слуги было слишком осторожным, слишком подчеркнуто смиренным, и это заставило её внутренне напрячься. Незнакомец, похоже, тоже это заметил – едва уловимый оттенок насмешки пробежал по его облику, он чуть подался вперёд, и даже со своего высокого окна Ферида могла ощутить исходящую от него властную уверенность.

– Скажи ей, что у неё нет выбора, – произнес он медленно, словно смакуя каждое слово, и его голос, глубокий, холодный, наполненный той самой непоколебимой решимостью, которой, казалось, нельзя было противостоять, заставил Фериду сжать подол платья в кулаках.

Она не знала, к кому он обращается, но отчётливо понимала – речь не только о бабушке.