Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс пятый (страница 21)

- Ты сегодня пораньше, - подколола его Яшма. – Эдак натренируешься и в пятиминутный норматив уложишься.

Икар в ответ осклабился.

День потёк своим чередом, и все старались освободиться пораньше, чтобы встретить угрозу лицом к лицу. Я не стану описывать вам каждый день нашего упорного труда, дабы не вызвать у вас зевоту, но скажу, что было всякое и ума мы набирались постепенно. Неудачи следовали одна за другой. Как только мы выставляли заслон, жуки начинали нас обходить и окружать. Мы пробовали убивать их всеми доступными нам средствами, и это притом, что деревня регулярно перерождалась то в лесу, то в поле. Мы создавали земляные валы, копали ров, заполненный водой, превращали деревья в големов и призывали элементалей, но численный перевес был на стороне неприятеля. Мы даже пробовали сжечь скарабеев, но в результате спалили деревню.

Мы терпели неудачи, но в то же самое время стратегия наша оттачивалась. Поняли, что раненые могут подождать до вечера, так же как и зарядка накопителей. Собирать травы - дело совсем неблагодарное, и проще заставить вполне сообразительную девчушку записывать рецепты снадобий. Что артефакты, которые принялся изготавливать Агамемнон, нужно после нашего провала забирать с собой, чтобы они не пропали при перезапуске деревни. А ещё, коллективно решили, что после всех безудержных сексуальных бесчинств, что позволял себе Икар, он просто обязан жениться на дочери пекаря.

Нас было пятеро – мы были командой и могли разделить свои обязанности, но мне никак не давала покоя та мысль, что ученик Квадим Ахад в подобный замес попадал в одиночку. Как он разрывался – ума не приложу. Впрочем, он мог и не оказаться в этой деревне.

Новый день и новые чаяния. Подъём, встретить Икара аплодисментами – вогнать в краску Мирку. Зарядить накопитель кузнецу (оказалось, его помощь нам необходима). Изготовить последние два артефакта, чтобы Агамемнон успел нанести на них необходимые глифы. Расставить защитные устройства по периметру деревни. Успеваем сварить снадобья для беременной. Девчушка-аптекарь всюду с нами, в основном с Идом – записывает рецепты самых ходовых и эффективных зелий. Потом встаём в оборону. Скарабеи хоть и шугаются наших артефактов, но всё равно, нет-нет да и просачиваются небольшим количеством. Сдержать натиск, и уже после этого завершить все добрые начинания. Вечером мыльня и сытный ужин от благодарных жителей. И глубокий, крепкий сон.

Утро встретило яркими лучами Роши, бьющими сквозь щели дощатой стены, свежестью морского бриза и криком чаек.

- Что, опять море? – взволнованно выпалила Яшма.

Памятуя о нашем прошлом пребывании на морском берегу, мы выскочили из тока, и встали как вкопанные.

- И где деревня?! – спросили друг у друга почти в один голос.

Мы оказались на крохотном островке. Вместо тока наш глаз радовал небольшой сарайчик, старенький, покосившийся, с провисшей внутрь соломенной крышей. Не было ни мельницы, ни дома пекаря, ни штакетника – Икара, соответственно, тоже не было.

- И какие теперь у нас планы? – поинтересовалась Яшма.

- Ждём гидру и пиратов, - засмеялся Ид. – У последних реквизируем корабль и двигаем дальше.

- Вот совсем не уверена, что долина станет повторяться, - предположил я.

- А где Икар-то? – больше всех переживала Яшма.

- Проеба… потерялся наш друг, - рассмеялся я. – Ладно, реально, какие будут предположения по поводу дальнейших действий?

- Пожрать нужно, я думаю, - справедливо заключил Агамемнон.

На сытый желудок думается легче. Уже к обеду мы вышли в море на плоту, донором для которого послужил старый сарай. Поскольку парусов у нас не было, ни мои, ни навыки Яшмы в управлении парусным судном нам не пригодились. Однако, как всё же опытному человеку и ящерице, имеющим регистрацию в «Управлении малых судов и пароходства», управление плотом доверили именно нам. Созданное нами течение уверенно подгоняло нас в указанном Агамемноном направлении.

Мы уже гадали, сколь бескрайним окажется это море, и распределяли ночные вахты, как на горизонте увидели полоску тумана, красиво подсвеченную лучами закатной Роши. Туман алел и чуть пробивал синевой, а потом засветился всеми цветами радуги, как это бывает в каплях мелкой водяной взвеси.

Услышали зловещий рокот, который не сулил ничего хорошего.

Мы все переглянулись. Взгляды наши твердили только одно: «Будь что будет». А потому наш плотик торжественно вошёл в раскрашенный туман уже без всякой на то нашей помощи.

Внутри он не был так красив – белая пудра непроглядной водной взвеси. И только зловещее око Роши кровавым глазом смотрело сквозь неё, выглядывая из-за горизонта.

Вода под плотом начала бурлить, как при кипении, вспучиваться. Плот забросало из стороны в сторону, подкинуло несколько раз, закрутило и… земля ушла из-под ног. Сердце подступило к горлу – мы падали в бездонную пропасть. Я успел создать щит, довольно большой, чтобы мы сумели на нём уместиться, и только это спасло нас от окончательного падения.

Когда биологический индикатор, отвечающий за определение уровня страха, наконец-то расслабился (что было не так уж и просто, поверьте), мы смогли рассудить здраво. Под нами -пропасть без сколь-нибудь видимого дна, с одной стороны - рушащаяся вниз стена воды, с другой - отвесный каменный голец, до которого метров пятьдесят, не меньше. Во рту сохнет, ножки трясутся, а глазки вниз смотреть отказываются, ибо под нами только прозрачный магический щит, удерживаемый мною исключительно силой мысли. Страшно? А нам нет – мы не ссым, ибо второй раз уже нечем.

Яшма, чтобы не отвлекать меня, создала свой щит где-то на метр выше моего и в сторону гольца. Напомню: её щиты - вполне себе горячие штучки. Так что, пришлось немного поколдовать, чтобы обезопасить себя и особенно Самандари.

Выставляя щиты, мы кое-как перебрались на противоположный край этого внезапного каньона. Тут есть ещё один очень неудобный нюанс: маг практически не видит чужого щита, поэтому его нужно немножко шевелить, чтобы на его краях появилось небольшое марево. А иначе - шагнуть за край как за здрасьте.

Ноги тряслись и сердце замирало. Однако беда застигла нас уже на твёрдой почве: край гольца обвалился, и мы остались без Агамемнона.

Уверен – терять друзей очень тяжело, однако все мы уже уверовали, что Долина Отшельника нас не убивает. Возможно, все наши потеряшки уже давно в школе или сидят где-то теперь в сухом и сытном месте и ржут над всеми нашими злоключениями.

- Мы жрать сегодня будем? – отвлекла от мыслей Яшма.

- Будем, - согласился Ид и перевёл взгляд на Самандари. – Только от края давайте отойдём.

Моя девочка активно стучала в кулачки, осматривая просторы окружающих нас полей.

- Это чего она? – спросил наш лекарь.

- В туалет девушка просится, - пояснила Яшма, и потянула нежить к ближайшему кустику.

- А разве им не всё равно?

- По большому счёту – всё равно. Но есть такая штука, как подражательство. Это как у собак: им плевать где гадить, но на улицу их нужно вывести.

- Слушай давно спросить хочу, ей уже пять лет, а она у тебя как новая. Серенти тебе какой-то секрет открыл?

- Открыл, - выдохнул я. – И не только Серенти. И Вик открыл, и истад Омб, но это не главное. Главное, что я сама офигенный некромант.

Мы прошли ещё километров пять, прежде чем остановились на ночлег. Над нами кружили магические светильники и целый ворох мотыльков, привлечённых этим светом.

- А знаете что? – вдруг озадачился Ид. – Чай-то был в рюкзаке у Агамемнона.

- Значит, водичку попьём, - ничуть не расстроилась Яшма.

- А про продукты никто не думал? – заметил я, понимая, что не один я мог об этом забыть.

Выяснилось, что Ид думал, вот только двух часов ещё не прошло.

Ночь мы разделили на три смены: сначала я, потом Яшма, к утру Ид. И это было самое замечательное утро в наших приключениях.

Сочный луг, пахнущий клевером и будоражущий кровь всяким жужжащим, плавно спускался к центру Долины, где возвышался старый замок, окружённый небольшими перелесками. К нему вели несколько вполне внятных грунтовых дорог, и даже какое-то озерцо поблёскивало в лучах восходящего Роши.

Но было во всём этом что-то напрягающее. Не то чтобы мы уже словили какой-то синдром и дули на воду, просто глаз за что-то цеплялся, но с такого расстояния было не разобрать. Чуть позже мы разглядели дым от костров и палатки. А ещё через час разобрали и регулярные войска оружного люда, явно нёсших вахту на подступах к замку.

- Какие будут предложения? – спросил я, указывая на явное препятствие в виде огромного войска.

- Что если попробовать прорваться? – предложила Яшма.

- Помнишь храм на болотах? Там было всего триста человек, да и мы сражались совсем не одни. А какие потери были?

- Может, под мороком? – предложил Ид.

- И скольких мы сможем заморочить? – не согласился я. – Ну пусть даже пятерых каждый. А их там не меньше роты, – Я указал пальцем. – А вон ещё стан, и там конные. Любой прорыв скоро окончится окружением.

- И что, без вариантов? – не унималась Яшма.

- Ты с Идом спускайся вон туда, в низинку. А я пока тут понаблюдаю – потом решим, что делать.

Снежная кромка далёких гор перестала светиться, и тёмная безлунная ночь вступила в свои права. Я уже столько времени здесь, но всё никак не могу привыкнуть к тому, что на небе нет звёзд. Ночью вообще лучше в небо не смотреть. Воздух сразу начинает пахнуть одиночеством, а глаза ищут соседние миры.