Паоло Бачигалупи – Разрушитель кораблей (страница 47)

– У Тула нет хозяина.

Капитан кивнул, но Гвоздарь не понял, поверил он или нет. И решил оставить эту тему. Не нужно, чтобы капитан счел его безумцем.

Но продолжал думать о Туле. Все, кто хорошо знал полулюдей, их генетику, в один голос говорили, что Тул – совершенно невероятное создание. Что нет полулюдей, которые сами по себе. А вот Тул бросил хозяев. Многих. Работал на Лаки Страйка, на Ричарда Лопеса, на Садну, защищал его и Везучую Девочку, а потом просто уходил, когда работа переставала его устраивать. Интересно, что он сейчас делает.

Его размышления оборвались, когда капитан Кэндлесс вытащил пистолет.

– Совсем забыл, – сказал он, давая пистолет Гвоздарю. – Я же тебе обещал. Понадобится, когда мы встретимся с другим кораблем. Тебе надо научиться с ним обращаться. Кот будет тренировать остальных, и ты будешь тренироваться с ними. Абордаж, и все такое.

Гвоздарь взял пистолет, такой легкий, настолько иной, по сравнению с теми, какие видел у других.

– Такой легкий, – сказал он.

Капитан рассмеялся.

– С ним даже плавать можно. На дно не утянет. Пули – специальные, пробивные. Пробивают тело не за счет веса, а за счет вращения, которое им придает ствол. Тридцать выстрелов.

Он протянул Гвоздарю боевой нож.

– Знаешь, как наносить удары?

Показал уязвимые места на теле.

– Не заморачивайся на смертельных ударах, не целься в голову. Только откроешься. Атакуй ниже, бей в живот, по коленям и за колени. Когда свалил…

– Режь горло.

– Умный мальчик! Кровожадный ублюдок, а?

Гвоздарь пожал плечами, вспомнив, как руку окатила горячая кровь Голубоглазой.

– У меня отец хорошо на ножах дерется, – сказал он. Дернул головой, чтобы не вспоминать дальше. – Как думаешь, когда будет бой?

– Будем здесь курсировать. Надо опознать корабль, это мы можем сделать с расстояния в пятнадцать миль. Разглядим его в дальномер, а потом решим, что делать, бросаться в погоню или сделать вид, что мы – друзья.

Он пожал плечами.

– Мы не знаем, что они собираются делать. Может, хотят задержаться еще ненадолго, укрыться южнее, пока на севере все не решится, но я в этом сомневаюсь. Скорее всего, они отправятся на север, чтобы добраться к Пайсу.

Капитан развернулся и пошел к рубке. Не останавливаясь, кивнул Гвоздарю, глядя на пистолет:

– Тренируйся, Гвоздарь. Чтобы всегда попадал, куда прицелился.

Гвоздарь занервничал.

– Капитан! – окликнул он Кэндлесса.

Тот обернулся.

– Если доверили мне пистолет, может, и работу доверите?

Он махнул рукой в сторону занятых делом моряков.

– Наверняка для меня дело найдется.

– Ты как блоха, – покачав головой, сказала Рейнольдс. – Ни за что не отцепишься.

– Я просто хочу помочь.

Капитан задумчиво поглядел на него. Кивнул Рейнольдс.

– Это уж точно. Пусть отстегнется от рейлинга, и найди ему работу.

Рейнольдс восхищенно поглядела на Гвоздаря.

– Молодец парень.

Улыбнулась.

– Думаю, тебе работа найдется.

Она отвела его вниз, в трюм клипера, где находились гидравлические механизмы. Тут царил полумрак. Закрывавшие механизмы панели были сняты и стояли у стен. Внизу виднелись огромные шестерни, зубастые, сцепленные друг с другом, блестящие от масла. На панелях управления поблескивали светодиоды. Пахло маслом и металлом. Гвоздарь почувствовал легкую тошноту. Будто снова залез внутрь разбитого корабля на работу со своей командой.

От панелей отделился огромный силуэт, выбираясь к ним. Поглядел на них желтыми звериными глазами. Узел.

– Гвоздарь сказал, что хочет делать что-то полезное, – сказала Рейнольдс.

Узел оглядел его, нюхая воздух собачьим носом.

– Ладно, – кивнув, сказал он. – Он маленький. Так что работа ему найдется.

Когда Рейнольдс ушла, он дал Гвоздарю канистру с маслом и распылитель. Гвоздарь накинул лямки на плечи, и Узел показал ему, как смазывать шестерни, выдвигающие подводные крылья. Показал на огромные зубчатые колеса, больше метра в диаметре.

– Каждую шестерню чистишь, потом смазываешь. Тщательно. Чтобы никакой ржавчины не было. Но не возись слишком долго. Капитан знает, что мы работаем с ними, поэтому уже включены предохранители.

Узел показал на рычаги и светодиодные индикаторы рядом с шестернями.

– Технически никто не сможет выпустить подводные крылья, пока мы их заблокировали, но…

Он пожал плечами.

– Бывает всякое. Видел, как матросы без рук оставались, если кто-то забывал проверить блокировку, так что, если даже и знаешь, что никто не должен включить механизм выпуска, не зевай.

Гвоздарь оглядел огромные механизмы. Тускло поблескивали зубья огромных шестерен, будто так и ждавшие, как бы вцепиться в него.

– Серьезное дело, а?

– Подводные крылья выпускаются очень быстро. Не успеешь среагировать и отпрыгнуть. Шестерни начинают вертеться, затягивая даже с небольшого расстояния. Давление между ними в тысячи фунтов. Если попадешься, превратишься в фарш.

– Чудесно.

– Ты хотел работы, – спокойно глядя на него, ответил Узел. – Вот та, что у меня есть.

Гвоздарь осознал. Полез вниз, между шестернями. Узел поглядел на него.

– Еще надо смазать тормозные клапаны лебедки моноволокна.

– Это которые? – спросил Гвоздарь, оборачиваясь.

– На которых написано, – раздраженно ответил получеловек. Махнул рукой на заляпанные маслом таблички, закрепленные над разными частями системы.

Гвоздарь поглядел на надписи, ничего в них не понимая. Потом на получеловека.

– Хорошо, сделаю.

Получеловек с сомнением поглядел на него.

– Читать не умеешь?

– Попытаюсь разобраться. Цифры знаю. Буквы запомню.

Узел раздраженно выдохнул.

– Твою компанию, что сломом кораблей занимается, есть за что спросить, – сказал он, качая головой. – Значит, придется тебе учиться.

– Это так сложно? – спросил Гвоздарь. – Просто покажи, что смазать. Я запомню. Если я в состоянии запомнить квоту, то и это запомню.

Узел поглядел на него с отвращением.