Паола Волкова – Лекции по искусству. Книга 1 (страница 18)

Призвание апостола Матвея

Что вы здесь видите? Это же кошмар, это просто полная непристойность. Тайный игорный притон. Сидят люди, играют мальчишки — уличные жулики, шулеры. Как в кино, когда неизвестно откуда появляются эти бродяги. Это повторение одной и той же задачи довольно долгое время в разных вариантах. Это все такие вакхические мотивы, где человек совершенно никакой, типажный — типичный представитель итальянского низа или общества. Вот мальчики, которых замечательно показывал Пазолини. Его герои очень похожи на караваджеских. Вспомните. Пазолини, имевший некие идеи, как Караваджо и такую же сексуальную направленность, понял магический знак, как идеальный партнерский знак и воспроизвел его. Он показал их занятие, когда мальчики берут монетку и прикладывают ее к одному месту, давая знак своим причудам. Все было открыто. Это и есть мост через бездну. Он был караваджистом. И он открыл этот типаж. Что такое человек для эпохи Возрождения? Это личность. А здесь типаж. Парень с улицы, с панели, такой изумительный, такое тело, брови, пряность лица, мускулатура. Все другое. Мы можем сказать роскошный натюрморт. В смысле не мертвой натуры, а то, что немцы называют «тихая жизнь».

Когда нам показали знаменитые муранские бокалы, я сразу сказала: «Это из Караваджо». Недорогие, серийные, но их специально использовали для дегустации вин нового урожая. Они имеют открытую форму, чтобы почувствовать аромат, насытить вино кислородом. И тут все. Листья, фрукты. Понятно? Испанцы. Откуда? Метод тот же, но рисуют другое. Все очень просто. А голландцы? Вы видите, что они родные и двоюродные? Это одна семья. Один семейный подряд, разнесенный во времени. Почему испанцы? А, почему и нет? А это папаша учитель, который нарисовал.

Я обожаю эту картину по одной причине — она совсем новая, как черный квадрат. Она дешевая копеечная плетенная корзина, в ней паданка с помятым бочком, недорогие фрукты с базара, с рваными листьями.

Корзина с фруктами

Он ввел кисти винограда. А кто больше всех или всего был караваджистом? Советское ВДНХа. Полно изобилия. Во, кто был караваджистами. Кубанские казаки. Корзины, девки стоят мордатые, грудастые и держат корзины Караваджо и в них так же все уложено. Это стиль, как полноводная река. Он показал всем, как рисуется виноград и где ставится блик и как эти шарики собираются в гроздь и как это должно выглядеть натурально, словно раскрашенный воск. В них нет откровенной физиологичности, как у голландцев. А они откуда взяли? Поскольку он загнал себя двойным ударом в угол, то был вынужден дать деру из Италии, чтобы избежать наказания за несколько убийств. Его сберег Господь, дав ему убежать в Неаполь, который был, как бы территорией Италии, но в то же время ей не принадлежал. Неаполь был частью Испании, где сидел глупый испанский Габсбург и радовался такому гостю.

Юноша с корзиной фруктов — Караваджио

Караваджо создал реалистическую испанскую живопись. Испания была готова воспринять это, и испанцы многому у него научились. Хосе Риберо стал главой неаполитанской школы испанских караваджистов.

А если взять ранние работы Веласкеса, то просто диву даешься. Ничего отличить нельзя. Караваджо предлагает миру абсолютно новую систему понимания того, что есть мироздание и что есть живопись. У него нет никакой связи с ренессансными художественными ценностями. Ренессанс сам по себе, а это новые ценности. Они антиренессансные. Есть импрессионизм, есть постимпрессионизм. Другая идея. Как бы мы могли сегодня назвать то направление, которое он предлагает? Натурализм или гиперреализм.

Студенты: Нет. Я не понимаю, где здесь реализм, если все их позы вычурны и неестественны. Никто так не ест.

Волкова: Так вот, весь гиперреализм вычурен и неестественен.

Студенты: Тогда я не понимаю.

Волкова: Ну, назовите художников гиперреалистов.

Студенты: Мы таких не знаем.

Волкова: А тогда чего вы спорите? Это здесь у них позы вычурные. Только в этих ранних натюрмортных вещах, а так не всегда. Это постановочные вещи, относящиеся к принципу изображения предмета. Вы сделали очень хорошее замечание. Но объясните мне, вы видите, что здесь каждый предмет имеет свою эстетическую ценность? Вы можете нарисовать их по отдельности? Или эту руку с бокалом? Или болванку мальчика? Все немножко восковое. Художники-реалисты, если такие есть, стремятся нарисовать натуральное, как бы понарошку, а он не стремиться. Он говорил: «Это больше, чем натуральное, это подчеркнутое, это неувядающее». Есть такое явление, как ранняя символическая школа в Италии Джорджо де Кирика. У нас был такой художник Ракша Теребилов — полный караваджист. Он был гиперреалист.

Я просто хочу сказать о том, что это такое собрание сочинений. Огромное количество элементов, сложенных в общую композиционную программу, достаточно формализованную. Это в достаточной степени ранние работы. Замечательные «Испанские старцы» — это картина Караваджо другого периода. Она вся целиком взята из библейского сюжета, который в достаточной степени использован искусством. Это когда апостолы первый раз встречают воскресшего Спасителя, остановившись на отдых в маленькой харчевне в местечке Эммаус.

Ужин в Эммаусе (Испанские старцы)

Он во всем новатор. В самом предмете искусства, в эстетике, в том, как вещи между собой живут, соединяются, как их объединяет формальная вещь. Он берет сюжет и рисует так, как никогда раньше не умели изображать вещи — с такой чувственной глубиной.

Как здесь изображено пространство. Первый план, как в глубину ведут движения рук. И рука Христа отсюда и туда. Он все фигуры выворачивает в глубину пространства, так как до него не делал еще никто. Кроме актеров, кроме драматургии и реквизита, Караваджо придумал еще одно лицо. Постановщика света. Он придумал «осветителя» и создал нечто невероятное. Он ввел осветителя в свою постановку, а изображение очень зависит от света. Я, к примеру, не очень фотогеничная. У меня сейчас идет «война» с телевидением. Вроде сижу, даже ничего, симпатичная. А на экране — караул! Кто эта малосимпатичная пожилая амбициозная дама? Почему? Они свет ставить не умеют. Мне Светлана Сорокина говорит: «Отказывайтесь сниматься. Картинка главное. Они не умеют ставить свет». И это их потрясло. Драматургия легла не на плечи режиссера, а осветителя. Посмотрите, какой он был изобретатель. Что мы здесь видим: освещение подвальное, немного сверху. На переднем плане цыпленочек аппетитный лежит, не все так аскетично. Но главное жест! Гениально. Он не написан. Я сейчас такую тайну открою, что в обморок упадете. Можете представить себе эту картину не цветной, а черно-белой? Она потеряет что-нибудь? Ничего не потеряет. Он, видимо, все свои картины писал светотенью, гризайль и убрал живопись, как образ, оставив цвет, как окраску. А нагрузка лежит не на цветоформе, а на светоформе, через которую он ставит пространство. И он показал, как делать ракурсы, после чего на потолках стали делать любой рисунок. Почему и говорят, что он предшественник барокко, в том числе через ракурсы.

Вот еще одна работа. Ранний Караваджо в Италии. «Гадалка».

Гадалка

Она такая натюрмортная. А что скажете про источник света? А это французский художник Жорж де ля Тур. Если Караваджо ставит источник света сверху и боковой, то де ля Тур ставит внутри. Свеча и боковой источник света.

Кающаяся Магдолена

Сейчас мы поговорим о картине, которая послужит мостиком между этим ранним периодом, средним и более поздним. Это такая маленькая вещь, которая находится в Питти и будет доставлена в Москву из этой галереи. Она называется «Спящий Амур».

Спящий Амур

Это то, что называется «продирает страхом до костей». Как изображают Амура вы знаете. Любимое дитя любой итальянской школы. На картине, в сыром полутемном подвале, где свет падает откуда-то сверху, то ли на соломе, то ли на досках лежит совершенно убогий, вымотанный до предела ребенок, у которого на лице печать старческого опыта. Он лежит и тяжело спит. У него абсолютно дегенеративное лицо, опухшие глаза, вспухший рот, вздувшийся живот, словно он страдает от водянки или рахита. В одной из рук болтается орудие труда — лук со стрелами. Совершенно другое представление о работе Амура. Это изматывающий труд. Это настолько драматично, что, когда я увидала его — мне стало все абсолютно ясно.

А эта знаменитая картина испанской школы. «Хромоножка» Хосе Риберо. Она просто списана с «Амура». Как говорится, не успевал Караваджо испечь какой-нибудь блин, как его мгновенно выхватывали со сковороды.

Хромоножка

Караваджо еще не умер, а европейская живопись уже была кавараджиской.

В Лувре есть еще одна картина, которую вряд ли привезут, потому что она никогда не покидает стен Лувра. Это картина Караваджо того же времени, как и «Поклонение волхвов». Это «Успение».

Смерть Марии (Успение)

Большая картина. Два метра с половиной по вертикале, написанная почти в год рождения Рембрандта. Тот родился в 609 году, а картина написана в 605. Что это за картина? Она того же подвального освещения и очень сложного пространственного построения, что помогает дойти до очень глубокой, трагической драматургии картины. Натюрмортность покидает его, так как полностью выполнила свою функцию и заполнила собой картины французов и голландцев.