Паола Барбато – Башня из слоновой кости (страница 5)
Сверху не доносилось ни звука. Позже, утром, она сварила еще чашку кофе, ждала, когда доставят заказанный картридж для принтера. На улице было тихо. Никто не входил, никто не выходил, в этом она была уверена, потому что, если не спала, всегда отчетливо слышала щелчок подъездной двери. Она услышала бы его из любого сектора, даже из ванной. Больше с рабочего места она не вставала, пока не начала готовить обед. В 14:27 – в этом она была уверена, потому что как раз сохранила файл и время зафиксировалось. Итак, сосед сверху вернулся в десять вечера, до одиннадцати нормально передвигался по квартире, не шумел до трех утра и не издавал звуков с шести до 14:27. Когда же они вошли, другие люди? Глубокой ночью, пока она спала и старались не шуметь? Возможно. С трех до шести у них было достаточно времени, чтобы отравить его, все убрать
и устроить потоп. Потом они ушли, и теперь…
Следят за домом снаружи? Ждут, пока она найдет тело? И так более восьми часов? И что дальше? Как они поймут, что все случилось и она попалась в ловушку?
Если предположить, что они вошли, как только она легла спать, и вышли за несколько минут до того, как она проснулась, то как они выбрали время? Знали ее привычки? Слишком много случайностей. Они действовали быстро, но, похоже, не допустили ошибок. Скорее всего, их было двое, если не трое, но она их не заметила.
Она кружила вокруг этой мысли, не желая сосредоточиться на ней напрямую, ведь все уже произошло – она видела тело. Но спланировать и довести до конца такую операцию можно лишь двумя способами. Первый: они координировали свои действия с ней посекундно, используя ее как единственную точку отсчета.
Второй: в определенный час, решив, что она спит, они вошли, все сделали, но потом не вышли. Потому что подъездная дверь больше не открывалась.
Наверху мертвец.
Двое, а может, трое прячутся в квартирах, которые должны быть пустыми, ждут ее.
Застыв в позе, позволявшей ей с максимальной точностью вспомнить все, что произошло с момента возвращения элегантного господина накануне, Мара сняла промокшие тапочки. Нужно было надеть стоявшие у двери туфли – неприметные, удобные, как и вся ее одежда, – но и носки тоже промокли. Она сняла их, балансируя на одной ноге. Не хотела отходить от двери.
Может, все это ее выдумки.
Но, как бы то ни было, эту задачу не решить, подбросив монетку. Она должна быть уверена, что сможет…
выйти из дома, не дав никому повода ее остановить.
Или обвинить. Или схватить.
Чтобы взять сухие носки, пришлось бы пройти через Узкий проход в сектор D, отдалившись от сектора А и двери. Опасно. Сверху – ни звука, в углу сектора F все еще капает, и ей хотелось только одного: уйти, сбежать, пока ловушка не захлопнулась.
Она закрыла глаза и прислушалась. Что это? Она ждала, пока звук не повторился. Едва уловимый шум. Он раздался где-то за дверью.
Тихий, едва слышный звук – если бы она не стояла в секторе А, то и не услышала бы и, возможно…
Снова шум. Щелкнула, приоткрываясь, дверь, или, может, ручка вернулась в исходное положение. Но это не подъездная дверь – та щелкает громко, ни с чем не спутаешь. Мара мысленно пересчитала все двери в доме. Четыре квартиры, дверь угольной кладовки, дверь левого склада, дверь склада в глубине, ведущая…
И тут ее осенило.
Она вспомнила, как впервые вошла в этот дом. Валерия без умолку разглагольствовала, как ей повезло получить эту квартиру, сколько было других кандидатов и так далее. Потом показала угольную кладовку, сказала, что там удобно держать велосипед или мопед, но пока лучше посидеть дома. Поднимаясь по лестнице, Валерия вскользь упомянула два склада, сказав, что они пусты: один выходил на улицу, другой – во двор.
С той стороны мог войти любой, у кого был ключ, просто через соседний дом. Его могли заметить, но зато не щелкнет подъездная дверь, никаких ограничений по времени и не обязательно выходить из здания. На лестнице раздался еще один звук, и она повернулась к двери.
Да и зачем? Она уже побывала наверху, оставила повсюду свои отпечатки и, возможно, даже ДНК – хватит одного волоса.
Мелькнула мысль позвонить Валерии. Мара доверяла ей, хоть та и была сложным, колючим, недоверчивым человеком. Но честным.
Валерия всегда будто бы сомневалась в ее исцелении, не была уверена до конца. А если она не поверит? Если она видела слишком много рецидивов, чтобы делать ей поблажки?
Одно имя мелькнуло в ее голове и исчезло, как вспышка, и она сделала вид, что не подумала о нем. Она двинулась вперед, медленно, проскользнула в Узкий проход, прошла вдоль коробок, добралась до сектора D, достала два пары носков. Одну надела, вторую сунула в карман. Бросила взгляд на дверь ванной. Сквозь матовое стекло виднелось зеленое буйство ее растений.
И вдруг, ни с того ни с сего, она подумала: кто же будет их поливать?
Послышался тихий шум, и она резко повернула голову к сектору А, быстро прошла обратно через Узкий проход, втянув живот, не дыша. Ни в коем случае не задеть кирпичи Башни, только не сейчас. Запыхавшись, она вернулась в сектор А. Да, теперь она ясно слышала звуки за дверью. По лестнице кто-то поднимался или спускался, стараясь не шуметь, но если ночью у них получилось, днем все оказалось сложнее. Она была начеку и все слышала.
Если она останется взаперти, хватит анонимного звонка, полиция приедет, найдет тело и постучит к ней.
Получается, хотели, чтобы именно она нашла тело. Анонимный звонок выглядел бы подозрительно.
По коже побежали мурашки. Они все устроили так, чтобы смерть элегантного мужчины выглядела как убийство, совершенное безумной отравительницей.
Что ж, отличное прикрытие для
любого другого убийства. А если не сработает – инсценировать самоубийство было бы столь же эффективно.