Пальмира Керлис – Не спрашивай, зачем я здесь (СИ) (страница 33)
– Ты чего? – Сианти тронула меня за плечо. – Плохо себя чувствуешь? Возвращайся в общежитие, приляг.
– Нет, – выдавила я, взяв себя в руки. Баста. Хватит с меня двусмысленных намеков и змеиных укусов исподтишка. Как раньше, говорите? Нет уж, как раньше не станет. Никогда. Не позволю. Пора раз и навсегда покончить с подобными ситуациями. – Это из-за Лизы. Она специально припоминает мне неприятные случаи, чтобы задеть. Мы давно не друзья, и общаться с ней я не хочу.
На нас с интересом уставились все ближние ряды, и дальние тоже. Лизка выпучила глаза, очевидно, меньше всего ожидая от меня такого отпора, и проблеяла:
– Да я же пошутила…
– Не смешно, ни разу, ни капельки! – сердито выпалила Мэй. – Впредь обедай с кем-нибудь другим, не с нами.
– С Марисой, например, – ехидно вставила Сианти, – как вчера.
– Я и сегодня собиралась, – Лизка уязвленно вскинула подбородок и, впившись в мое лицо цепким взглядом, злорадно протянула: – Но у нее изменились планы, она обедала с Кеннетом!
Что?.. В ушах зазвенело, будто рядом лопнула туго натянутая струна. Кеннет был в обед с Марисой?! Мэй на меня покосилась, да и не только она. Я пожала плечами, раскрыла тетрадь и уставилась на прыгающие перед глазами строчки. На мое счастье, в аудиторию наконец вошел преподаватель и разговоры смолкли.
Лекция не отложилась в памяти от слова совсем. Я делала вид, что слушаю, машинально записывала что-то за преподавателем, но в голове метались далекие от учебы мысли. Зачем Кеннет обедал с Марисой? Почему забыл про меня? Неужели они снова вместе?! Нет, чушь. Как только вернулся в Междумирье, он сразу пошел ко мне, а не к ней. И очень глупо думать о нем непонятно что. Мало ли какие у него могут быть дела с бывшей девушкой. Не должен же Кеннет, в конце концов, от нее шарахаться и брызгать вслед святой водой. А я не должна вести себя как ревнивая дура. Отношения – это в первую очередь доверие! На следующей лекции я повторяла себе то же самое. Не помогало. Совсем. Да, в Кеннете я не сомневалась. Но Мариса… Какого черта она к нему лезет? И почему снизошла до Лизки? С приема заявок именно с ней ушла, теперь еще и совместные обеды. С чего бы общепризнанной королеве уделять столько внимания обычной первокурснице? Неспроста. И это, и Лизкины злорадные улыбки. Как раз в столовой и было, наверняка после трапезы с Марисой. Ясно как белый день: они что-то против меня замышляют!
Лишь в общежитии мне удалось отскрести из-под плинтуса собственную решимость. Надо бороться за свое счастье! Иначе Лизка окажется права и все станет как раньше, когда я сама себя не уважала, что уж о других говорить. За моей спиной происходит что-то нехорошее, ну или готовится произойти, а я ни сном ни духом. Пора исправить это. Ярушка подбодрил меня боевым: «Уняня!» – и залез обратно к другу под кровать. Я убедилась, что Дис спокойно слушает музыку на своей половине комнаты, и распахнула шкаф. Раз шкатулка, два шкатулка, заветный платок. Аленка-невидимка, пришло твое время…
Правила я помнила прекрасно: передвигаться осторожно окольными путями, быть тихой, как мышка, никого не касаться и ничем свое присутствие не выдавать. Повязанный на запястье платок моментально нагрелся, кожу пронзило приятным теплом. Я мысленно слилась с ним в единое целое, и мое отражение как по волшебству исчезло из зеркала. Это и было волшебство! Самое настоящее. А теперь вперед – за ответами… Дверь, семь лестничных пролетов, пустынный холл. Прошмыгнуть мимо комендантши, обогнуть парней-первокурсников на крыльце, и вдоль кустов – к развилке. Вместе с нешуточной решимостью пылал азарт. Берегитесь, подлые сплетницы! Справедливость и возмездие уже крадутся в тени.
Женское сообщество оказалось именно там, где обещала карта из брошюры-путеводителя. Между парком и торговым центром, за живописным холмом обнаружилось розовое здание в рюшечках, эдакий пластиковый пряник. Вокруг цвели пышные клумбы, похожие издалека на гигантские букеты. За деревянным забором виднелись бархатные навесы качелей и пестрые зонтики над лежаками, отсвечивала пронзительно-голубая гладь бассейна. К сказочной двери с вырезанным на ней сердечком вела мощеная дорожка. Домик для Барби! Разве что пони с радужной гривой не хватает.
Немного покараулив, я просочилась за калитку следом за модной целительницей, обвешанной пакетами из торгового центра. Ее каблуки так громко топали по дорожке, что сшибленный мной садовый гном свалился почти беззвучно. Ой! Слонов-невидимок не бывает, следует помнить. Целительница улеглась у бассейна и схватилась за медальон-артефакт для ментальной связи, а я заняла выжидательную позицию на крыльце. Вскоре из дома вышел счастливый, улыбающийся во весь рот красавчик с влажными волосами. О как. Пока он дергано подмигивал цветку с клумбы, я юркнула в прихожую. Мамочки, сколько розового и блестящего… Обои, ковер, мебель и даже люстра в блестках. Пахло чем-то ванильно-клубничным, с кухни доносились смех и танцевально-попсовая музыка. После Дисовых оркских «гр-р-р» звучало странно. Будто другой мир, и не надо порталов с магией, а всего-то пройтись до изогнутой, устланной ковровой дорожкой лестницы. Красиво! Но жить здесь отчего-то не тянуло.
Я толком не знала, чего ищу. Во-первых, Марисы тут могло не быть сегодня вечером. Во-вторых, даже если она на месте, то глупо ожидать, что моя встречающая немедленно начнет обсуждать с кем-то меня или свои совместные с Лизкой планы. В любом случае нужно найти ее комнату. С этим не возникло проблем – на каждой из глянцевых дверей, выкрашенных под цвет факультета хозяйки, висела именная табличка разной степени креативности. В виде кленового листа, небрежно наклеенного стикера или визитки с кружевными оборками. Девушек в сообществе насчитывалось около пары десятков, и половина из них были целительницами. Я дошла до конца коридора – на дальней бордовой двери безо всяких изысков значилось: «Мариса Раскес». Опасаясь магических защит и сигнализаций, я не стала ломиться внутрь. Постучала и прильнула к стене, лелея план успеть пробраться в комнату, пока она будет разглядывать пустой коридор. Однако дверь не отворилась, из комнаты раздалось Марисино недовольное:
– Да сказала же, сейчас спущусь!
Имеются в виду посиделки на кухне? Я поспешила обратно вниз. Где много девочек – там много девичьих разговоров. Есть шанс услышать что-нибудь из того, что меня интересует. Ориентируясь на ванильный запах и звуки музыки, я безошибочно вышла в просторную гостиную с уютным кухонным уголком. Нарядные девушки пили нечто вроде чая и наперебой щебетали. Я заняла стратегически выгодную позицию между торшером и диваном, ближе к выходу. Пока дождалась Марису с ее «сейчас», чего только не наслушалась. О том, что магическое наращивание ногтей в этом сезоне не модно. О счастливых природницах, которым хотят сменить цвет формы на более насыщенный зеленый. И про меню закусок для гостей, откуда предполагалось исключить сладкое, чтобы не дразнить тех, кто на диете. Наконец на пороге возникла тень, и на кухню вошла Мариса – чеканным шагом, в легкомысленном алом платье, кружевных гольфах и туфлях на умопомрачительной шпильке. Она в них и дома ходит?.. Теперь ясно, зачем здесь только ковров. Чтобы каблуки не цокали прямо в мозг.
– Начнем собрание, – объявила типичная девушка с обложки. Выглядела она настолько идеально, будто ее отфотошопили прямо в реальной жизни. – На повестке первый вопрос: открытие сезона парной магии. Кто с кем идет?
Девушки по очереди принялись сыпать именами, Мариса небрежно налила в чашку чай и тоже ответила:
– С Зюзером.
Точно, именно на «открытие» она пообещала с ним пойти в обмен на помощь с проникновением на нижний уровень. Ха-ха! Вот и расплата настигла.
– Прошел проверку подносом? – весело осведомилась девица, украдкой таскающая зефирки из кармана. – Ну, тогда, в столовой.
– Он тебе разве нравится? – спросила другая, причем как-то расстроенно.
– Мне вопросы вне повестки не нравятся, – Мариса тряхнула волосами, – давайте по делу.
Она так не только со мной общается, а со всеми?..
– Второй вопрос на повестке, – спохватилась ведущая. – Начавшийся судебный процесс над Союзом прорицателей. На факультете предсказателей их в подавляющем большинстве поддержали. Будем ли мы накладывать на их студенток какие-нибудь санкции?
В гостиной враз повисла наэлектризованная нервная тишина. Ничего себе, они не только ногти и вечеринки обсуждают! Девушка в синем сарафане испуганно опустила глаза. Будущая предсказательница, наверное.
– Знаете, нельзя притеснять одну шестую часть студентов, – высказалась она дрожащим голосом.
– Успокойся, тебя никто выгонять не собирается, – осадила Мариса, – предлагается новых не брать.
– А как насчет первогодок? – полюбопытствовала поедательница зефирок. – Вдруг к предсказателям определят? Например, ту, с которой ты обедала вчера.
– Ту – вряд ли, – фыркнула Мариса. – Совершенно не их типаж. Болтливая слишком. Кстати, подружек сдает с потрохами, запишите в ее карточку.
Ага! Так и знала, что они обо мне говорили. Что Лизка ей наплела?!
– Все равно, куда там определят первокурсниц, – выступила девушка в строгих очках. – Потом – не считается. Главное – сейчас дать понять, что мы официально осуждаем действия предсказателей.