Пальмира Керлис – Не спрашивай, зачем я здесь (СИ) (страница 30)
– Ну ты и тихушница, – Сианти легонько ткнула меня в бок, – молчать о таком столько времени!
– Да, обалдеть, очуметь, очешуеть, – заерзала Мэй. – Вчера после того, как вы ушли, было такое, та-а-акое…
– Какое? – выдавила я, обмирая от страха и… любопытства.
– Народ в шоке долго стоял, – отозвалась Сианти. – А потом еще дольше обсуждал, передавая из уст в уста тем, кому не посчастливилось увидеть собственными глазами. Новость дня. Нет… Сенсация года!
– Возвращение Кеннета? – без особой надежды уточнила я.
– Ваши отношения! Ну же, ты чего? – Мэй выразительно округлила свои азиатские глаза. – Это было романтично, безумно романтично, неожиданно, как в кино.
– У девушек из женского сообщества челюсти поотпадали, – хихикнула Сианти, – все ка-а-ак уставились на Марису… А та фыркнула презрительно. Мол, они с Кеннетом расстались еще летом. И сразу ушла. С Лизой.
Что?! Для чего ей Лизка? Чую, неспроста. И реакция у Марисы какая-то подозрительная…
– Их обеих на послеобеденных лекциях не было, – подхватила Мэй, – а вечером Мариса на тренировке площадку разнесла. Совсем! На реконструкцию закрыли.
– Подумаешь, – я пожала плечами, – для нее это обычное дело.
– Не бойся, мы допытываться не будем, – вздохнула Сианти, тряхнув кудряво-одуванчиковой шевелюрой. – Хоть и хочется. Расскажи только, у Кеннета все в порядке? Очень просим.
– Требуем, как члены инициативной группы, – деловито добавила Мэй, – делись-делись. Легион с него обвинения по поводу смертей Лиама и Доминики снял, но накопители-то законными не признали, исследования не возобновили.
Так. Похоже, эти члены инициативной группы побольше меня знают. Но не признаваться же в таком!
– Он в порядке, – туманно ответила я. – Восстановился в университете.
– Кла-а-асс! – протянули девчонки хором и замерли в ожидании продолжения.
– А что именно вам известно? Ну, чтобы не повторяться…
– Да то же, что и всем, – купилась Сианти. – Ритуал по сохранению энергии вернули на рассмотрение Совету магов. Над прорицателями начался отдельный процесс за фальшивые пророчества и захват источника.
Ага. Значит, правду об аулинском проклятии и попытках отключить Ладос пока не открыли. Зато признали лживость пророчества, благодаря которому запретили накопители. В судебном разбирательстве наверняка будет участвовать и Кеннет. Но что ему теперь могут предъявить? Ритуал он, как тайный помощник Лукаша, знал задолго до запрета. А потом использовал его исключительно ради спасения магии. Вреда никому не причинил, я подписывала заявление, что пошла за ним добровольно. Все должно быть хорошо. И обязательно будет! Вот только на каких тогда условиях отпустили Кеннета и почему эти условия вообще есть?..
– Кажется, ничегошеньки мы больше не дождемся, – догадалась Сианти и укоризненно покачала головой, – даже по дружбе.
– Простите, – вздохнула я. Никогда не умела подбирать слова и сглаживать острые углы. А потому честно призналась: – У меня давно не было друзей. Непривычно. И страшно сказать что-нибудь не так. Вы милые, правда. Но вокруг столько всего происходит, что голова кругом. Мне сложно…
– Еще бы, конечно, само собой, – без тени насмешки произнесла Мэй, – знаменитостью быть нелегко.
– Не парься, мы понимаем. – Сианти похлопала меня по плечу. – Держись рядом с нами, будем отгонять от тебя всех! Веником!
Главное, чтобы гардский не попался. А то неизвестно, кого от кого отгонят.
– Спасибо, – не сдержала я улыбки. – Только, пожалуйста, без веников…
Вторая лекция прошла спокойнее первой – большинство сокурсников нагляделось на меня достаточно, чтобы сосредоточиться на учебе. От остальных я успешно закрылась тетрадью. Теперь точно знаю, что передоз внимания существует! Вспомнилось, как Дарен в первый же день посоветовал привыкать. Если я – будущая создательница миров, то спрятаться в тени шансов нет. Всего пару недель прошло, а я уже сыта по горло. Как можно жить, когда на тебя постоянно пялятся?.. Начинаю понимать Шелана, который стал затворником!
Монотонная речь преподавателя по теории призыва подошла к концу, наступил перерыв – увы, не обеденный. На выходе из аудитории стояла гламурная блондинка со значком женского сообщества на пиджаке. Та самая, которая собирала подписи за Кеннета на торжестве открытия учебного года. Она прицельно нашла меня глазами и придирчиво оглядела с головы до ног. По изогнувшейся брови неприкрыто читалось: что он в ней нашел? Блондинка прошествовала ко мне, Мэй и Сианти разом напряглись.
– Лёна, – утомленно выдохнула она. – Я насчет твоего вступления в наше сообщество. Небольшой инструктаж.
– Я не собираюсь к вам вступать.
– Тогда зачем подала заявление?
Что?! Блондинка протянула мне розоватый листок. Действительно заявление. Хотя больше смахивает на анкету, заполненную аккуратным почерком. Не моим! Но якобы мною.
– Это не я писала!
– О, брось, – сладко пропела она, – ты теперь из-за Марисы так говоришь.
Да-да. Именно из-за нее. Потому как мысль о том, что кто-то вовсе не мечтает об их рае для Барби, в блондинистой голове просто не помещается.
– Это чья-то нелепая шутка, – выговорила я как можно спокойнее, – я не подавала заявление. Но мои подруги подавали. Можешь провести инструктаж с ними.
Мэй и Сианти просияли, блондинка покосилась на них и отрезала:
– Они анкетный отбор не прошли.
Те разом поникли.
– А я, выходит, прошла? – усмехнулась я и вчиталась в графу «ваши таланты», в которой стоял прочерк. – За скромность, видимо?
– Для землянок льготные условия, – важно кивнула блондинка. – В общем, приходи завтра в…
Терпение лопнуло…
– Это. Не. Моя. Анкета!
– Да какая разница, – искренне удивилась она, – приняли же.
Господи, боже!.. Я развернулась и рванула за угол – в туалет. Вот как теперь девчонкам в глаза смотреть?! Вроде и не виновата ни в чем, а чувствую себя так, словно гадость какую-то сделала. Дурацкий женский клуб со своими дурацкими анкетами! Подходит, не подходит… Гламурные идиотки с раздутым самомнением. Устроили тут деление на элиту и остальных. Ну прямо как в школе, точь-в-точь. Только я в таком участвовать не желаю. Ни на одной из сторон! Хватит, наелась.
Кстати…. Кто заполнил за меня чертову анкету? Почерк не Лизкин – я бы его сразу узнала. Сколько мне от нее мерзких записочек прилетало – не сосчитать. Да и она непременно написала бы в талантах про «плюшевых крокодилов». К тому же Лизка быстро ушла вместе с Марисой, ей просто некогда было левые анкеты заполнять. Кому-то еще есть до меня дело. Дису? Сомневаюсь. Он сам предложил перемирие, а королевские особы словами не разбрасываются. Значит, кто-то новый решил меня подоставать. Наша песня хороша – начинай сначала…
До третьей лекции оставалось несколько минут. Видеть никого не хотелось. Я сидела в кабинке, отсчитывая в уме секунды. Успокаивает, кстати. Ничего, скоро наступит обед, и снова встретимся с Кеннетом. Все остальное вмиг перестанет быть важным… Хлопнула входная дверь в туалет, ворвались голоса и смех. Затем коротко процокали несколько пар каблуков – очевидно, к зеркалу.
– Эта помада симпатичная, но так быстро стирается, что замучилась подправлять, – расстроенно посетовала какая-то девушка. – А что поделать, на иллюзии-то разориться можно. Да и толку…
– Красота – не залог успеха, – поддержала ее другая. – Видели, кто у Марисы Кеннета увел?
– Там смотреть особо не на что, – фыркнула третья.
Э-э-э?! Во-первых, я не уводила. Они к тому времени уже расстались! А во-вторых… Сплетницы!.. Которые не подозревают, что я здесь и их прекрасно слышу. Я задержала дыхание и притихла, чувствуя, как в висках стучит кровь.
– Девчонка как девчонка, – выдала помадная девица, – интересно, чем его зацепила?
– О, над этим все гадают, – хихикнула вторая, – тайна похлеще Шеланской теории магии.
– Куда любопытнее, надолго ли оно, – усмехнулась последняя, – хоть ставки делай.
Нет, ну нигде не спрятаться. Даже в туалете достанут! И вообще, почему сейчас неловко мне? Не я же говорю о других гадости за глаза! Мне-то стесняться совершенно нечего. Я не сделала ничего плохого, никого не обидела. Так какого черта?.. Не нравятся им наши с Кеннетом поцелуи? Пусть молча завидуют!
– Хорошая идея про ставки, – развеселилась одна из сплетниц, – надо бы тотализатор открыть.
Тотализатор?! Я выпрямилась, крепче сжала сумку. Распахнула дверцу и вышла из кабинки. Одна из девиц уставилась на мое отражение в зеркале, мгновенно изменившись в лице. Толкнула подруг, те застыли изваяниями. Я медленно подошла к зеркалу, небрежным жестом поправила прическу, повернулась к троице. Они на меня не смотрели. Одна кусала ярко-розовые губы, сжимая в ладони помаду, вторая вытирала абсолютно сухие руки салфеткой, третья бегала глазами по раковинам, будто искала там свою совесть. Сейчас найдем!
– Да, действительно, – улыбнулась я. – Симпатичная помада.
Развернулась и зашагала прочь, спиной чувствуя смущенные взгляды. Ха-ха. Ха! Так-то.
На третью лекцию я явилась с гордо поднятой головой. Лучше выглядеть зазнавшейся, чем жалкой! Желающие позлословить в любом случае хорошего не скажут. Мэй и Сианти, по обыкновению, заняли мне место и выглядели как ни в чем не бывало. Про неудачу со вступлением в женское сообщество сказали лишь, что попытка – не пытка. Найдется и другой способ жить вместе после распределения по факультетам. Лекция по магическим формулам тянулась невыносимо долго. Ни одна формула в голове не осела, наступил долгожданный обед.