Пальмира Керлис – Не говори мне, кто ты (СИ) (страница 21)

– Это что, твоя компания?.. – в ужасе прошептала я, оборачиваясь на отдаляющуюся стойку.

– Ни в коем разе, – отрывисто отозвался он, – в Эсмире нет прямого наследования.

Секундочку… А-а-а! А!.. «К.» – сокращение не только от Кеннета, но и от Касиуса. Выходит, он его… отец? Отец?! Голова загудела, отказываясь воспринимать подобные новости. Метры холла под ногами таяли, впереди возник лифт. А рядом с ним – Левадия со скрещенными на груди руками, чтоб ее черти съели.

– Кого я вижу, – пропела она отнюдь не радостно. Мне достался уничижительный взгляд, Кеннету – красноречиво-намекающий. – Так это твое чудо? Не учимся на чужих ошибках, значит.

– О, Леви, – выдал он неожиданно, будто только что ее заметил, – привет. Не сразу узнал. А ты была права, новая линия омолаживающих артефактов действительно бомба!

Она побагровела, сжав губы в тонкую полоску. Хотя, казалось бы, куда уж еще тоньше. Из холла ее сдуло. Видимо, передумала спускаться.

– Погоди, – осенило меня с опозданием, – что же получается, мы могли, не скрываясь, войти куда угодно? На любой этаж, в любую лабораторию? И взять, что нужно?

Кеннет неохотно кивнул. Вот же! Вот!.. Ну, блин… От недоумения я раскрыла рот, не в силах подобрать слова. Он пожал плечами, выпустил мою руку и вызвал лифт, а я молча захлопнула рот. Поняла. Не хотел он изначально в столицу возвращаться. Светиться здесь, в «Энброк и Артеил». Потому что избегал встречи с ним. Ладно. Стоило попытаться. К тому же… У нас была невероятно клевая поездка на подъемнике! Ни на что другое ее не променяю. Я выдохнула. Снова сжала его ладонь и улыбнулась:

– Давай просто пойдем отсюда?

Лифт перед нами открылся как раз вовремя.

Глава 12

На улице вдохнулось легко и свободно. Вот и хорошо. Вот и славно. Будем считать, что ничего не было. Дэлман-старший – больная тема, значит, будем считать ее закрытой, что бы у них там с Кеннетом ни произошло.

– Получилось отчет достать? – непринужденно спросила я, взяв Кеннета за руку. – Не зря старались?

– А? Да, – ответил Кеннет и наконец улыбнулся. – Еще как не зря. Замечательный отчет. По нему наглядно видно, что поток магии перед отключением источника не шел на спад, а исчез резко, будто его заблокировали. Возможно…

– Рилий? – перебила я, вспомнив о металле, блокирующем магию.

– Как вариант, – он поморщился, машинально помассировав запястье, – антимагический эффект стопроцентный. Магией извне от рилия тоже не избавишься. Зато обычные методы взлома и воздействия никто не отменял.

– Разве рилий не откликается исключительно владельцу? – вспомнился «урок» от Глэдис. – Разблокировать источник способны лишь те, кто его блокировал. То есть предсказатели.

– Владелец владельцем, а замок замком. Антимагическую решетку в усыпальницу видела? Существовал ключ. Любой замок можно взломать или открыть.

– А если замка нет? Вдруг они весь источник рилием залили? Как цементом!

– Поэтому пятый день отковырять не могут? Вряд ли. Ну, хочешь, кувалду с собой прихватим? Пригодится…

Отличная мысль, особенно если не мне эту кувалду таскать. Кеннет развеселился, сгреб меня в охапку и засунул в пойманное такси. Всю поездку я молча прижималась к нему, боясь спугнуть воцарившуюся безмятежность. Ничего не волновало, кроме его прерывистого дыхания на моей коже и руки на плече. Я сидела бы так целую вечность. Увы, доехали.

Доковыляв до квартиры, я наконец избавилась от неудобных туфель. Каким же это было наслаждением! Под ободряющие аплодисменты Кеннета с порога зашвырнула их в мусорную корзину. Отмачивая ноги в прохладной воде, окончательно пришла к выводу, что кеды с этим платьем будут не так уж плохо смотреться. Смешение стилей – тоже своего рода стиль. А само платье мне стало уже как родное. Из ванной я вышла умытая, причесанная и готовая к новым подвигам. Перекусить бы только сначала…

В коридоре витал одуряюще аппетитный запах, и источник его был в той комнате, в которую я в прошлый раз не осмелилась войти. Я приблизилась, замерла у приоткрытой двери.

– Остывает, – раздалось из-за нее.

Я с готовностью скользнула внутрь. Комната оказалась спальней. Посередине большой кровати стояло нечто, напоминающее торт из пиццы. У изголовья, на подушке, восседал Кеннет, уминая отнюдь не первый кусок.

– Графин захвати. – Он кивнул куда-то за мою спину.

Я повернулась к столу, где в стеклянной посудине заваривалось что-то травяное, подозрительно моргающее пушистым цветком. Надеюсь, оно не из Гарда?.. Я протянула руку к графину и остолбенела. В углу, между стопкой книг и артефактным амулетом непонятного назначения, стояла фоторамка. Пустая. Из-под нее выглядывала фотокарточка, выцветшая, потертая, с загнутым уголком. Облаченная в легкомысленное платье черноглазая блондинка в обнимку со смеющимся мальчиком лет пяти, которого грех было не узнать. Хотя бы по тем же глазам… А я оказалась права! Это она!.. Августа. Сзади нетерпеливо прокашляли. Точно, графин. А я пялюсь на фотографию слишком долго, чтобы списать заминку на что-либо еще…

– А ты был милый…

– Чего это «был»? – насмешливо фыркнул Кеннет. Отложил недоеденный кусок и добавил уже без намека на веселье: – Я там с мамой.

– Догадалась, – призналась я, совершенно не желая изображать неведение или темнить, – видела ее.

– Где?..

– В кладовой владыческого хранилища семейных реликвий… На картине с Рейналдом.

– Да? – удивился он. – Надо же. Не выкинули.

Я подавилась просящимся наружу вопросом. Десятком вопросов, если быть точнее. Как Августа попала в Ладос? Каким образом стала невестой владыки? Почему в итоге он женился на другой, а ее занесло в Эсмир к главе крупнейшей в мире артефакторной компании? Для чего Рейналд спустя столько лет разыскал их сына? Что произошло вообще?! Узнать ответы хотелось, но вот спрашивать вслух – нет. Я отлипла от фотографии, дотянулась наконец до графина и принесла Кеннету. Он распределил его содержимое по стаканам, не иначе как левитацией на мягкой поверхности кровати удерживаемым. Выдал мне тарелку с аппетитнейшим куском и забавной двухзубчатой вилкой, орудовать которой было не легче, чем палочками для еды. Однако я справилась, стимул-то имелся – зверский голод. Вкуса почти не поняла, так быстро проглатывала. Хорошо, что пока ешь, можно не переживать, что повисшая пауза станет неловкой…

– Старая история, – вдруг произнес Кеннет, не особо отвлекаясь от своей тарелки, – в свое время много шума наделала.

Я постаралась сделать не слишком заинтересованное лицо. Видимо, не преуспела. Еще и жевать забыла, счастье, что кусок изо рта не вывалился прямо на кровать.

– Но… – Кеннет задумчиво кивнул на стаканы. – Боюсь, чтобы ее выслушать, тебе понадобится кое-что покрепче.

– Наливай! – вырвалось прежде, чем что-либо сообразила. Ой. – В смысле, история такая ужасная?

– Очень даже романтичная, – он криво усмехнулся, – вначале…

Я затаила дыхание.

– Наши дорогие предсказатели, – в голосе Кеннета отчетливо сквозила издевка, – предсказали однажды его владычеству, что жениться он должен не на принцессе, как заведено и положено, а на девушке из другого мира. Видите ли, избранная подарит ему наследника, которого ждут великие дела, свершения и что-то там еще, благодаря чему в Эллодиа настанут мир да благодать. Оставалось лишь найти чудесную во всех отношениях деву. Согласно предсказанию, владыка узнает ее сразу, как узрит, поскольку влюбится с первого взгляда, ибо судьба. Искали такую девушку по всем пяти мирам, кандидатур волшебный шар главного предсказателя выдавал множество.

– Отбор невест? – ахнула я.

– Неофициальный, – развеяли мои дикие фантазии, – и скорее это походило на демонстрацию: опа-опа, вот, не нравится, следующая.

Так продолжалось около года, пока Рейналду не показали ее – Августу. Предсказатели выдернули из родного мира, толком ничего не объяснив. Раз чутье внезапно на землянку указало, как возможную избранную, рассчитывали в случае очередной неудачи попросту ментально затереть ей память и вернуть, где взяли. Августа оказалась не из робкого десятка и местными культурными традициями не прониклась. При встрече с владыкой довольно едко, совсем без должного уважения, объяснила, что он никакой не правитель, а бандюган, и похищать людей плохо. Не получив понимания, приложила его фамильной вазой, наградив внушительной шишкой на лбу. Он и влюбился, сразу. Без памяти. Да, вазой по голове – это по-нашему…

Узнав, что на ней хотят жениться и сделать первой леди крупнейшего владычества в самом продвинутом магическом мире, Августа сменила гнев на милость и согласилась познакомиться с Рейналдом поближе. Прошло удачно – тоже влюбилась. Надо думать, следующие свидания были получше. Парочка ворковала дни напролет, никого вокруг не замечая, даже вездесущую прессу. Но скрываться долго и не потребовалось – он представил ее двору и подданным, не встретив ни от кого особого недовольства. Она публично приняла предложение руки и сердца, в холле главной башни повесили их традиционный совместный портрет, началась подготовка к свадьбе. Народ проникся предсказанием, многие девушки ей неприкрыто завидовали. Практически в сказку попала…

Как гром среди ясного неба прогремело известие из волшебного шара: избранная подарила наследника другому мужчине, шанс упущен. Ну, бывает, не успели ее вовремя найти. А эта – не избранная, а досадная ошибка. Видимо, у владыки не любовь, а просто по голове стукнули сильно. Он же был иного мнения и свадьбу с Августой не отменил. Любит, и все тут. Плевать на предсказания. Увы, на политику наплевать не получилось… Планы спутали внезапно обострившиеся отношения с соседним владычеством. Срочно требовался союз, и подходящая принцесса имелась – Летария, к которой у Рейналда не было никаких чувств, кроме чувства долга перед отечеством. Однако отпускать Августу он наотрез отказался, собираясь сделать своей официальной любовницей, что по меркам Эллодиа являлось крайне щедрым предложением.