П. Т. Мичел – Мистер Блэк (ЛП) (страница 13)

— Я, бл*дь, ходячее клише́, Скарлетт.

— Почему и зачем ты говоришь мне это? Ты не знаешь меня. Как можешь доверить мне нечто подобное? — он должен понять, что эта информация задвигает все, что мне рассказала Мина, чуть ли не на последнюю страницу не только нашей газеты, но и новостей по всей стране. Все знают, кто такие Блэйки. Их огромное богатство хорошо известно, но, видимо, Себастьян был очень уж хорошо скрываемым грязным секретом. У его отца был роман? И куда же он попадает в своем рождении между Дэмьеном и Гэвином? Мое предположение, что он старше.

— Но каким-то образом ты знаешь меня, — проведя рукой по волосам, он издает хриплый смешок. — Ты заработала доверие Мины, что является значительным достижением. Я рассказал тебе мой секрет, потому что хочу, чтобы ты доверила мне свои.

Я быстро мотаю головой.

— Я… у меня нет никаких секретов.

Приблизившись совсем близко, он шепчет мне на ухо:

— Лгунья. У тебя есть еще один шанс, рассказать мне кое-что о себе.

— Или что? Ты накажешь меня? — смеюсь я. Он начинает целовать мою шею, бормоча свое согласие, мои внутренности трепещут. Я упираюсь в его твердую грудь, наслаждаясь стальными мускулами под моими ладонями. — Я слишком взрослая, чтобы отшлепать меня.

Себастьян хватает меня за талию и приподнимает, отрывая от пола, чтобы я оказалась на одном уровне с ним, прижатая к его твердому телу.

— Я полностью отдаю себе отчет, что ты взрослая женщина, — его голос звучит как симфония, глубокими соблазнительными тонами, играющими на каждом нервном окончании моего тела, пока он скользит руками вниз, по изгибу моих бедер, поддерживая меня за задницу. Прижимая все ближе к себе, так, что его эрекция находится напротив моего центра, его голос опускается до еще более низкого баритона. — Но ты никогда не будешь слишком стара для шлепков.

Мне нравится его агрессивность, но я все равно упираюсь пальцами в мягкую кожаную ткань, прикрывающую его грудь.

— Ну, хорошо, что я не сделала ничего, из-за чего бы стоило меня наказывать.

— Это вопрос времени,— подняв свой гипнотизирующий взгляд разноцветных глаз на меня, он удерживает наши тела, прижатыми друг к другу, пока важнейшая часть находится в ожидании, чтобы вступить в игру. Мое тело сжимается от предвкушения, пока он медленно скользит пальцами по моей попе. — Поскольку у нас одинаковое настроение, есть еще одна вещь, которую тебе следует знать обо мне. Я человек своего слова.

— Я не сомневаюсь в этом. — Я не совсем понимаю, куда он клонит, но с каждым неторопливым движением его пальца по моей кожи, температура моего тела явно повышается, с каждой минутой я становлюсь более влажной.

— Скажи мне слово, которое бы означало безопасность для тебя. Всего одно слово, — говорит он.

Странное желание. Недолго думая, я ляпаю первое слово, которое приходит мне на ум.

— Радуга.

Его большой палец перестает двигаться, и брови под маской ползут вверх.

— Интересный выбор.

Это было глупо, Талия! Я сразу же напрягаюсь, надеясь, что у него не возникнет ассоциаций.

Он ласкает мою попку еще раз, хотя при этом выражение его лица остается серьезным.

— Используй его, если оно тебе понадобится. Ясно?

Это нужно для чего? Я настолько радуюсь, что он не заметил никакой связи, поэтому киваю головой, потом вскрикиваю от негодования, когда он вдруг молниеносно и быстро с громким шлепком опускает свою руку на мою попу.

— Что за черт! — мое тонкое платье и нижнее белье не могут смягчить боль. Я стараюсь вырваться, но он сама неподвижность.

— Ты вынудила меня, — он трет ушибленное место, потом говорит тихим голосом: — Скажи свое стоп-слово, Скарлетт, и я перестану прямо сейчас.

— Отпусти! — хриплю я, шокированная, что моя болтовня так беспокоит его и собственной реакцией, что пылающая задница вызывает возбуждение во мне. Его рука скользит по моей попке, а потом пальцы забираются под мои трусики, я замираю. Он поглаживает мое больное место, нежно разминая мою плоть. Мне кажется, что время остановилось, мое сердце стучит от ощущений его пальцев, сдвинувших край моих трусиков и оголив мою попу. Я так возбуждена, что не могу понять, то ли ему стоит врезать, то ли поцеловать.

Еще один шлепок.

— За то, что врала мне.

Мой гнев быстро разгорается с новой силой. На этот раз я молочу кулаками по его мускулистым рукам, пытаясь освободиться, но он слишком сильный.

— Я не лгала тебе, — шиплю я.

Я не знаю тебя. Я не доверяю тебе. Я никому не доверяю. Я жалею, что не могу доверять. Я сильно хочу, чтобы все было по-другому. И сильно желаю, чтобы мое прошлое было другим.

Он просто обхватывает мою задницу, как будто она его собственность, и массирует поглаживающими движениями. Когда он скользит ниже, к задней части моего бедра и вдоль выпуклостей задницы, приподняв край моих трусиков, его пальцы находятся так близко, но не касаются меня, я с трудом подавляю стон, поднимающийся из горла. Боль исчезает, а его сексуальный голос вызывает море мурашек у меня на спине.

— Можешь считать, что мы в расчете. Просто скажи слово.

Стоп-слово. Теперь я поняла. Его замечание так сильно интригует, что не понятно, соблазняет ли он меня, побуждает или готовит для большего наказания за какие-то другие мои прегрешения. Я уверена, что могу произнести: «Радуга», чтобы заставить его остановиться, но часть меня хочет узнать, что такое происходит между нами. Что еще я сделала, чтобы вызвать такое бурное поведение? Вместо того чтобы играть по его правилам, я решаю вернуть ему раздражение, но на свой манер. Схватив его за волосы, я грубо дергаю.

— Иди к черту!

Выдохнув с хрипом, он впивается пальцами в мой зад, пронзительно вглядываясь в меня сощуренными глазами. Я изо всех сил зажмуриваюсь и сжимаю ягодичные мышцы, готовясь к очередному шлепку, но он наклоняется ко мне и говорит со стальным тоном в голосе напротив моей щеки:

— Нет, я ждала этого гребаного момента.

Я ахаю от шока, когда его рот берет в плен мой, в поцелуй, заставляющий расплавиться даже кости. В следующую секунду он прижимает меня к себе слишком близко, словно вторая кожа, мой адреналин зашкаливает, посылая огонь по всему телу.

Его чувственная порка, должно быть, возбудила меня. Или, может, это просто все касается лишь самого Себастьяна: его соблазнительные слова, его напряженный взгляд, его волнующее собственническое удержание моего тела. Что он имел в виду, своим последним комментарием? И почему послышалась ярость и сожаление одновременно? Я отбрасываю свои спутанные мысли и обхватываю его за шею, притягивая его как можно ближе к себе, насколько я в состоянии это сделать. Я уже восемь лет мечтаю об этом великолепном мужчине, и я не позволю ему вот так уйти.

Себастьян стонет в мой рот, затем агрессивно скользит языком к моему, побуждая меня к ответу. Его электризующее воздействие вызывает покалывание во всем моем теле даже на стопах ног. Я сплетаю свой язык с его, он вздрагивает, углубляя поцелуй, но затем отстраняется, его лицо выражает повышенное отчаяние.

— Дайте мне что-нибудь. Что угодно.

Мольба в его голосе находит отклик в моей душе, потому что я испытываю отчаянное чувство, которое храню глубоко в себе с тех пор, как была маленькой девочкой. Наши пути пересеклись, когда мне было тринадцать, и тогда засиял крошечный лучик надежды в моей жизни, когда все вокруг рухнуло. В моем сердце и разуме он был «тем единственным» на протяжении восьми лет моих фантазий, и я совершенно не ожидала встретить его вновь. Я давала ему много имен в своих фантазиях, но «Себастьян» заставляет мои внутренности гореть.

Мне нравится его имя, оно подходит ему лучше всего.

И теперь, когда моя жизнь движется по восходящей, я хочу одного мужчину, чье кратковременное появление в моей жизни — значит намного больше. Этот человек помог мне сохранить веру много лет назад, хотя для меня это стоило огромных усилий. Пока я не встретила его, всегда чувствовала, что никому не нужна, и никто не заботится обо мне. Моя тетя была единственной, кто любил меня, потому что ей пришлось, так сложилась жизнь. Никому не было до меня дела: ни моей матери, ни моему отцу, ни Уолту и ни Хейзу. Никому.

— Скажи мне свое имя,— шепчет он в мою кожу, оставляя теплыми губами поцелуи на моей шее.

Я знаю, что сегодня ночью мы можем всё, поэтому я собираюсь сделать большее, прежде чем он исчезнет из моей жизни снова. Обняв его за шею, я вжимаюсь в его тело и отрицательно качаю головой.

— Никаких имен сегодня. Помнишь.

Он накручивает мои волосы на кулак, слегка дергает, чтобы я встретилась с его взглядом.

— Ты знаешь мое.

— Я не спрашивала тебя.

Он хмурится, ему не нравится такой ответ.

Прижимая свои губы к его шее, я медленно провожу ими до его подбородка.

— Я дам тебе нечто лучшее.

Он хрипит и захватывает мой подбородок своим большим пальцем.

— Мне нужно твое имя.

Освещение от бра начинает мерцать, потом потухает полностью, окутывая нас темнотой. Раскат грома сотрясает комнату.

Я облизываю свои губы и предлагаю ему выбор.

— Ты можешь получить мое имя или меня.

Он стоит спиной к окну, поэтому его лицо находится в тени. Мое озаряется вспышками молнии, но я чувствую его пальцы, поглаживающие мое бедро, и слышу его резкий вдох. Он не ожидал такого.

Сердце бешено колотится, но я совершенно ясно осознаю, что предлагаю: