П. Пушкин – КИТ Вне времени (страница 4)

Вслух же он произнес:

– Понял. Буду минут через пятнадцать. Дай хоть позавтракать.

– Жду у транспорта. – Его собеседник кивнул и отключился.

Михаил вернулся к завтраку, но тот, казалось, утратил весь свой вкус. Пиво тоже больше не приносило радости. Все портила перспектива предстоящей работы. Выезжать за пределы купола в бурю – малоприятное занятие. Без прежнего аппетита Михаил очистил поднос от содержимого. Кроме тюбика с гелем, конечно. За один присест допил пиво.

Его любимый УАЗ Первопроходец ждал на стоянке. Дверь хлопнула сильней необходимого. С гулом заработали движки, поднимая машину над пластбетоном. Михаил вывел собственное изображение на экран и оценил почти сошедшие синие отпечатки на горле.

“Ну, посмотрим, что этот день приготовил мне дальше”, – подумал он, смахнул картинку в сторону и нажал на газ.

Рабочий транспорт даже на фоне УАЗа выглядел огромным, словно бронетранспортер. Сидящие на броне угловатые дроны только усиливали это ощущение. Рядом с дверью с идиотской улыбкой на лице курил Макс. Увидев подъезжающий гравимобиль, он сделал последнюю затяжку и выбросил окурок.

– Не мусори. – Вышел из машины Михаил.

– Все равно роботы приберут. – Напарник отмахнулся и по железным скобам полез в кабину. – Поехали, время поджимает.

Михаил покачал головой, но разводить конфликт не стал.

Техническая станция находилась всего в пару минут езды от купола. На таком расстоянии отчетливо доносилось его потрескивание, напоминающее белый шум. Этот звук многих раздражал, но Михаила странным образом успокаивал. Пока Макс выруливал к воротам, он заполнил необходимые документы. Электронной подписью подтвердил получение блока под замену и согласовал выезд.

Сквозь образовавшийся на поверхности купол синий прямоугольник ворвался поток песка. Даже с использованием фильтров видимость снизилась до пяти метров.

– Не тормози! – Михаил прикрикнул на замершего напарника.

Транспорт проскользнул в ворота, и те мгновенно закрылись. Буря низко ревела, словно гигантский зверь. Редко, но яростно громыхали электрические разряды. Фильтры приглушили ослепительные вспышки и звук.

Михаил поднял в воздух дроны. Система выстроила подходящую конфигурацию.

– Можно выдвигаться.

Макс кивнул. Транспорт нырнул в бурю, удаляясь от купола все дальше. Одна из молний ударила совсем рядом, притянутая дроном-громоотводом. Кабину затопила бело-голубая вспышка. Сам транспорт экранирован, но местные бури накапливали миллионы гигаватт энергии, так что приходилось использовать и внешний контур.

– Хорошо шарахнула, – оценил Михаил, отводя дрона назад для стравливания остаточного заряда.

– Говорят, буря продлится еще несколько дней, – поделился Макс, напряженно вглядываясь в мельтешащую темноту.

Разговор угас сам собой. Михаила тишина устраивала, а вот его напарник заметно нервничал. Буря создавала ощущение, что они одни во всем мире. Песок хлестал по корпусу, скрежетал по металлу. Стоило чему-то пойти не так и все могло закончиться трагедией. Дэвис-3 – не самая дружелюбная планета.

– У меня Ленка беременна. Сегодня подтвердили, – Макс поделился как бы невзначай, но чувствовалось, что его так и распирало от новости.

Михаил, занятый управлением дронами, не сразу сообразил, о чем ему пытаются сообщить. А когда разобрался, то растерялся: дети оставались для него сложным вопросом.

– Поздравляю. И как ты себя чувствуешь? – сухо произнес он положенные слова.

Макс бросил на напарника удивленный взгляд.

– Счастлив, конечно. Знаешь, после школы я собирался податься на Центральный Узел, но Лена не захотела бросать родной город. Признаться честно, меня долго мучили мысли о том, как бы повернулась наша жизнь после переезда. А теперь… теперь я просто счастлив.

“Что за слащавая чушь”, – подумал Михаил, чувствуя набирающее силу раздражение.

– Рад за тебя. А вот я вчера оторвался по полной. Представляешь, подкатил к цепной – проснулся уже у нее в кровати. Ну, ты понимаешь, – на его лице появилась самодовольная ухмылка. – Никогда не пойму, что вы, женатики, находите в семейной жизни. Это же банально скучно.

Напарник ответил снисходительным взглядом.

– Я не променяю свою Елену даже на голозвезду.

– И на Мию Блэк?

– И на нее.

– Врешь.

– Ты не понимаешь. Любовь – самое ценное, что есть в нашей жизни. Она делает каждый день особенным.

Михаил фыркнул.

– А тебе расскажу о любви. Еще на Быков-Прайм жила у меня по соседству чудесная семья: жена, милашка, с обязательным поцелуем перед работой и домашней едой в контейнере; муж – ни шагу в сторону, даже в бар местный не ходил, зарабатывал хорошо. Всегда вместе. Потом пропали куда-то. И представляешь – нашли. На органы разобрали где-то на нижних уровнях. Мужика. Жена его и сдала, когда в какого-то наркомана влюбилась. Скучно ей показалось, а там – настоящая страсть и накал чувств. – Он язвительно усмехнулся. – Вот тебе и вся любовь.

Макс поежился. Полыхнул очередной близкий разряд, заливая кабину сиянием.

– Жуть какая… Но она на самом деле никогда его не любила. Вот и все.

Михаил отправил очередного дрона внутрь периметра.

– Возможно. Но внешне все выглядело весьма натурально. В любом случае, не хочу оказаться на его месте и тебе не советую.

Макс резко обернулся к напарнику.

– Лена не такая!

– Ты-то откуда знаешь?

– Чувствую!

– Ну, аргумент так себе, – Михаил пожал плечами. – И давай больше внимания работе, а то угробишь нас еще.

Молодой парень вернул взгляд к экрану. Пальцы на руле побелели от злости.

– Ты ничего не понимаешь, – выдавил он сквозь стиснутые зубы.

– Возможно, – не стал спорить Михаил.

Комплекс наблюдения, сокращенно КН-7, представлял из себя стандартное решение для слабо населенных планет. Помимо погоды, он отслеживал активность людей и фауны. С последней на Дэвис-3 дела обстояли неплохо: опасных хищников мало, и те, в основном, водились рядом с водой. Что касается людей… всякое случалось. Всегда проще украсть, чем создать собственным трудом. Из-за этого на Центральном Узле квартировался целый полк корпоративной армии.

Внешне КН выглядел скоплением квадратных блоков и высоких антенн. В хорошую погоду автоматика поднимала в воздух дроны, но сейчас, конечно, все они находились внутри. По периметру его защищало миниатюрное подобие городского купола. Он хорошо отклонял физические объекты, но гораздо хуже работал против чистой энергии, поэтому внутри стоял громоотвод. Ныне сломанный.

Такое иногда случалось. На КН никогда не ставили качественного оборудования: проще накинуть старый хлам и менять по мере необходимости за копейки.

Макс, не говоря ни слова, принялся за ремонт. Перед выходом он сжал висевший на шнурке камешек-талисман, поднес кулак к лицу и что-то прошептал.

Михаил напомнил:

– Не забудь обесточить, прежде чем проверять предохранители.

– Понял.

Между ними чувствовалось напряжение. Работали молча, перебрасываясь фразами исключительно по делу.

Михаил снял поврежденный блок и теперь проверял его окружение. Никакого желания тащиться сюда повторно парень не испытывал, так что делал свою работу на совесть. Максим возился с громоотводом на другой стороне. Его страховали дроны.

Внезапно один из них заискрил и, потеряв управление, улетел в объятия бури. Михаил проводил его ошеломленным взглядом.

– В машину! – рявкнул он.

Дроны один за другим выходили из строя. Воздух мгновенно наэлектризовался. Михаил практически влетел в открытую дверь. Обернувшись, он увидел напарника, который преодолел едва ли десяток шагов.

– Живее!

– Я зацепился! Черт!

Дрон вспыхнул синим, как новогодняя гирлянда, и влетел в центр станции. Взрыв. Купол погас, и буря ворвалась внутрь с ревом голодного зверя. Песок дробью ударил в лицевой щиток. Михаил вцепился в скобу, чтобы устоял. Видимость сократилась до пары метров. Раздался скрежет металла.

– Макс!

Сорванная ветром антенна рухнула на транспорт. Полыхнул электрический разряд.

– Твою мать!