Отто Мюльберг – Где-то в Конце Времен. Кинороман (страница 26)

– Терри, хелп, ее надо запереть где-нибудь, а то она сейчас утрахает нас насмерть!

– В кладовку ее и на цепь! Есть чем подпереть дверь? Только сам, я уже даже пошевелиться не могу, чувак.

Милка довольно засмеялась и наконец разрешила нам отползти на безопасное расстояние.

– Ну, ты даешь, подруга. Предупреждать надо, я бы хоть стол убрал.

Потом мы расслабленно тыкали в онлайн-меню, заказывая продукты и бухло, наглаживали Бруню и смотрели мои файлы и мемориз.

– О, что это? – удивилась Мила, наткнувшись на фотку моего развороченного баалитами дома до ремонта.

– Да вот случилась неприятность.

– Вилли, это же из «Вулкана» работали, – нахмурился Терри, – я в космодесанте три года топтал, насмотрелся мишеней. Что за фигня у тебя тут произошла?

– Да как вам сказать… Приезжие начудили.

– В баню таких приезжих, куда ПСС смотрело? Как они вообще сюда пролезли?

– Вопрос, конечно, интере-есный, но вот хрен его знает. Я несколько раз просматривал записи, ни фига не понятно. Просто – шлеп, и их корабль уже швартуется к переборке промзоны.

– Покажи, может разглядим что-нибудь. Мил, ты тоже смотри. Она у нас – крутыш, Голли, ревизор строительной безопасности.

– Вот откуда такая подготовка… Я чуть коньки не откинул.

– Я тоже. В десанте к такому не готовят.

– Хватит ныть, девочки, – Милка вся серьезная промотала на скорости записи, – вот тут и вот тут могу точно сказать, что искусственный сбой системы видеонаблюдения. А тут мельком можно понять, что к планетоиду они прыгали в тени шаттлов и прячась за спутниками. Но все равно, без взлома системы занудам такого не провернуть. Только я не слышала, чтобы Молоха можно было хакнуть, а значит…

– Это значит, что им помог кто-то на месте, – закончил я.

Терри и Мила уставились на меня. Вот разница между жителем Пантеи и техником с русской базы – никаких истерик, только рабочая готовность ликвидировать неисправность.

– Тут такое дело, ребята… Все как-то не очень вяжется с общепринятым имиджем, но мне кажется, что ситуация на дворе аховая.

И я коротко рассказал о своих подозрениях по поводу и без.

– Так. Ты считаешь, что нас всех надувают, как жаб через соломинку?

– Не только. Мне кажется, что ситуация настолько давно не подконтрольна заигравшимся в пророков адептам с их любимым «напусти тумана», что сейчас она стала не подконтрольна даже Молоху, который хоть и вовсю человечится через модов, но все же просто машина. Плюс у нас живет активный баалитский крот.

– Почему баалитский?

– А чей же еще?

– А вдруг это наш собственный крот, который уже докопался до того, что ищешь ты?

– Работает на баалитов, значит баалитский.

– Это они для планетоидов баалиты, а на Земле они американцы и украинцы, христиане и буддисты. Все очень разные и с разными интересами, понятия не имеющие, кто такой Баал.

– А мы для них – лунатики. И нас нужно убивать.

– Не для всех. Между прочим, для многих всего лишь убежавшие в лес дети, которых нужно спасать.

– Чтобы к волкам не пришли? – улыбнулся я.

Терри как будто отпустил вирт, такой он стал грустный и серьезный.

– К волкам дети уже пришли и давненько. Волки просто не стали есть детей, а кормили деток сладким и выращивали. Кого на убой, а кого сторожить других детей.

– И кто же эти волки? – разговор пошел уже очень странный, но мне под виртом было даже по кайфу.

– Вот то-то и оно, что не ясно, но против аналитики не попрешь. Например, сразу после ухода в космос у теократии появились принципиально новые двигатели. Причем ни их разработок, ни тестирования не велось, они просто вдруг появились и все. И устанавливали их на совершенно новые и передовые корабли, разработок которых тоже не было. Как не было и исследований темной энергии, на которой все это работало, и которые должны были занять десятилетия, чтобы дойти до такого уровня освоения. Таких примеров сотни. Но это не все.

– Что-то еще есть? Достаточно кошмарное?

– Не знаю, считаешь ли ты кошмаром работорговлю, повальную скупку теократией земных новорожденных, которых никто больше не встречал ни на земле, ни на планетоидах, и открытые похищения?

Я поперхнулся, даже вирт отпустил.

– Зачем нам младенцы?

– Нам они и не нужны. Они нужны тем самым волкам.

– И кто они?

– Учитывая их технологическое развитие, беспринципность, безжалостность и цели воздействий? Земля считает, что это – инопланетный разум.

Я цинично заржал.

– Ну ладно, наши разработки действительно охренеть какие неожиданно продвинутые, только что с того?

– Просто дело в том, что в последние сто лет они не особо развиваются, а если работают профи, то так не бывает, прогресс должен быть постоянным.

– Все равно, без сказки про кровавые жертвоприношения новорожденных младенцев это все фигня, и вполне рационально объяснимо всеобщей любовью околачивать груши.

– Это не сказки.

– А вы-то откуда знаете?

Терри посмотрел на Милу, та кивнула.

– Потому что мы с Милой очевидцы. Когда мне было четыре, я чудом сбежал от вербовщиков корабля теократии. Просто очень повезло, я упал в трещину в бетоне, и они не заметили. А Мила родилась в корпоративном роддоме, где 100% новорожденных попадают в трюм работорговца. Ее вынесла христианская медсестра, которую потом поймали и сожгли заживо. Мы видели и ковровые зачистки, когда не остается даже трупов, а человеческий пепел наглухо забивает клапан противогаза в пять минут, и плакаты корпораций «Продай свое тело, и твой ребенок не станет рабом». Знаешь, как орет тот, кого подхватил щуп ловчего? Это, Вилли, фиг забудешь.

Я внимательно смотрел на молоденькую мускулистую гибкую Милу, на железобетонного Терри с плохо зашитой дырой в спине. В принципе все было уже понятно.

– Ребят, вы же ни с какой не с Луны, а с того корабля, да?

– Да. Я из России, а Терри из Американской Коалиции. Мария сказала, что ты поймешь, если тебе рассказать, вот решили рискнуть. Что скажешь?

– Охренеть, что еще. Налейте-ка мне стакан, если что-то осталось.

38

Терри и Мила слиняли от радикалов-боевиков, изрешетивших на нервах мою халупу, как только смогли. Экспедицию готовили всем миром, но действительно мыслящих существ в ней было только четверо, американская и русская пары, договорившиеся о сотрудничестве еще в полете.

– Все началось несколько лет назад, когда в штаб-квартиры спецслужб разных держав, наглухо защищенных от проникновения и шпионажа, пришла странная депеша от Призрака о готовности сотрудничать.

– Это был крот?

– Да. Разумеется, мы ему не поверили. Но Призрак доказал полезность и был в этом очень убедителен, потому что не только передал нам чертежи и все исходники корабля нового типа, но и указал время возникновения слепых зон систем наблюдения Молоха для его постройки, обеспечил схемами нового вооружения. Даже прислал геологическую карту необходимых месторождений для добычи оптимальных ресурсов.

– Во дает чувак, ничего не боится!

– Неправда. Призрак до усрачки испуган тем, что он откопал. Так, что страх быть пойманным за измену теократии отступил у него на второй план. Поэтому он честно и открыто сотрудничает, но как личность шифруется, насколько это возможно, объясняя это тем, что если его раскроют, то помочь Земле будет просто некому.

– А информацию об инопланетянах он вам прислал, или вы сами?

– Сначала были только параллельные выводы.

– А теперь?

– А теперь уже не выводы. Сам посмотри, у тебя же есть пароль к Молоху.

– Где искать?

– В околоземной съемке, когда наш корабль отчалил. Только сядь, а то упадешь.