Отто Диас – Последняя из рода (страница 14)

– У тебя есть младшая сестра, – Астрид кивнула на девчонку, достающую парнишке едва ли до пояса. – Или думаете, что женщинам трудиться не полагается? Отправь её в поле, а сам принеси пользу стране.

– Не трогайте моих детей… – процедила женщина, пытаясь закрыть их телом, но Астрид сделала вид, что не слышит её. Она продолжала сверлить взглядом мальчишку.

– Как тебя зовут?

– В-Вернар…

– Вернар, ты веришь в Геула?

– К-конечно.

– И ты готов сказать «нет» богу, который взывает к твоей помощи? Готов отречься от него, оставить без защиты семью?

– Н-нет…

– Замолчи, – женщина дёрнула его за рукав и с ненавистью посмотрела на Астрид. Та продолжала:

– Тогда прекрати цепляться за мать, это не поможет, когда маги придут, чтобы убить её. И чтобы этого не случилось, ты должен пойти с нами.

– Ничего он вам не должен!

Лицо Вернара переменилось. То ли слова Астрид что-то затронули в нём, то ли угрожающий вид воинов, стоящих за ней. Их крошечной деревни не нужны были проблемы, и юный, не знающий жизни ум, уже начал испытывать угрызения совести.

– Я… х-хорошо, я пойду.

Мальчишка побелел от ужаса, но отказать Астрид и стать причиной возможных бед было страшнее, чем отправиться со Светоносцами в бездну Шааха. Глава святого воинства смотрела так, будто за неправильный ответ готова была лишить Аридона или сравнять деревню с землёй. И кто бы потом доказал, что это не дело рук магов? Женщина охнула.

– Нет, не пойдёшь!

Вернар попытался шагнуть вперёд, но мать удержала его. Астрид закипала. Через мгновение в её руке сверкнул меч. Она сунула обнаженный клинок между женщиной и сыном. Несчастная замерла. Люди затаили дыхание, и даже Светоносцы растерялись от такого выпада. На лице Эддута отразилось замешательство. Он мысленно попросил, чтобы Астрид не делала глупостей, иначе придётся вмешаться. Убивать простолюдин точно не входило в его планы. К тому же это было серьёзным преступлением против короны и церкви.

– Вы… не имеете права, – пролепетала несчастная, уже не так уверенно глядя на Вернара.

– На что? Юноша изъявил желание служить Геулу, все слышали: он сделал это добровольно. Моя задача – не позволять кому-либо препятствовать благому намерению.

Вернар в ужасе покосился на мать, затем шагнул в сторону Астрид. Та, может, и не стала бы давить, но гадкая сука развязала язык, и Астрид захлестнула ненависть. Захотелось отомстить, наказать, и тут же подвернулся идеальный способ. Астрид кивнула, и паренёк затесался в ряды стоящих позади мужчин. Его младшая сестра ухватилась за мать, а та, содрогаясь от полившихся слёз, прижала малышку к себе. Астрид опустила меч и внимательно посмотрела на лица. Люди были растеряны, напуганы. Стоило чихнуть в мертвецкой тишине, чтобы заставить часть из них обделаться. Им было некого звать на помощь.

– Ты… – обратилась она к рослому мужчине, рядом с которым стояли два юнца не старше тринадцати лет. – Не хочешь послужить богу и государству? Твой дом не придёт в упадок, ты вырастил достойную замену, но нужен кто-то, кто будет заботиться о спокойствии этих мест.

На мужчину уставились все, так что времени на раздумья у него не было. Астрид видела борьбу на его лице: борьбу со страхом и нежеланием, но, наконец, промямлил:

– Если того действительно требует Геул, я пойду с вами. Но коли улягутся беды, возможно ли будет вернуться домой?

– Твоим домом станет наш орден, или ты считаешь, что можешь просто отвернуться от Геула, когда захочешь? От того, кто дал тебе всё, что ты имеешь?

Мужчина вздохнул. Несколько секунд он смотрел на Астрид, размышлял, как она поступит, если он откажет. Что, если заберёт кого-то из сыновей? Или обоих? Мальчишки не выживут в большом мире, они ничего не знают о зле, притаившемся за порогом. Ничто не помешает Светоносцам забрать тех, на кого укажет их глава. Они вооружены, их больше. Если он проявит слабость духа, то лишится своих мальчиков, непременно лишится. Во взгляде Астрид пылал вызов, она не потерпит неповиновения. Лучше уж пожертвовать собой, чем детьми. Приняв нелёгкое решение, мужчина обнял переглянувшихся сыновей, но коротко, сухо, по-мужски, затем последовал за Вернаром. Буквально ощущая, как люди сжались в ожидании следующего «ты», Астрид посмотрела на оставшихся.

– Кто-нибудь ещё? – Присутствующие отозвались молчанием. Казалось, они даже забыли, как дышать. «Так-то, – мысленно удовлетворилась Астрид, – бойтесь и думайте о том, что ваш срок не вечен. Смерть придёт за вами в любой момент в худшем из обличий». Она спрятала меч в ножны. – Ладно, довольно. Запирайте двери покрепче и спите чутко. В этом году будет суровая зима.

Запрыгнув в седло, Астрид повела лошадь прочь. Светоносцы развернулись, чтобы поплестись за ней: они мечтали остановиться в тепле, но по пути не встречалось трактиров, а местные и не накормят их с таким представлением. Придётся снова заночевать в палатках, морозить яйца в поле или пролеске, жрать окаменевший хлеб. Они ругались безмолвно, бубнили что-то под нос, дабы не слышала Астрид. Ей, казалось, были чужды удобства. Только Эддут поравнялся с ней, стоило им отъехать.

– Ты перегибаешь палку.

– Это ты её не догибаешь.

– Астрид, мы слуги Геула и защищаем людей, а не угрожаем им.

– Я никому не угрожала.

– Брось. Ты достала меч, это открытая угроза. Зачем тебе этот мальчишка? Нашли бы добровольцев в другом месте.

– У нас нет времени объезжать всю страну в поисках отрепья. Пока находим двух, один дохнет от диареи. Мы ведём войну, а король чётко дал понять, что помощи ждать бесполезно. Если не проявим напористость, Ревердасу конец. Этого ты хочешь? Отбрось мягкотелость.

– Ты должна внушать людям уверенность и вести их за собой с чувством, будто нам всё по плечу, но ты только смуту наводишь. Запугиваешь.

– Страх – отличный поводырь.

– Нет, Астрид. Кого боятся, того не любят, а кого не любят – попытаются убить.

Женщина скривила рот. Попытаются убить? Она глава Ордена. Ни один идиот не решится на неё замахнуться. А если осмелится, она найдёт чем ответить.

Глава 8 Лагерь

Задница от седла уставала жутко. С тех пор как Леос покинул их, Хаара чувствовала опустошённость. И хотя мужчины по-прежнему разглагольствовали и шутили, она искала взглядом мага. Неприятно было осознавать, но Хаара привязалась. Сотни раз говорила себе, что всё к лучшему. Всё равно их ничего не ждало. Она станет королевой и тогда всё будет неважно, нынешняя жизнь останется позади, будет похоронена в воспоминаниях вместе с теми, кто был рядом. На мгновение Хаара даже представила себя во дворце, в окружении совсем других людей, живущих иной жизнью. Где тогда окажутся Цурий, Ромул и Хэльсин? Последуют за ней или к тому времени сгинут в каком-нибудь сражении? Наёмники долго не живут и не привязываются к месту. Они идут туда, где платят, и сейчас Хаара делала то же самое.

Погода выливалась на них неприятной мокрой мерзостью. Снег сыпался на головы, и чем дальше на юг они уходили, тем чаще он превращался в дождь. Приходилось делать остановки. Дорога ухудшалась, и среди голых стволов не открывалась перспектива найти ночлег. Во время очередного привала Хаара подумала, что устала, по-настоящему выбилась из сил. Не каждому понравится такая жизнь: вечное скитание со смутной надеждой достигнуть цели. Она была близкой и далёкой одновременно, что иногда Хаара боялась, будто Лонгрен – мираж, плод её больного воображения, что она заигралась в фантазии, сошла с ума. Ломота в суставах возвращала её в реальность. Одному богу известно, сколько Хаара не мылась. От тяжести Эсхаля и кольчуги побаливала спина.

– Далеко? – поинтересовался Цурий, заметив, что девушка, привязав лошадь, куда-то побрела.

– Природа зовёт, – почти выплюнула Хаара, про себя подумав, что и поссать спокойно нельзя. Сейчас бы растянуться где-нибудь перед камином, потратить заработанное золотишко на достойную койку, но где там. Голые стволы почти ничего не скрывали, и Хаара брела дальше, надеясь отрыть укромное местечко, откуда не придётся бессовестно сверкать задом. Она почти уже решила остановиться, как вдруг услышала приглушённые голоса. Сначала мысленно выругалась, но тут же поняла, что это не Цурий с товарищами. Те остались позади, а эти доносились спереди. Хаара замерла, пытаясь прикинуть, кого занесло в такую глушь, ещё и в столь гадкую погоду. Граница находилась недалеко, Хаара предполагала, что они доберутся до неё через день, может, это солдаты? Пойти и сказать Цурию? Нет, незнакомцы могут переместиться. Хаара не любила сюрпризов, особенно в пути, поэтому решила оценить обстановку самостоятельно.

Осторожно ступая и стараясь держаться за стволами деревьев, девушка отправилась на звук. Вскоре она различила шевелящиеся тени. Мужские голоса стали громче. Мерный скрежет металла растекался в пространстве, будто кто-то затачивал меч. Хаара пригнулась, решив переползти за колючим кустарником, на котором, как последние воины на поле брани, ещё держались редкие засохшие листочки. Ноги утопали во влажной земле, грязь липла тяжёлыми комьями к сапогам, которые Хаара уже не надеялась отмыть. Она подобралась настолько близко, насколько позволяла местность, и присмотрелась. Пять мужчин с длинными, собранными в косы бородами расположились на небольшой поляне и приводили в порядок оружие: один затачивал хопеш. Хаара не видела никакой символики и сомневалась, что это воины Эндагона: слишком смуглая кожа и нетипичные клинки выдавали их. Речь долетала обрывками, так что девушка не могла превратить её во что-то связное, к тому же большинства слов не понимала. Мужчины выглядели раздражёнными, в их голосах звучали угрожающие интонации, а когда завязался спор, Хаара подумала, что самое время вернуться и рассказать остальным. Только она решила, что убраться отсюда – дельная мысль, что-то хрустнуло позади. Хаара развернулась и едва не поцеловалась с лезвием, приставленным к глотке. Его владелец угрожающе возвышался над ней. Невыгодное положение, чтобы выхватить меч. Дёрнешься – и проткнут. Достаточно секунды. Хаара прокляла себя за невнимательность. Как она могла не услышать шаги? В голове пронеслась мысль: «А что, если здесь всё и закончится? Меня убьют?» Возможно ли умереть так глупо и бесславно, проделав такой путь? Хаара надеялась, что, если не Геул, так хотя бы Шаах на её стороне.