Отшельник Извращённый – Ненормальный практик 7 (страница 21)

И увидел, как расступаются ряды рыцарей в серых и синих плащах, как непонимающе замерли имперские пехотинцы, и пред всеми предстал человек, окутанный плотной красной аурой. Шел он неспешно, будто в запасе у него вся вечность. Пространство вокруг плыло. Снег сгорал в невидимом барьере и испарялся, не долетая до сухого зимнего мундира этого человека.

— Архимагистр. — произнес сурово Олаф.

Столь угрожающее слово пронеслось по рядам стрелков взвода как ледяной ветер.

— Мы все умрём… — послышалось в ответ.

— Выблядки решились наконец показаться…

— Этот монстр прихлопнет нас и не заметит…

Реакция была очевидной. Безысходность. Противостоять архимагистру способен только архимагистр. И никто иной. Возьми хоть тридцать магистров — не справятся. Не справится и сотня. И две. Он просто будет убивать их чуть дольше, вот и всё. Слишком большая разница в мощи. Если магистры — это тяжёлая артиллерия, то архимагистры — тактическое ядерное оружие. Их силы столь велики, что способны уничтожать сотнями за одну технику. А за особо мощную похоронить и тысячу-другую. Их не выпускают на поле боя без веских причин. К тому же, есть правила, кои соблюдают все армии мира. Архимагистры сражаются с архимагистрами и без особой необходимости не уничтожают низших практиков, давая тем возможность сражаться с равными и развиваться в рангах. Так что даже в хаосе войн, в их пламени, есть табу, которые не принято переступать.

И всё же, убить сотню-другую на поле битвы, в ожидании своей дуэли архимагистрам не воспрещается. Особенно тем, на кого бросаются низшие. Страх с адреналином порой подстегивает броситься в яркое пламя высшего практика и сгореть. Достойная, красивая смерть. Но, к сожалению, бессмысленная. Это как броситься навстречу летящей ракете. Смело? Абсолютно. Но, к сожалению, глупо.

Лизка прошептала, дрожащим голосом, хоть и пыталась скрыть страх:

— Стрелы его не возьмут… Сейчас спалит нас всех на потеху…

Олаф же проворчал нечленораздельную ругань, сжал лук. Он видел, когда архимагистры приступают за «работу», выжигаются сотни квадратных метров взмахом руки. Зрелище впечатляющее, но если смотреть на то издалека, а не быть в качестве испепеленного. Что касательно дуэлей архимагистров — это как столкновения стихий, от коих все те, кто оказался рядом, дохнут, и часто не от боевых техник, а банального переизбытка эфира в воздухе, ведь их техники могут стереть с лица земли целые кварталы, поселения.

А вот Лизка, говоря прямо, всегда считала это пиздежом. Раздутыми до маразма солдатскими байками. Но глядя сейчас на приближающуюся фигуру в красной ауре, понимала — это монстр. Боевая единица, способная помножить весь их сектор на ноль за минуту. Если ему вообще понадобится столько много времени.

Британский архимагистр остановился метрах в ста от имперской линии. Пожилой офицер. Полковник. Длинная синяя шинель поверх синего мундира с золотыми пуговицами. Седые, но густые волосы уложены назад. Выбритое идеально лицо с квадратной челюстью. Эдакий красавец в годах, но наверняка ещё сводящий придворных англичанок с ума. Он вальяжно, при этом утончено будто дирижер поднял правую руку, от чего в воздухе вспыхнула огромная круговая схема ядерного красного света. Глаза архимагистра также засветились ярким красным, что в серости снега смотрелось демонически.

Лизка нервно засмеялась. Ведь контур лепился линия за линией, требовал концентрации, точности, аккуратности в сплетении эфирных нитей. А этот ужасающий монстр создал тот взмахом руки. Эфирные линии в огромном круге запульсировали и расширились. Через несколько секунд алый круг стал размером с дом.

И тут все — и британцы и имперцы увидели, что именно формирует британец. Контур принял форму. Образ. Здоровенный вепрь из чистого эфира, светящийся красным пламенем, с бивнями длиной с человека. Зверь выглядел материальным, настолько плотно архимагистр сплёл эфир. Задрал рыло, встряхнул шкурой, от чего эфир пошёл теплыми волнами.

Олаф выдохнул:

— Ёб твою. Это ж эфирный зверь…

Среди практиков всем было известно, что архимагистры высшего класса могут придавать контурам форму зверей, делать техники около живыми на вид и управлять ими. В свою очередь магистры могли довольствоваться лишь псевдозверьми или отдельными их частями в виде лап или зубастых пастей.

Британец закончил с контуром. Глянул на имперскую линию, ухмыльнулся. И взмахнул рукой, позволив кабану атаковать.

Эфирный вепрь сорвался с места. Попёр к имперским позициям, полыхая краснеющим эфиром. Здоровенная туша вспахивала копытами снег с опущенным рылом, собираясь размазать всё, что попадется на пути. Пурга нисколько не тормозила его, снежинки испарялись от жара эфира. Зверь приближался. Стремительно. Неотвратимо.

Имперцы заорали:

— ВАЛИМ!

— БЕГИТЕ! СКОРЕЕ!!!

Паника захлестнула разум. Когда на тебя мчится угроза размером с дом, тут не до построения. Стрелки во взводе Олафа и Лизки тоже заколебались, кто-то бросил лук и рванул. Северянин рявкнул через всепоглощающую панику:

— НАМ НЕ УБЕЖАТЬ!!! ВСЕ НА ЗЕМЛЮ!!! ЖИВО!!!

Взвод — кто лег на снег, кто замер на месте, продолжая стоять. Решение лечь — было наилучшим. Ведь вепрь мчался на них, авось проскочит. От него не сбежать, а так хоть часть лучников выживет, если тот пронесётся дальше. В глазах большинства ужас. Они смотрели как эфирный вепрь несётся к ним, и каждый думал что это последнее что увидит в жизни.

Пятьдесят метров. Тридцать. Тот смял пехотинцев. Десятки сгорели заживо.

Олаф успел подумать о том, что прожил нормальную жизнь. С два десятка лет войны, больше ста боёв, сотни убитых врагов, несколько баб которых любил, товарищи коих ценил. Неплохо для простого северянина. И вот итог — смерть в долине от эфирного зверя, сотворённого САМИМ АРХИМАГИСТРОМ. А далеко он зашёл, верно? Понадобился ЦЕЛЫЙ гребанный архимагистр, чтобы прервать его жизнь! Северянин ухмыльнулся. Конечно, мысленно шутил. Он просто попал под раздачу совершенно случайно. Как муравей под сапог. Но чего уж.

Вепрь был в десяти метрах.

И вдруг…

Грохот.

Другой зверь! Имперский! Материализовался из воздуха прямо перед британским вепрем! Огромный олень из синего пламени! Ветвистые рога пылали синевой, грива развевалась. Олень ударил копытом, опустил могучие пылающие рога и встретил вепря лоб в лоб.

БОООООМС!

Столкновение двух контурных зверей породило взрывную волну. Олафа, да и весь взвод лучников, вместе с Лизкой, швырнуло в стороны.

Приземлившись, северянин потёр башку, почуяв как земля перестала дрожать, а затем расплывшееся в морозном воздухе тепло. Сама пурга взвилась снежным вихрем, от такого количества эфира.

Когда старый лучник поднял взгляд, оба зверя рассеялись, загасив друг друга. На месте их обоюдного удара осталась огромная воронка и эфирный дым.

Но главное! Имперские стрелки шестого взвода живы! Все! Вот же чудо наяву.

— Мать моя — женщина… — пробормотал северянин, глядя на вышедшего вперед имперца.

— Это архимагистр Михаил! — воскликнули имперцы.

— Командующий здесь!!!

— Спасены!!!

— Он невероятен…

Полковник Михаил Мещеряков показался в фирменном черном мундире Черного Лебедя с золотыми эполетами. Как командующий войсками на левом фланге армии он не мог не среагировать на появление британского архимагистра. Более того, получил приказ выступить непосредственно от генерала Разина. Но и без него был бы здесь. Ведь победить архимагистра может только архимагистр. Сам Михаил не был столь привлекательным внешне, как британец. Не был и высок. Однако, крепкий и с такой улыбкой, что слухи ходили будто он соблазнил двух сестер герцогинь одновременно. Да и вообще, был тот ещё сердцеед. Впрочем, как боец он был не менее ужасен, чем британец напротив. А как горела синяя аура вокруг, что таял снег и воспламенялась земля. Мещеряков в своих высоких офицерских сапогах шёл вперед как на прогулку, руки за спиной, на квадратном лице с крепкой челюстью легкая улыбка. Карие глаза горят синевой. Подобно божественному орудию он шёл сквозь пургу к своему сопернику.

Остановился в пятидесяти метрах от британца. Оглядел его оценивающе. Потом произнёс усиленным эфиром голосом. Громко, что услышали все солдаты в округе, при том без крика:

— Хватит атаковать моих солдат, британец. Хочешь повоевать — так вот он я. Или ты только тех мочить горазд, кто ответить невмочь?

Англичанин ухмыльнулся и ответил также громко:

— А, русский полковник решил поиграть. Испугался за своих муравьёв? Предсказуемое ничтожество. Если продержишься дольше минуты, я так и быть, дарую тебе достойную смерть.

Мещеряков улыбнулся ещё шире. Глаза горят как у безумца:

— Поглядим-поглядим. Может, я тебя уложу. Может, ты меня. Узнаем только когда попробуем. — и обратился к своим войскам, голос стал жёстче. — Всем отрядам! Отступить на четыреста метров! Кто останется, пожалеет!

Британец крикнул своим тоже самое:

— Рыцари — назад! Здесь разбираются архимагистры! Хотите драться — деритесь в сторонке, щенки!

Приказы прозвучали одновременно с обеих сторон. Имперские войска на левом фланге, как и британские, замерли на долю секунды. Дуэль архимагистров. Прямо здесь и сейчас! Как же хочется посмотреть! Вот только все понимали — оба монстра прогнали их неспроста! Сейчас тут будет жарко во всех смыслах! И те, кто не успеет свалить подальше, сдохнут!