Отшельник Извращённый – Ненормальный практик 10 (страница 12)

Он остановился перед барьером. Не кричал, не размахивал оружием, не угрожал. Просто встал и смотрел сквозь золотое стекло на юношу, который подошёл к барьеру, а потом…

Просто вышел наружу и встал перед стариком Одой.

Они оба молчали. Глазели друг на друга, не пряча аур. Вокруг японца кровавое марево, у Александра — золотое.

О, это было невероятное зрелище для всех, кто его видел. Два божества смотрят друг другу в глаза в полном безмолвии. Напряжение не просто ЗАШКАЛИВАЛО! Ближайшие рабочие бригады схватились за шеи от недостатка воздуха. Сотни имперцев внутри, в том числе Магнус и Волконский не могли отвести взгляд от этого странного удушающего зрелища. Что за атмосфера!

Вот только ни в глазах юного Александра, ни во взгляде старого самурая Оды не было открытой враждебности. Только оценка. Два воина измеряли друг друга взглядом, как глубину реки перед тем, как войти в неё, скорее всего с концами. Ода не был наивным. Пусть перед ним мальчишка с виду, но вот глаза! Глаза этого паренька ужасны! Нет. ОНИ ПРЕКРАСНЫ! ДЬЯВОЛ ВО ПЛОТИ! ВОТ ЧТО ОДА ИСКАЛ ВСЮ ЖИЗНЬ! ДОСТОЙНЕЙШИЙ! Александр, в свою очередь, видел нихрена не старика в маске, да ЭТО ГРЁБАННЫЙ ЯПОНСКИЙ БОГ БИТВ ВО ПЛОТИ! Ещё и с таким жутким намерением убийства, что золотой купол подле треснул.

Ода прохрипел из-под демонической маски:

— Ты знаешь, зачем я пришёл.

— Знаю.

— Ты примешь меня сейчас?

Александр мог бы сказать «да». И всё было бы кончено сегодня, так или иначе, с тем или иным исходом. Либо он бы умер, либо Ода, ведь судя по намерению японца, тот полностью готов драться прямо здесь и прямо сейчас, в темноте, в свете купола, да кострищ осаждающей армии вдалеке. Однако, юный Северов смотрел в глаза старика и понимал — потерпит нахрен. К тому же, Ода не требовал боя сейчас, а спрашивал, можно ли? То бишь — предлагал выбор, иль же это была самая обычная проверка. Старый японец хотел понять, с кем вообще имеет дело, а потому ответ Сани был очевиден.

— Нет, генерал. Не сегодня.

Ода не шелохнулся, ждал продолжения.

— Я сам назначил правила, — продолжил юноша всё тем же ровным тоном. — С восьми утра до восьми вечера. Уже девять. Приходи завтра утром, сразимся. Ты будешь первым. Обещаю. Так что — прости.

Последнее слово было сказано без унижения и подобострастия. Просто с пониманием, дескать, я в курсе, что заставляю тебя ждать ещё одну ночь, когда у тебя ручонки чешутся, и признаю твою смелость, раз ты уже здесь.

Ода молчал. А затем медленно поднял правую руку и снял демоническую маску, открыв лицо. Обветренное, в морщинах, с длинным шрамом через щеку. Седая короткая бородка. Чёрные глаза, полные спокойствия.

— Достойный ответ, парень, — прохрипел Ода. — Я бы на твоём месте ответил также.

И он поклонился. Не глубоко, просто выказал уважение как подобает в японской традиции проявить его перед равным. Затем выпрямился и, защёлкнув маску, произнёс.

— В восемь. Я буду ждать тебя за этой стеной ровно в восемь. Отдыхай, Северов-доно. Я не помешаю.

— До встречи, генерал Ода.

Японец повернулся и медленно пошёл обратно в темноту долины.

Юный Александр сунул руки в карманы и тоже побрёл обратно:

— Едрить того за ногу, что за жуткий мужик. Завтра будет трудно…

Работа кипела уже во вторую смену. Сменились бригады, на кухне кухарили, медики также подменили друг друга.

Через полчаса, когда Воронцова подлатали, развернули новый командный пункт, при чём на свежем воздухе, прямо под открытым небом, вытащив уцелевший дубовый стол из разрушенной офицерской столовой. Принесли карты, доклады разведки и вино, ведь после всего ада офицерам нужно было немного расслабить нервы.

Несколько девчат из санблока принесли ещё и чай. Одна — с веснушками и ЗДОРОВЕННЫМИ прелестями подмигнула Сашке. Тот сделал вид, что не заметил. ЧЕГО НАХ⁈ ОН В СВОЁМ УМЕ⁈ Ладно, у него просто перед глазами всё ещё был старик Ода. Или нет. Может Корнелия с ножницами, делающая ЧИК-ЧИК.

Сиськастая чуть толкнула Сашку бедром:

— Ой, простите, князь.

— Да ничего, — ответил Санёк и пригубил чай.

За столом уже сидел офицерский состав. Лорд Воронцов только подошёл и тяжело опустился на ящик, заменявший стул. Рядом с ним встал старший лейтенант Барсуков. Напротив расположился Лорд Волконский, деловито расправляющий на столе измятую карту прилегающих территорий.

Юный Северов пил чай и молча наблюдал за ремонтными работами, в ожидании, когда Воронцов начнёт совещание.

Тот откашлялся. Посмотрел на собравшихся, а потом взглянул на Саню со сложным чувством.

— Я уже говорил тебе «спасибо», Александр, и скажу ещё раз, — хрипло произнёс Воронцов. — Ты спас моих людей. И меня. Так что теперь я у тебя в неоплатном долгу.

Юноша посмотрел ему в глаза:

— Да ладно Вам, Григорий Михайлович, Император уже за всё заплатил, более того, я возвращал долг. Девять лет назад Вы вытащили меня из тюремной камеры, будем считать, что мы теперь в расчёте, тем более что действовали ради своих побуждений, что Вы, что я.

Воронцов криво усмехнулся.

— Да-а, ты всегда умел подобрать слова, Александр, иметь с тобой дело — выгодное мероприятие.

— Обращайтесь, — улыбнулся в ответ Саня.

Воронцов кивнул, затем уже серьёзнее произнёс:

— Что ж, начнём совещание, — и перевёл взгляд на бородача в коричневой рясе, явно намекая на то, что бы его представили.

— Познакомьтесь, Григорий Михайлович, Лорд Магнус Магнусович, — хмыкнул Александр, в очередной раз наградив британца совершенно нелепым для его культуры русским отчеством. — Ну, а это Лорд Волконский, хотя Вы итак в курсе.

Магнус приподнял шляпу, Волконский коротко кивнул. Александр же продолжил:

— Считая меня и Вас, сейчас в крепости находятся четыре Лорда-эфироправа. По сути, ударная мощь целой Российской Империи. Или Британии. Как хотите.

Офицеры за столом воодушевлённо закивали. Невероятная сила! Прямо здесь! Рядом с ними! Да просто сидеть за одним столом с этими небожителями было уже сродни чуду! У майора тряслась рука с чаем, капитан боялся взглянуть в глаза хоть одному из них. Полковник то и дело кряхтел в кулак.

— У тебя есть какой-то план? — спросил Воронцов у юноши.

— Парочку имеется, — отозвался тот. — Самое очевидное, мы здесь не для того, чтобы сидеть за щитом и оборонять «Крепкий Орех». А чтобы изменить сам ход битвы за Восток. Представьте, с нашей ударной силой можно таких бед китайцам натворить, что они не просто отступят, а забудут дорогу ко Владивостоку на пару-тройку веков. Аналогично поступить и с японцами.

Повисла тишина. Все задумались.

«Четыре Лорда… — задумался Воронцов. — Малец дело говорит. Сейчас их суммарная сила просто невообразима. Никакой речи про глухую оборону, здесь и сейчас у них реальный шанс на абсолютную, сокрушительную контр-атаку!»

— Я понимаю твою позицию, Александр, — медленно произнёс он, потирая грудь, где пульсировал истощённый досуха узел. — Нужно ловить момент перевеса и вдарить всеми силами. Вот только я в нашей четвёрке пока слабое звено. Увы, сейчас на пределе. Эфирные узлы выжжены, резерв пуст. Чтобы восстановить всю мою боеспособность Лорда, мне потребуется неделя, а то и две постельного режима и медитаций, — и покачал головой, — Завтра я не смогу выйти на поле битвы, стану только обузой.

Саня странно улыбнулся.

— Не стоит так переживать, Григорий Михайлович, есть кое-какой способ восстановить Вас за одну ночь.

Воронцов удивлённо нахмурил брови. Барсуков за столом замер. Другие офицеры тоже. Восстановить Лорда из предсмертного истощения за ночь⁈

— Правда, это будет больно. Очень больно, — буднично добавил юный Северов. — Процесс придётся запустить и ни в коем случае нельзя будет прерывать, как бы чертовски не хотелось. Злоупотреблять подобным методом, конечно, не стоит, эфирные каналы, даже Лорда, могут не выдержать постоянных скачков, но разок можно. Так что если Вы согласны вытерпеть адскую пытку восемь-девять часов без остановки, к рассвету будете огурчиком.

Воронцов, совершенно не догадываясь о какой технике идёт речь, сверлил юношу мега любопытным взглядом. Затем задумчиво кивнул.

— Понятия не имею, о какой садистской методике ты говоришь. Но раз это предлагаешь ты, Александр, отказываться не стану. Учитывая всё то безумие, что я уже увидел в твоём исполнении.

В разговор плавно вмешался Магнус.

— Подход моего господина в корне отличается от всего, что Вы могли видеть за свою жизнь, Лорд Воронцов. Его методы порой кажутся грубыми, но их эффективность абсолютна.

Воронцов перевёл на него взгляд:

— Позволите вопрос? Вас представили Магнусом Магнусовичем… и Ваша аура. Вы — сын того самого британского Лорда Магнуса?

Тот, поправив шляпу, пригладил длинную чёрную бороду, ведь выглядел сейчас на пятьдесят.

— Так и есть, Ваше Сиятельство, — не моргнув глазом, ответил он, ведь технически, сейчас действительно годился самому себе в сыновья.

Воронцов с задумчивостью пожевал губу.

— Никогда не слышал, чтобы у Магнуса был наследник. Признаться, я искренне удивлён, но не только этому. Вы — Лорд, при чём высочайшего уровня по ощущениям, и, как я понимаю, служите Александру? Добровольно?

Магнус выпрямился, и ответил с искреннейшей, непреклоннейшей гордостью:

— Он достоин моей службы. Не сомневайтесь в этом ни на секунду, генерал.

— О, прошу простить, Вы вероятно не так меня поняли, у меня нет никаких сомнений, — Воронцов перевёл взгляд на юного Северова. — Я знал его ещё сорванцом в Академии. И хотя по внешнему виду он не особо-то и изменился за все эти годы… внутренне он очень повзрослел. И стал тем, за кем действительно можно пойти в Бездну.