Отшельник Извращённый – Держи крепче (страница 29)

— Тише, тише, вы двое, — вставил Ринтаро. — У нас нет времени на словесные дуэли.

— Это была не дуэль, — с наигранным спокойствием сказала Акане, — дружеское подшучивание.

— Ты, наверное, хотела сказать «вежливое унижение», — поправила её Мияко, смотря в сторону.

— Если бы я хотела тебя унизить, Исикава-чан, ты бы уже это поняла, — ответила Акане с лёгкой улыбкой.

— Ладно, хватит, — я поднял руку, прерывая этот словесный пинг-понг. — Давайте уже начнём, пока мы все тут не состарились.

Ринтаро быстро распределил остальных:

— Такеши и Акира — ближе к центру. Мисаки и Сачико — перед ними. Всё, теперь у нас есть чёткий порядок.

— Порядок? — пробормотал Акира, покачивая головой. — Это всё равно, что пытаться организовать хаос.

— Главное, чтобы хотя бы раз получилось, — пробормотала Мисаки.

Староста Ая, до этого молча наблюдавшая за всей сценой, наконец вышла вперёд и хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание.

— Ладно, народ! Все собрались, взялись за канат и, наконец, сосредоточились. И на этот раз не падаем!

— Слышали? — бросил я, хватаясь за канат и кидая взгляд в сторону Акане и Мияко. — Держитесь крепче и не превращайте тренировку в боевик.

— Смотри, как бы самому не стать звездой этого боевика, — усмехнулась Акане, дёргая канат с такой грацией, словно это была шёлковая лента в художественной гимнастике.

— Начали! — громко выкрикнула староста, поднося свисток к губам.

«Ладно, дубль два, — подумал я, чувствуя, как канат снова натягивается, а воздух в зале становится плотнее бетона. — Надеюсь, в этот раз обойдётся без близких контактов с полом… и с Акане.»

…

Этот подход оказался немного лучше первого — примерно как сравнивать лёгкое пищевое отравление с тяжёлым. Мы всё ещё не были командой мечты, скорее командой, где каждый пытался перетянуть одеяло, то есть канат на себя.

Канат, к слову, сегодня пережил больше драмы, чем в любых школьных спектаклях. Мияко хоть и перестала дёргать, но периодически забывала про существование такого понятия как «синхронность». Акане, конечно же, наслаждалась каждой возможностью указать ей на это, делая замечания с грацией дрессировщицы, работающей с особо непослушным тигром. Такеши и Акира устроили негласное соревнование «кто громче простонет от усталости», а Мисаки с Сачико просто старались не попасть под раздачу.

Когда тренировка наконец завершилась, все выглядели так, будто только что вернулись с экспедиции по покорению Эвереста — только в шлёпанцах и без карты. Староста, которая тоже казалась изрядно вымотанной, хлопнула в ладоши, привлекая внимание измученной команды.

— Ладно, молодцы! — объявила она с энтузиазмом, в который, похоже, не верила даже сама. — Завтра все на сражение к восьми утра, не опаздывайте!

На секунду в зале повисла такая тишина, что можно было услышать, как в соседнем квартале кто-то чихнул.

— Завтра? — переспросил Ринтаро, уставившись на неё так, словно она только что сказала, что мы отправляемся на Марс.

— В восемь утра? — Мияко чуть не выронила бутылку с водой.

— Подожди, Ая-сан… — я выпрямился, чувствуя, как мышцы протестуют против самой идеи движения. — Ты хочешь сказать, что состязания… завтра⁈

— Ну да, — староста нервно переступила с ноги на ногу, как человек, случайно наступивший на мину. — Я что, не сказала?

— НЕТ! — одновременно выкрикнул весь наш канатный состав, чуть не разорвав её взглядом.

— Э-э… моя ошибка, — пролепетала она, старательно изучая что-то невероятно интересное на стене. — Ну… зато у вас будет время отдохнуть… немного.

— Немного⁈ — простонал Такеши, который уже явно планировал использовать мат как походную кровать.

— Простите, — пробормотала староста, явно не зная, как выкрутиться. — Но это важно! Завтра нужно выложиться на полную!

— Мы уже выложились СЕГОДНЯ! — простонала Мисаки, потирая плечо.

Староста смущённо кивнула и добавила с интонацией, которой обычно утешают проигравших:

— Но вы молодцы. Правда. У вас есть потенциал и всё такое…

…

— Потенциал… — повторил я себе под нос, выходя из спортзала вместе с остальными зомби… то есть, членами команды.

Вечерний воздух ударил в лицо приятной прохладой. После душного спортзала это ощущалось как благословение свыше.

— Отличный план, — пробормотал я, потягиваясь, но тут же пожалел об этом, когда мышцы хором заорали о своём несогласии. — Заставить нас тренироваться до изнеможения, а потом огорошить новостью о завтрашних соревнованиях. Просто гениально.

— Тоже удивляюсь, как она нас до сих пор не убила, — добавил Ринтаро, который шёл рядом, слегка прихрамывая.

Мияко молчала, но бросила короткий взгляд в мою сторону. Акане шла чуть впереди, будто вообще не замечая нас. Остальные ещё откисали.

Я разогнулся, потянувшись, и почувствовал, как мышцы ног неприятно затянуло. Но вместо того чтобы пожаловаться на усталость, достал из кармана наушники и вставил их в уши.

— Ну, всем пока, — сказал я, как ни в чём не бывало, отмахнувшись.

— Эй, ты куда⁈ — выкрикнул Ринтаро, глядя на меня так, будто я только что объявил, что собираюсь участвовать в марафоне.

— Домой, — отозвался я, начав трусцой удаляться.

— Бежит… — удивился Акира, который уже практически полуспал на ногах.

— У него ещё остались силы⁈ — простонала Мисаки, в ужасе хватаясь за голову.

Мияко молча посмотрела мне вслед, будто пытаясь понять, что со мной не так.

Акане бросила:

— Конечно остались. Он же Ямагути Казума. Энергия появляется у него даже тогда, когда её уже быть не должно.

…

«Бежит» — слишком громкое слово. Просто лёгкая трусца, чтобы проветрить голову. Да и погода была отличная: вечерний воздух, прохладный, с лёгким запахом цветов и горячего асфальта, который медленно остывал под ногами.

Я свернул с дороги и побежал вдоль небольшого сквера. Деревья мягко шелестели под порывами ветра, на фонарях начали зажигаться тёплые жёлтые огоньки, вокруг всё оживало с вечерним настроением. Мимо проезжали велосипеды, их звонки сливались с тихими разговорами парочек, сидящих на лавочках. Где-то из ближайшей кофейни доносился аромат кофе.

«Вот ради таких моментов и стоит жить,» — подумал я, ускоряясь, чтобы почувствовать лёгкий ветер на лице.

На перекрёстке пришлось притормозить, пропуская пару припозднившихся машин. Затем свернул в узкий переулок, где дома стояли так близко друг к другу, что создавали свой особый мирок. На одном из балконов пожилая женщина неспешно поливала цветы с таким видом, словно время для неё остановилось. Пробегая мимо автомата с напитками, услышал звон монеты и почувствовал сладковатый аромат апельсиновой газировки.

Токио вечером — это совсем другой город. Никакой дневной суеты, никакого шума и гама, только мягкий, почти интимный городской ритм, идеально подходящий для таких пробежек. Небольшая выбоина на дороге заставила меня чуть сбавить темп, но я тут же восстановил ритм. Музыка в наушниках задавала такт, а тело, хоть и ныло после тренировки, постепенно наполнялось странной лёгкостью. Бежать, чтобы взбодриться — это, конечно, парадокс, но именно так работает мой организм. Странная особенность, но весьма полезная.

Когда до дома оставалось всего ничего, перешёл на шаг. Живот предательски заурчал, напоминая, что даже самые упорные бегуны должны время от времени есть.

«Поужинаю и можно будет упасть спать, — подумал я, уже предвкушая встречу с подушкой. — А завтра… завтра будет день Х. Р. Е. Н. Ь.»

Глава 9

Утро началось с симфонии привычных звуков: противно пиликал будильник, на кухне шумел чайник, а где-то на фоне разносились вопли Юкино, способные разбудить даже мёртвых.

— А-а-а! Где они⁈ — её крик был таким громким, что, казалось, даже стены задрожали в страхе.

Я, уже наполовину одетый и с зубной щёткой во рту, выглянул из ванной. Юкино металась по дому как ураган: в руках какие-то спортивные кофты, взгляд хаотично сканировал все поверхности, словно искала секретные документы.

— Юкино, а голову ты не потеряла? — спросил я, вспомнив любимую подколку школьных учителей к забывчивым ученикам.

Она резко развернулась, в глазах — настоящая шекспировская трагедия:

— Шорты! Где мои шорты⁈

— Ты сейчас серьёзно? — я приподнял бровь, пытаясь определить жанр происходящего: комедия или всё-таки драма. — Это ведь не экзамен на жизнь или смерть. Спокойнее.

— Сегодня соревнования, придурок! — огрызнулась она, бросая отчаянный взгляд на какой-то ящик. — Я не могу их найти!

Я выплюнул зубную пасту в раковину и вздохнул: